Старая... новая сказка (СИ)

— И вообще что с ней происходит, кто эти люди, где она и какого… — мелькнула злая мысль, но подняв глаза на незнакомца, замерла и вдруг подала тому руку. Незнакомец повел ее в танце.
Музыка лилась со всех сторон, и они кружились легко и свободно, несмотря на большое количество танцующих пар. Казалось, что те также не испытывают тесноты и им все равно, кто за ними наблюдает. Они увлечены друг другом и смотрят и улыбаются только своим партнерам.
— Так как же вас звать, милая незнакомка? — услышала она бархатный, слегка с хрипотцой мужской голос у себя под ухом.
Воздух, рождаемый голосом, слегка щекотал кожу, и быстрые мурашки уже бежали по ее телу. Это было ужасно приятно. Она подняла голову и вгляделась в лицо, занавешенное золоченой маской. Ей показалось, что серые глаза смотрели настороженно и в то же время с интересом.
— Желаете познакомиться? — уже кокетничала она, понимая, что он ей очень нравится внешне, такой, какого бы хотела видеть рядом: высокий, спортивный, молодой.
— Очень, — прошептал он, уже целуя ее в шею.
Она, улыбнулась, слегка отстраняясь.
— Зовут меня… — и в ужасе даже остановилась в танце. — Она не помнила своего имени!
— Как…как меня зовут? — отчаянно металась мысль в голове, и она слегка отстранилась от партнера. — Почему я не помню…или не знаю?
Она вдруг почувствовала себя плохо: ей хотелось убежать, спрятаться, не слышать этого мужчину. Он казался ей монстром, который будет убивать ее с непременным уклоном в садизм. Потом также вдруг это прошло и всё стало на свои места: вновь была музыка, шум голосов зала и встревоженные глаза мужчины. Он держал ее за руку, и она с трудом выдохнула воздух. И тут же вспомнила свое имя.
— Золушка, — почему-то сказала она и засмеялась громко, почти задыхаясь. — А вы принц!
Незнакомец прижал ее к себе
— Тихо-тихо, — уговаривал он ее в пол-голоса и подал стакан, — выпейте воды. Вам будет лучше.
Она ухватилась за него и пила прохладную воду большими глотками, а вода все не кончалась и часть ее уже обливала платье и текла дальше по лифу, юбке и даже просочилась к нижнему белью.
— Только бы не описаться, — почему-то смутилась она и вырвалась из рук мужчины. — Кстати, а где здесь туалет?
Она бежала прочь и искала комнату с унитазом или еще с чем-то таким, куда можно было бы просто опорожнить свой наполненный мочевой пузырь, но все комнаты были забиты людьми и они странно смотрели на взъерошенную девушку, которая открывала двери и тут же с отчаянием закрывала.
— Не убегайте, Золушка! — слышала она крик за спиной. — Я хочу помочь вам! Подождите!
Но от этого крика она еще больше стеснялась или боялась и прибавляла прыти. Толкнувшись в еще одну дверь, почему-то влетела и тут же поняла, что комната тесная и пустая.
— Куда я попала? — вздрогнула она и остановилась в недоумении.
Было темно. Она резко зажмурилась и… открыла глаза.
Было уже несколько светлее, нежели ранее и очень неудобно.
— Где я? — мелькнула трезвая мысль.
И тут же поняла, что лежит в какой-то то ли коробке, то ли ящике. Было темно, но угадывались стенки рядом. Протянула руки и похлопала по сторонам. Ее окружало закрытое пространство. И тут же подступил страх.
— Я в гробу? Меня закопали?
И она заорала так, как трубят воинственные слоны при встрече с врагом.
— Помогите! Выпустите меня отсюда!
Попыталась встать и поняла, что не сможет это сделать, и она поползла на карачках, ища задом выход из узкого пространства. Ощутив, что уже выползла, она со стоном шлепнулась на попу и выдохнула с облегчением.
— Теперь будем вставать, — шептала она и, упираясь в пол руками.
Правда, было сложно удерживать себя, так как почувствовала головокружение и подступившую дурноту. А еще очень хотелось пить и писать. Цепляясь за вдруг ощутимые мягкие части какой-то ткани, поднялась на ноги и огляделась. Было темновато, но поняла, что находилась в какой-то комнате, с зашторенными окнами. Упираясь руками в спинку дивана и, опустив глаза, поняла, что лежала между ним и стеной. Как сюда попала и что с ней, пока не могла понять, так как ощущала необходимость в туалете. И срочно, покачиваясь на каблуках, она двинулась через комнату к светящейся арке, которая открывала вид на полутемный коридор. Вдоль него были двери, и она открыла первую.
 
