Добыча Темного короля (СИ)

Но все равно странно, почему устную речь я понимаю, а письменная кажется незнакомой?
Моргнув несколько раз, я поняла, что буквы вдруг словно перестроились и выглядят уже более осмысленно. Зажмурилась еще разок, потом открыла глаза…
“БАЗЗАР”
Да, вот так, через два “З”.
Войдя в арку ворот, я увидела типичную ярмарку. Длинные ряды, заваленные товаром, зазывалы рядом с торговыми местами и толпа зевак. Рыночная площадь была огромной, я не могла увидеть, где она заканчивается.
— Здесь и потеряться немудрено! — испугалась я.
— Потому-то надо вместе держаться.
Славия выдала мне угрожающих размеров тряпичную сумку.
— Покупки складывать будешь, — сказала она мне, — если тяжело будет, мне отдашь.
Я кивнула и мы нырнули в людское море. Хотя нет, я преувеличиваю. Скорее, небольшую речушку со спокойным течением. Посетителей было много, но они лениво бродили между рядами, согреваясь под весенним солнышком и подставляя лица ветерку.
— Картошка! Свекла! — кричали с одной стороны.
— Огурчики соленые! — вторили с другой.
— А свежей зеленью и овощами тут не торгуют? — с интересом спросила я.
— Нет, это все только для королевского двора выращивается в тепличниках круглый год, — пояснила Славия, — обычный люд только запасами из погребов питается, пока новый урожай не пойдет. Но скоро уже и сезон начинается.
Я с интересом оглядывалась по сторонам, рассматривая торговые ряды. Мы миновали продуктовые прилавки, заваленные сыром и колбасами. Запах стоял такой, что рот наполнился слюной.
— Еды нам не надо, идем туда где вещи, — Славия ухватила меня за пустую сумку, как за поводок.
Я бежала за ней как собачка, радуясь, как она здорово придумала способ нам не потеряться.
Но тут нас резко разлучили. Шустрый чернявый парнишка с белой курицей под мышкой резво пробежал между нами, разорвав нашу цепочку. Сумка осталась в моей руке. А я провернулась чуть ли не вокруг себя.
— Держи вора! — заорал здоровый рыжий мужик, и вокруг началось шевеление. Меня откинули к прилавку, на котором гордо высилось что-то похожее на пулемет. Длинное дуло и огромные шелезные колеса. Приглядевшись, я поняла, что это скорее какое-то сельскохозяйственное типа плуга.
Отступив на шаг назад, уткнулась во что-то мягкое. Или в кого-то.
— Простите, сударь, — на всякий случай сказала я, еще точно не уверенная, в кого именно вписалась. Обернулась и обмерла, увидев лицо своего мужа Федора. Кожу на моих щеках стянуло, волосы на затылке приподнялись от ужаса. Я ведь понимала, что его не может здесь быть.
А он хищно улыбнулся, как никогда не делал на моей памяти. Обнажились длинные ровные зубы. Совсем не как у Федора.
— Ну что, Мила, — прохрипел он незнакомым голосом, — повторяешь прежние ошибки? Все та же наивная домашняя клуша? Прибыла на новое место, получила новое тело, такое же безмозглое, как старое, хоть и молодое.
Я попятилась, с ужасом глядя на Федора.
— Дурой ты померла, дурой и воскресла. Сейчас вот подмигнет тебе темный король, и ты пойдешь покорно как корова к мяснику на заклание…
Мне стало дурно, мир передо мной закачался. Я закричала.
— Милли, что с тобой? — услышала я над самым ухом голос Славии.
— Там… там… — повернувшись к целительнице, я испуганно тыкала пальцем перед собой.
— Своего женишка увидела и перетряслась, понимаю, — сказала добрая женщина.
Женишка? Так это — кузнец Грэг? Но почему он так похож на моего мужа и знает, кто я?
Снова посмотрев на него, я увидела совершенно другое лицо. Черные как крыло ворона волосы с двумя большими залысинами. Спутанная борода лопатой, маленькие и угрюмые карие глаза. Ничего общего с Федей! Или тот куда-то успел убежать?
— Чего уставилась? — заговорил кузнец, и я поняла, что голос тот же самый. Привидится же черт знает что.
— Напугал девицу, черная душа! — накинулась на его Славия. — Признавайся, что ты ей такого навёл, что она позеленела от жути?
— А это не я, — хрипло ответил Грэг, — она сама увидела и услышала то, что больше всего ей неприятно. И кажется, не тараканов.
 
