Воин Ордена Теней. Том III (СИ)

— А сейчас мы отправимся на охоту, — закончил я и кровожадно оскалился. — И вот теперь, мой друг, можно будет кой чего и отрезать.
 Глава 25. Враги съедены, это нужно отметить! 
Мой смелый выпад поддержали все единогласно, пусть и молча, зато без возражений. Хотя рана давала о себе знать, да и светопреставление вытянуло немало сил. Но, как говорится, нас… кхм, пытаются убить, а мы крепчаем! Ну или крепчает слабоумие и отвага. Судя по одухотворенным лицам команды, диагноз, то есть девиз, у нас был общий.
У меня не было дара ищейки и возможности обратиться к кому-либо за подобной услугой. Не посреди ночи, по-крайней мере. Да и скажи кому, что я ищу Красильникова, а потом его вообще потеряют, могут возникнуть вопросики. Воеводе то я всё объясню, но вовлекать в это других не стоит. Так что задачу розыска мне нужно было решить самостоятельно.
Одного не учел подлый граф. Воспользовавшись сумеречным оружием, он оставил на нём след в Тенях, по которому его как раз и можно было вычислить. Такие штуки без последствий трогать нельзя. А уж тем более оставлять в живых меня. Ну и оставлять во мне кинжал.
Я осмотрел отряд. Вид у нас был подходящий — лихой и придурковатый. А перепачканные и разодранные мы будем вызывать меньше желания докопаться. Так что все банные процедуры я тоже отложил. И вдохновляюще повелел:
— Ну, вперед!
— А куда? — скромно уточнил Денис, крутя головой.
— А… туда, — махнул я наугад, в ту сторону, где скрылся мой прожорливый питомец. — Я догоню.
Троица удалилась, а я погрузился в Тени. Мельком оглядел свои владения, убедился что всё в порядке и беспризорной нечисти не осталось. Всю её по округе раскидало.
Взялся за кинжал и сосредоточился на слабом следе. Он едва заметной дымкой вел, как ни странно, именно туда, куда я и указал. Какое прекрасное совпадение! Хотя скорее это сработала интуиция. Где она была, когда эта сволочь меня прибить хотела. Впрочем, я понимал почему чуйка меня подвела. Решение Феди было спонтанное, он просто воспользовался ситуацией, не планировал заранее. Против такого чутье почти бессильно.
След уже испарялся, так что я стиснул зубы и припустил бегом, обгоняя медленно бредущую по берегу троицу. Спина горела, рана воспалилась. Ощущая, как пропитывается кровью наложенная повязка, я велел себе потерпеть ещё чуть-чуть. Нашарил в сумке остатки бодрящего зелья и допил, получив порцию энергии.
Мы добежали почти до моста, к границе шестой крепостной стены. Там раскинулся большой холмистый парк, высокими деревьями колышущийся над крутым берегом реки. У воды всё заросло камышом и прочей растительностью, любящей влагу. Пришлось рассредоточиться и перейти на шаг, чтобы не провалиться в какую-нибудь яму или заводь.
Тут след терялся, расползался мутной дымкой. Словно граф был одновременно в нескольких местах. Собственно, так оно и было. Сначала сдавленно всхлипнул Дэн, прикрыл рот и ломанулся в кусты.
Напарник нашел ногу, по виду буквально оторванную от тела. В свете низкой луны блестела кровь и белела кость. Сестры отреагировали сдержаннее. Нахмурились и потянулись за оружием. Тот, кто это сделал, мог находиться рядом.
Дальше мы пошли по примятой осоке, последний путь предателя заметно выделялся среди буйных зарослей.
Следующей находкой была рука с явными отметинами от зубов. Растерзанное тело лежало у самой воды, целая рука тянулась к реке, граф полз до последнего вздоха. На спине разодрана одежда и опять же следы пирушки. Пересилив брезгливость, я проверил пульс, наклонившись над телом. Должен был убедиться, что граф мертв.
И заметил в его руке ту часть, которую он сумел вырвать у напавшего. Длинные и очень знакомые иглы…
— Лысик! — гаркнул я в кусты. — Я знаю, что это ты! Вылезай!