И нашла!
— Здравствуй белый братец-кролик! — шептала она и быстро оголила нужное место.
Со стоном опросталась и тут же почувствовала, что язык еле ворочается и сушняк полнейший.
— Воды, и побольше, — шептала она и нашла раковину с кранами.
Подняв ручку-клавишу, подставила ладони под струю и принялась пить, захлебываясь и отфыркиваясь от попадания в нос. Отплевавшись, плеснула в лицо и тут же поняла, что сильно с похмелья. Всё вокруг кружилось и её подташнивало. Подняла голову и увидела в зеркале на стене лицо тридцатилетней женщины, опухшее, с размазанным гримом. Карие глаза ее окружены были красными от воспаления белками. Все это вызвало в ней омерзение, и она усмехнулась:
— Хороша Маша, да еще и наша. Ну, и рожа у тебя, Шарапов, — хихикнула она и, опершись руками на раковину, закрыла глаза.
Постояв немного, пришла в себя, и еще раз взглянув на отражение в зеркале, принялась умываться, обнаружив даже жидкое мыло рядом на стене в подвесной коробочке. Не найдя расчески, принялась пальцами расчесывать волосы и поняла, что это плохо получается. Ее копна тяжелых каштановых прядей не поддавалась такому простому жесту и требовалась широкая щетка, которая…
— А где моя сумка? — вдруг пришла на ум трезвая мысль, и она ахнула, вспомнив всё, кроме…
  
Глава 2
 
— И как это я так набабахалась, — покачала она головой и тут же застонала от боли.
Открывая дверцы подвесных шкафчиков, бормотала:
— Ведь должны же тут быть медикаменты или всё так запутано. Всё мне кажутся балы и принцы, а может это просто пьяный бред. Пить меньше надо, — скривилась она и тут же обрадовано вскрикнула. — А вот и доктор!
Найдя коробку с красным крестом, быстро раскрыла и вынула, дрожащими пальцами таблетку аспирина. Запив ее глотками из пригоршни, закрыла глаза и глубоко вздохнула.
— Ну, всё. Теперь жду облегчения, потом пойду искать хозяина или хозяев. И хорошо бы ещё и кухню с кофе.
Пройдя уже хоженым коридором, вновь вышла в полутемную комнату, в которой появилась и остановилась, пораженно уставясь на тело, лежащее на том самом диване, откуда пыталась выбраться. Подошла поближе и вгляделась.
— Судя по всем выпуклым частям это мужчина, — размышляла она, оглядывая его, — к тому же спящий. А вдруг мертвый? — ахнула она и застыла в страхе.
Склонившись над ним, услышала ровное дыхание и выдохнула с облегчением:
— Слава Богу, живой! Наверно хозяин. И что делать? Он спит и мне надо бы тоже. А как же кофе? А-аа, потом. Сейчас поспать или доспать.
Она оглянулась и, найдя небольшую софу в углу комнаты, улеглась на нее. И тут обнаружила, что обута. С большими трудами сняв сапоги, повалилась на мягкие подушки, и со вздохом закрыла глаза. Сон сразил сразу же и намертво.
Проснулась от похлопывания по плечу. Открыла глаза и закричала от страха: над ней склонилось недоуменное мужское лицо.
— Ты кто? — услышала она его встревоженный голос.
— А ты кто? — подскочила она, и тут же ее повело, и она зажмурилась от боли, пронизавшей ее голову. Схватившись за виски тихо простонала.
Мужчина отскочил и уставился на женщину, лежавшую в шубе, с мокрым шарфом на шее, и босую. Лицо ее с размазанным гримом и яркой помадой, было странным и страшным: глаза налиты кровью, всклокоченная грива волос и перекошенный от боли рот.
— Ты ведьма? — вскричал он и еще дальше отпрыгнул.
— Сам ты, ведьмак, — еле проговорила она, кривясь от головной боли.
Её все также подташнивало, и было очень плохо. Она вновь со стоном откинулась на подушку. Взглянула вверх и тут же прикрыла глаза: потолок крутился сам собой и опять затошнило. Она повернула голову в сторону, и ее вырвало прямо на пол около софы. Потом еще раз и еще. И, наконец, полегчало. Со стоном она вновь прикрыла глаза.