— Пойдем, детка, — потащила меня прочь от страшного кузнеца Славия.
Когда мы отошли подальше, я перевела дух и спросила:
— Что это было, госпожа Славия? Я видела и слышала странные вещи.
— Кузнец — черный колдун, — ответила знахарка, — с мертвецами якшается. С воронами разговаривает. И от людей отгораживается. Если его кто врасплох пытается застать, будто на зеркало натыкается. Только оно тоже черное, искривленное. Все дурное показывает. Страхи и сомнения. Вот и ты увидела то, чего сама в себе боишься.
Что ж. Похоже на правду. И как бы дико ни звучало — к словам моего “искривленного отражения” стоило прислушаться. Я как пришла в себя, только и делаю, что повинуюсь, приспосабливаюсь к обстоятельствам и страдаю.
Возможно, судьба посмеялась, засунув меня в это недружелюбное и малоразвитое место, где жизнь юной девушки обычный товар для ее опекунов.
Но для меня это возможность создать совершенно новую версию себя.
  
ГЛАВА 11. Покупки
 
Я постепенно выходила из своего заторможенного, шокового состояния. И во многом этому способствовало то, что я видела вокруг.
Недаром опытные путешественники советуют знакомиться со страной через национальную кухню и в обязательном порядке посетить местные рынки. Многое становится понятно о людях, которые населяют страну. А в моем случае был целый новый мир, который изначально показался мрачным, глухим средневековьем, с щепоткой магии, создававшей хоть какой-то комфорт.
Я представляла себе серых, унылых людей, вечерами штопающих мозолистыми руками дыры в одежде при слабом свете свечи. Или даже лучины.
Но эта ярмарка переворачивала мое изначальное видение полностью.
Я увидела прилавок, полностью заставленный фигурками, по виду — керамическими. Они были ярко и весело расписаны. Ассортимент предлагался невероятно широкий — от крохотных фигурок до массивных статуэток, вполне пригодных в качестве украшений для сада.
Одиночные человечки, животные, птицы и предметы, а также целые композиции.
Ноги сами понесли меня к этой красоте, но Славия дернула за сумку:
— Милли, я же просила подходить только куда сама тебя поведу!
Но потом, посмотрев на мое восторженное выражение лица, целительница смягчилась:
— Нравится? Сама люблю эти безделушки. Хорошо, давай выберем тебе сувенирчик. Чтобы комнатка смотрелась уютнее. Но о цене договариваться буду я!
Хозяин прилавка безошибочно вычленил нас из остальных зевак. Опытный взгляд торговца остановился на Славии.
— Сюда, матушка! — замахал он руками. — Только сегодня для вас действует редкое предложение. Красивым женщинам две игрушки по цене одной!
А не такое уж тут дремучее средневековье! Тут настоящий маркетолог работает. При этой мысли я почувствовала легкий укол в сердце. Моя дочка училась на рекламщика и частенько рассказывала мне о подобных манипуляциях.
Как она сейчас? Грустит по матери, наверное, места себе не находит.
— И ты хочешь мне сказать, что этот расписной черепок в латах стоит три махи? — услышала я ироничный голос Славии.
— Больше уважения, госпожа! — обиделся проныра-торговец. — Это наш король Арчибальд!
— Совершенно не похож, — отрезала моя покровительница, — а ты надуть нас хочешь. Сбыть две фигурки по цене трех. Пойдем, деточка!
И она подхватила меня под руку.
— Стойте, стойте! — заволновался продавец, не желая отпускать таких перспективных клиенток.
— Зачем вам этот мусор? Только место на полке занимать. У меня есть полезная вещь. Вот.
И он выудил из великого множества фигурок совершенно особенную композицию. Это же слоны! Они тоже водятся в этом мире, надо же.
Почему-то наличие людей в той же комплекции, к которой я привыкла, меня не удивляло. А то что животные похожи на земных, поразило.