Добыча Темного короля (СИ)

В зале повисло молчание, слышно было лишь переводчика.
Что я наделала? Почему я вообще позволяю себе подобную несдержанность? Арчибальд меня прибьет, не иначе.
Но он сказал:
— Милдред, моя будущая жена, права. Мы готовимся к весеннему фестивалю в честь открытия охотничьего сезона. Если король Бештории желает лично убедиться, насколько Бергетея — мирное государство, я готов пригласить его на наш праздник. И гарантировать полную безопасность. Это дело чести.
Одолиман удивленно посмотрел на короля, не зная, что сказать. А потом поклонился.
— Я передам государю ваши слова.
— Что ж, — хлопнул в ладоши Аррон, — обмен приветствиями состоялся. Сейчас наши гости отправятся отдыхать. А после пройдет встреча за закрытыми дверьми.
Моя странная и слегка бестолковая миссия была выполнена. И я понятия пока не имела, справилась с ней или нет.
Арчибальда я в тот день больше не видела. До ночи занималась изучением книг из большой библиотеки. Особенное внимание уделила толстому труду, посвященную королевствам и империям Лорчерми.
Как оказалось, в этом мире пять сторон света, что меня очень удивило. Шесть материков, которые омывают четыре океана. Я считала, что в Лорчерми сплошь монархия, но в книге была информация о других видах управления. Но республики и прочие отличные от королевств либо империй формы правления находились в других частях света.
Я изучала карту мира, пока луна чуть ли не лично постучалась мне в окно. Пора было спать.
Возилась я долго, уснула не сразу. А во сне привиделся лес, в котором меня нашли. Я бежала между деревьями, лицо хлестали ветви. Меня наполнял дикий ужас, хотелось кричать, но ни один звук не мог вырваться из горла, перехваченного страхом. Я была босиком, ступни мерзли и их нестерпимо кололо. Позади кто-то меня преследовал. Он тяжело дышал. Потом я услышала окрик:
— Ты никуда не денешься, Милдред! Я найду тебя!
Сильный удар по голове. Перед глазами все меркнет…
Я проснулась в своей кровати в холодном поту.
  
ГЛАВА 33. Зелье памяти
 
Весна вступала в свои права. Если при моем появлении она еще только начинала заявлять о себе и временами отступала под резкими ветрами, то сейчас с каждым днем становилась смелее. И могу сказать, со мной происходило то же самое. Вечерами, перед сном, я перебирала будто мысленные четки свою прежнюю жизнь. И у меня создавалось впечатление, что нитка, на которой держались бусины, порвалась, и теперь я пересобираю все заново.
Стараюсь цеплять бусины на прежние места, но не всегда помню, где что было. Да и нить другая.
Мне снились разные сны. Иногда мои, иногда чужие. Девочка Милдред оставила мне в наследство в этом мире не только свое тело, но и часть судьбы. Кажется, у нее она тоже не сложилась. И мне теперь предстоит приплюсовать одно к другому и получить лучший результат. По крайней мере, я на это надеюсь.
После визита посла Бештории ко мне приставили внезапно еще одного телохранителя. Кларенс получил в напарники Теренса, высокого молчаливого парня лет на двадцать его моложе. В тот же вечер за ужином Тибор неприязненно заявил, что мне оказывают в этом замке просто неприличные почести.
— Милдред помогла если не растопить лед между мной и бешторианцами, то хотя бы слегка его подогрела, — неожиданно поэтично выдал Арчибальд, чем несказанно меня поразил. И я впервые обратила внимание на тот факт, что семья короля не присутствовала на встрече посла. Видимо, в дела родственников Арчибальда не особенно посвящали.
Однако, к празднику весны готовились все наравне. Портные бегали по замку от меня к Тее и обратно. Нам с ней шили особые наряды. Мой был очень специфическим. Длинное в пол ярко-зеленое платье с вышивкой по подолу и белый шлейф.
— Это зеленая листва и белые цветы, — объяснили мне. Это символизирует легендарное весеннее дерево Бергетеи, ларею.
Птицы пели все громче, солнце пригревало сильнее. Купер еще больше радовался всему, что видел, если такое возможно в принципе.
 