Но питомец не появился. С одной стороны я гордился этим придурошным, умудрился понять кто напал на меня, выследить и разорвать. Пусть со звериной жестокостью, но слишком уж кровожадно. И мне опять некого допросить! Так я и не узнаю, идейный Федя был, или тупо за деньги.
 
Надо как-то среди своих провести лекцию о пользе захваченными живыми врагов.
— Нда… — рыжая пнула останки ногой и заключила с сожалением: — Не успели.
Преодолев ещё одно внутреннее сопротивление, я обыскал труп. Уж не знаю, на что я надеялся. Записок от главаря или чистосердечного признания там не нашлось. Несколько монет, мятые чеки из столовки и игральная карта, бубновый туз. Исполнение хорошее, но уже потрепанная, видно что долго таскал в кармане. Я вернул всё обратно и молча скормил останки Теням. Никаких прощальных слов, просто зачистка.
После нехитрой манипуляции на берегу осталась лишь примятая трава. Последнее сожаление и разочарование и я обернулся к притихшим друзьям.
— Ну а теперь можно и хорошенько отдохнуть!
Я широко улыбнулся и увидел, как они расслабленно опускают плечи, тоже вычеркивая из памяти увиденное. На другую сторону мы отправились уже веселее. Уставшие, но победившие. С новыми надеждами и с новыми целями.
Планов у меня по-прежнему было немало, но сплошь приятных. И первым этапом был сон. Долгий, спокойный и в своей кровати. То, что у меня её до сих пор нет, я не вспоминал до тех пор, пока мы не добрались до библиотеки.
Нас встречала измотанная Дарья. Подготовка к ритуалу забрала все силы, но девушка не могла заснуть, беспокойно расхаживала по входному залу. Встревоженно ощупала всех, заставила меня сделать перевязку с намазыванием какой-то лечебной мазью и только после этого отправилась на боковую.
В каморке, служившей мне пристанищем последнее время, я забаррикадировался. Придвинул шкаф к двери, подпер его оставшейся мебелью и растянулся на кровати, душевно зевнув, до щелчка.
Погружаясь в сон, воззвал к Богине. Безответно, но ожидаемо. Уничтожить маяки, только после этого мир будет открыт и эта божественная стерва оторвется, вынося мне мозг. Честно говоря, я начал скучать по её взбалмошному характеру. Буквально на несколько секунд. А потом вспомнил наказания и усмехнулся. Может и не надо торопиться…
* * *
Разбудила меня не попытка прорваться в убежище. И радостный колокольный перезвон, проникающий через открытое окно. Поставил на проветривание, блин.
Я приоткрыл один глаз, присматриваясь к свету, льющемуся сверху. Рановато, но не настолько, чтобы дальше дрыхнуть. Солнце чуть поднялось над восточной стеной и светило в узкое окно. Сквозь перезвон слышались крики стражников. Веселые и беспечные. Кто-то подначивал коллегу, шутливо переругиваясь со стены на стену.
Колокола, для разнообразия, сообщали о начале великого праздника. На миг я гордо улыбнулся, пока не вспомнил, что это не меня чествуют. Вот и зря. Ну ничего, я свой праздник устрою, с преферансом и куртизанками.
Довольный таким прекрасным планом, я повозился с мебелью и отправился в новый день. Мыться, завтракать и раздавать командных пинков. Но сначала завтракать! Пост окончен!
Повар этому был рад не меньше моего. Моё счастье же было настолько велико, что я позволил соорудить что-то мудреное. Лишь уточнил, что с мясом, а там дал ему волю. Пусть и он оторвется.
Живот мой рычал так яростно, что еду мне подали в самые короткие сроки. До комнаты, выделенной домоправительницей под столовую, я не дошел. Так и пировал на кухне, уминая за обе щеки. А повар стоял рядом и умилительно прикладывал руки к груди, не забывая о добавке.
Нина Федотовна заглядывала, строго взглянула на подобное нарушение этикета, но тоже разулыбалась моему отличному аппетиту. К созерцанию присоединились и сестры, удивленные переменой диеты. И лишь Дэн бесцеремонно всех растолкал, присоединяясь. Но подготовку нашего повара двумя обжорами было не сломить. Казалось, к этому испытанию, он готовился давно. Столько доставал припасов.
— Какие планы? — поинтересовался напарник, когда мы истребили добрую половину запасов и кулинарный мастер заволновался.