Добыча Темного короля (СИ)

Она кивнула на мальчишку, что старательно притворялся спящим.
Как ни странно, перспектива работать по дому меня теперь даже порадовала.
На следующее утро я и правда чувствовала себя гораздо лучше. Зря не доверяла магическому лечению. Оба глаза смотрели одинаково хорошо, тело не так ломило, да и голова почти не трещала.
Дайна нагружала меня в меру, боялась, видать, что перетружусь и опять слягу. Многое в организации их быта было для меня в новинку. Воду здесь подогревали камнем, кажется, магическим. Клали его на дно посудины, заливали.
Камень становился красным и прозрачным. Можно было держать его так до кипения. Чтобы остановить процесс, нужно вытащить этот странный нагревательный элемент специальными длинными щипцами и положить на любую поверхность. Он тут же остынет. Эта штука работает только при контакте с жидкостями.
Мне было интересно открывать для себя новый, магический мир, даже в моем плачевном положении.
Для гигиенических процедур в хозяйстве имелась небольшая пристройка, в которой стояла приличных размеров ванна, в нее можно было поместиться и вытянуть ноги. Мне это удалось уже к вечеру первого дня бодрствования. А вот до зеркала я добралась лишь еще через сутки. Удивительно, но такого необходимого предмета в общем доступе не было. Я нашла его с помощью Фирта, сказав, что мне хочется посмотреть, насколько плохо я выгляжу после травмы.
Парнишка привел меня в комнату родителей, которые как раз отсутствовали. Там-то и стояло напольное зеркало, где-то по пояс мне высотой. Взглянув туда, я вздрогнула. Все же непривычно, когда вместо отражения — чужое лицо, хотя и симпатичное. Даже с учетом того, что левый глаз все еще был опухшим, и вокруг него цвели синяки. Но самый большой, на щеке, уже был гораздо бледнее чем тогда, в целительской.
Эта стремительная поправка меня огорчала. Совсем не хотелось отправляться к кузнецу Грэгу. И сбежать вряд ли получится. Милдред местная была, и то далеко не ушла.
Да и следят за мной. Детишки не оставляют ни на минуту, и Дайна хищной акулой ходит рядом. Вот и сейчас она чудом не увидела, что я в ее спальне рассматриваю себя в зеркало, Фирт вовремя подал сигнал.
На третий день Валекс посмотрел на меня и удовлетворенно сказал:
— Что ж, до красавицы тебе пока далеко, но видно, что глаза на месте и шрамов нет. Так что завтра отправишься на встречу счастью своему. Прямо с утра.
  
Глава 6. Избавление
 
Валекс все же притащил откуда-то короткую цепь, надел мне на щиколотку и закрепил на торчавшей из пола скобе. Подозреваю, он и раньше так делал. Стало еще отвратительней.
Всю ночь я мучилась бессонницей и гремела цепью, которая натирала кожу. Детям мое беспокойство если и мешало, виду они не подавали.
Забыться сном удалось лишь под утро, и кажется, меня сразу и разбудили.
— Вставай, умойся, платье чистое мы тебе приготовили, цени доброту нашу, — приговаривал Валекс, снимая с моей ноги цепь.
— Что, ногу ободрала? — хмыкнул он, глядя как я ощупываю ногу. — А привыкай теперь. Как сговоримся, до отдачи тебя кузнецу так и будешь на цепи сидеть. Второй раз я позора такого не потерплю.
Мне выдали чистое платье, сунули в руки нечто, похожее на мочалку и миску с моющей жидкостью. Велели не плескаться водой, которой и так мало, и отправили в ванную.
В тесной комнатенке стояла большая бочка, с водой, которую привозил с утра старший сын Симов, Феликс. Угрюмый неразговорчивый детина, который посматривал на меня так, что дрожь по спине бежала. Как Милдред жилось с этими людьми? Наверняка он ее не трогал лишь потому, что за невинную девушку можно было выручить какие-то деньги.
Сейчас семейка на это очень расчитывала. Главное было доказать, что товар все в том же непорочном состоянии. И я должна убедить человека, который наводил на деревню ужас, в том что пока находилась в бегах, вела себя благонравно.
А я даже сама в этом не могу быть уверена.
С удовольствием приняла ванную. Подольше бы тут спряталась, но в дверь начала колотить Дора, дочка хозяев.
 