— Удивительный песик, — сказала Тильда, как-то встретив в нас с малой библиотеке, куда я тоже полюбила захаживать, — у меня в детстве был в точности такой. Может, это его потомок?
Купер выразил сомнение в ее словах, постучав хвостиком по полу и слегка заскулив.
Я много читала, гуляла по окрестностям замка со своими телохранителями, занималась с церемонимейстером подготовкой и к фестивалю, и к свадьбе. К Славии мне удалось выбраться только через пять дней после визита посла Бештории.
Знахарка как раз в очередной раз ругала нерадивого пациента, того самого, что никак не желал вовремя приходить на лечение зубов. Увидев меня, женщина слегка ослабила хватку, и больной немало мне обрадовался. Поспешно пообещал навестить “матушку Славию” через два дня и убежал, прижимая травяной компресс к щеке.
— Ты изменилась, Милли, — заметила Славия, — взгляд перестал быть таким загнанным как раньше. Словно пламя изнутри горит.
— Много всего произошло, и еще предстоит, — сказала я, — совсем скоро праздник весны, и я буду изображать Ларею.
— Очень интересное событие! — оживилась Славия. — Скажи, Милдред, вернулась ли к тебе память, хоть местами?
— Совсем местами, — осторожно ответила я, — я вижу сны о своей прошлой жизни. Как работаю на огороде Валекса, или бегу по лесу, в ту самую ночь, когда меня нашел король Арчибальд. До сих пор не знаю, откуда умею читать. И какой была раньше, толком не помню, могу лишь догадываться. Вот думаю, удастся ли мне навестить мою прежнюю семью?
— Суконщика? — Славия посмотрела на меня с сомнением. — Для чего тебе эти кровососы?
— Скорее, я бы поговорила с детьми. Старшими и младшими. Вдруг бы они что мне рассказали.
— Для этого не обязательно соваться в их гадюшник, — рассудила Славия, — вот что, на празднике весны точно вся Мелекатия будет. И братья-сестры твои названные в том числе. Я постараюсь привести кого-то из них к тебе. Но сама в деревню лучше не езди. Представь, как они накинутся на тебя сейчас, когда известно, что ты теперь девица благородного происхождения и невеста Арчибальда.
Это верно, права целительница.
— А еще вы говорили, что можете попытаться вернуть мне память, — я просительно глянула на знахарку, — мне очень важно знать, что такое происходило с Милдр… то есть, со мной те семь дней, пока я где-то скрывалась от кузнеца.
— Есть один способ, — задумчиво протянула Славия, — я уже думала об этом, в своих книгах рецепты искала. Нужно будет варить зелье специальное. На это понадобится два дня. Но я сделаю. Сможешь прийти?
Я кивнула. Да, сложно вытащить воспоминания, которых не может быть у меня. Но вдруг от Милдред что-то осталось и хоть немного удастся приоткрыть завесу тайны!
Разумеется, через два дня я была у Славии снова, даже без Купера, чтобы не отвлекал. Пришлось подождать, пока она отпустит нового пациента. А потом целительница закрыла дверь изнутри и усадила меня в глубокое кресло.
— Тебе нужно будет выпить отвар, расслабиться, закрыть глаза. Когда появятся картинки, постарайся следовать за ними.
Чувствуя сильное волнение, я мелкими глотками выпила предложенное зелье. Оно оказалось горьковатым на вкус и наполнено глубокими ароматами.
Глаза закрылись сами собой. Откинув голову, я ждала, когда придут какие-нибудь образы или видения. Но под закрытыми веками была только темнота. Посидев так, по моим ощущениям, четверть часа, я уже собиралась сдаться и открыть глаза. Как вдруг увидела розовое марево. И собственные руки, державшие то самое украшение, что я все время прячу и перепрятываю.
— Я сохраню его! — голос, сказавший это, был моим.
— Еще бы. От него зависит вся твоя судьба. — Ответил мужчина, незнакомый мне.
— Но как? Этот благородный артефакт открывается лишь самым чистокровным. Вы говорили, я помню.
— Придет время, и поймешь.