Насчет нее я мало что пока понимала, мы виделись всего два раза. Девушку загоняли работать с самого утра и до позднего вечера. Милдред, когда была здорова, трудилась в таком же режиме. Удивительные люди, и детей своих собственных не жалеют.
— Мать зовет, — Дора хмурилась. Лицом она походила на Дайну, только глаза были как у отца..
— Ты и меня ведь не помнишь? — спросила вдруг девушка.
Я помотала головой.
— Может и хорошо, — загадочно сказала она, — ладно, удачи тебе, Милдред.
Возможно, настоящая Милли дружила с Дорой. Но спрашивать неудобно.
Когда я зашла в домик, Дайна улыбнулась мне впервые за те несколько дней, что я ее знала. И улыбка была почти человеческая, как ни странно. Видимо, очень искренне она радовалась даже иллюзорной пока возможности получить за меня деньги.
— Получше выглядишь уже, Милдред, — одобрительно сказала она.
И тут меня очень удивила Сара, младшая девочка. Малышка кинулась ко мне, обхватила обеими ручками и заголосила:
— Не отдавайте ее страшному кузнецу Грэгу, пожалуйста!
Может, у них есть обычай оплакивать невест, едущих к жениху?
Судя по реакции Дайны, все же нет. Улыбка погасла так же нежданно, как загорелась. Мать начала оттаскивать девочку от меня, бормоча сквозь зубы:
— Вот чего удумала, глупая.
— Готова? — на пороге уже стоял Валекс.
Я кивнула и пошла на выход.
У телеги стоял Фирт, провожать меня собрался.
— Заскакивай в повозку, — велел суконщик.
Я уже было занесла одну ногу, чтобы запрыгнуть в ветхий транспорт, как за оградой послышался странный звук. Вроде горна.
К покосившимся воротцам подъехала небольшая карета черного цвета. На дверце была изображена львиная голова, прорисована белыми штрихами.
— Поди ж ты, эмблема короля! — выдохнул Валекс.
С козлов соскочил возница, неспешно подошел ограде, пнул ворота, так что они распахнулись немедленно. Да это же Матео! Королевский придворный и житель этой деревни. Одет как рыцарь — торс скрывают легкие латы, на поясе меч в ножнах.
— Куда собрался тащить добычу королевскую? — поинтересовался мужчина, глядя в упор на моего опекуна.
— Дык… к жениху. Она ему обещана.
— Деревня слухами полнится, что отказался он от нее добровольно. На базарной площади объявил, что ищет себе другую невесту. Так что опоздал ты, Валекс.
Суконщик злобно глянул в мою сторону.
— Ничего, увидит, что девка выздоровела, передумает.
— Ты мне вот скажи, с какого перепугу явился в целительскую и забрал ее? — прищурился Матео. — Или за лечение знахарю заплатил? За пребывание в месте достойном?
— Нет, — стушевался Валекс, — я… не подумавши, господин.
— То-то и оно, — покачал Матео головой, — нехорошо. Кто отрабатывать будет?
— Она! — суконщик вытолкнул меня вперед. — Она и отработает!
— За ней и приехал, — важно сказал королевский посланник, — государь Арчибальд желает свое имущество забрать. По охотничьим законам она его добыча.
Имущество? Что за гадкий, ужасный мир? Как может считаться добычей живая женщина?
— Господин! — глаза Валекса забегали. — Вознаграждение бы. Я ведь выгоду теряю с нее. Это и руки рабочие в доме. И невеста, вон какая. Синяки сойдут и хоть куда.
На лице Матео появилось странное выражение. Рука в серой перчатке потянулась к поясу. Валекс отпрянул, решив, что придворный достанет меч. Но Матео открепил мешочек, висевший на ремне и протянул суконщику.
— Этого должно тебе хватить. Больше при дворе не появляйся.
Опекун жадно схватил мешочек, вначале потряс, затем открыл. Глаза его заблестели, как будто в них отразились монеты.
— Благодарю, господин!
И подтолкнул меня к Матео.
— Иди, Милдред. Решилась твоя участь.
— Садись в карету, девочка, — сказал Матео.
— Что, прямо внутрь?
Я уже начала привыкать к тому, что в этой реальности уважения к женщинам куда меньше, чем в моей. И предположила, что меня посадят рядом с кучером или поставят на какую-нибудь заднюю подножку.