В оковах судьбы V (СИ)

Однако, до сего момента ещё требовалось дожить. Всё же, гомункул, коим мне пришлось управлять, являлся далеко не идеальным средством разведки и сбора информации. Как минимум, в силу своих недостатков, как максимум — из-за того, что был создан на основе данных ауры и энергетики, а не биоматериала.
Фактически, марионетка, несмотря на заверения Йоганса, даже обладая внешностью, аурой и энергетикой Карлуса Поттера, не являлась его клоном. Едва ли оборудование темного целителя могло создать точную копию физического тела покойного некроманта, не говоря уже о генетике. Потому я и беспокоился. Стоило местной системе безопасности посчитать меня врагом, как удар последует мгновенно. И не только со стороны артефактов, в громадном количестве вмонтированных в стены — в дело вступит крайне опасная нежить, границы возможностей которой лично мне не известны.
  
Мысленно дав себе пинка, я таки прикоснулся к дверным створкам. По угловатым символам пробежала волна, быстро перешедшая на ауру и энергетику марионетки. Почти сразу из громадного аметиста, вмонтированного в каменную кладку над входом в особняк, полился луч того же цвета. Он скользнул по гомункулу, принявшись изучать тонкие тела и физическую оболочку творения Йоганса.
— Как интересно… — раздался голос из пространства вокруг, — Поттер, но не Поттер, управляющий химерой… Кто ты?
— Меня не узнали? — поинтересовался я, пытаясь понять как поступить.
О подобном варианте развития ситуации Джоанна не предупреждала. Вампирша и о сканирующих артефактах не знала, судя по всему.
— Ты не Карлус. Кто-то из его потомков. Но информации о тебе у меня нет. Кто ты?
— Сын Джеймса Поттера.
В голосе моего незримого собеседника появилась неприкрытая насмешка:
— Ты не соврал, но ответ крайне обтекаемый.
Поколебавшись, я решил ответить более конкретно:
— Гарри.
Это имя не принадлежало мне в полной мере, но и относилось ко мне. Всё же, моя нынешняя личность — кошмарный сплав сформированной уже в этом мире психики, что выросла на основе останков меня-Ревана и той мерзости, которую создали магистры Ордена Джедаев.
— Я впервые вижу подобное. Ты не врёшь, но и не говоришь всего. С другой стороны, на тебе есть метка Мантии Певереллов. Она признала тебя своим хозяином.
— А кто ты такой? — не выдержал я, — Представься.
— Это уже не важно, изгнанник.
В этот момент газон с обеих сторон от мубыжной дорожки во множестве мест буквально взорвался, освобождая находившуюся в земле нежить. Бледные существа, лишь отдаленно напоминающие люде, вынырнув из глубоких ям, разбрасывая во все стороны комья сырой земли, бросились ко мне. В это же время по каменной кладке стен особняка, словно по воде, пошли волны. Они оставили после себя многочисленные темные провалы, из которых вынырнули несуразные, невероятно худые, но обладающие перепончатыми крыльями и длинными хвостами, твари.
Разогнав собственное восприятие, я ударил по нежити Молниями Силы, из-за чего руки гомункула прочти мгновенно превратились в обуглившиеся обрубки. Против летающих порождений неизвестной мне магии пришлось выставить разновидность Барьера, выполненную в виде купола. Стоило мне использовать эту технику, как в моё творение врезались сразу несколько пепельных сгустков. Стражи особняка, судя по всему, обладали некоей разновидностью некротических способностей — их заклятия относились к магии смерти и состояли из вполне характерных энергий.
— Так Поттеры встречают свою родню? — оскалился я, активировав артефакт-бомбу и начав вливать в него энергию, дабы увеличить мощность взрыва, — Что ж… Предателям всегда одна судьба!
— Хватит! Остановись!
К моему удивлению, атаковавшие меня существа, метнулись в разные стороны, мгновенно прекратив свои попытки проломить выставленный барьер. Оглядевшись, я увидел высокого мускулистого мужчину с совершенно седой шевелюрой и бледной кожей.
Это был лич. Куда более могущественный, чем тот, что устроил бойню на базе «Гренадеров».
— С чего вдруг? — поинтересовался я, оценив силу неожиданного собеседника.
— Ты собрался причинить вред дому своей семьи, — пожал плечами немертвый, — Хотя, как я понимаю, изначально пришел не за этим.
— Может, представишься?
— Может, деактивируешь артефакт? — лич кивнул на рюкзак за моей спиной.
— Где гарантия, что ты не нападешь после этого?
В действительности, магическая бомба была настроена на работу сердца гомункула-марионетки. В случае гибели детища Йоганса, детонация происходила практически сразу. Едва ли местные стражи могли успеть избавиться от него. Самостоятельная аппарация нежити точно не доступна. Только с помощью артефактов. Да и то, с массой нюансов, включая весьма специфичные индивидуальные меры защиты. Почему так — Джоанная не знала. Собственно, потому вампирша предпочитала путешествовать исключительно с помощью магии теней. Лишь в тех случаях, когда требовалось маскироваться, она была вынуждена доставать из своих схронов имеющиеся у неё в единственном экземпляре артефакты.
Между тем, лич, фыркнув, демонстративно держа руки на виду и не делая резких движений, приблизился ко мне и произнёс:
— Я охраняю это место. Мне приказано обеспечивать безопасность особняка, а не провоцировать его уничтожение…
— Где Ричард?
— Скоро вернётся, — пожал плечами немертвый, — Полагаю, ты хочешь пообщаться со своим родственником, раз уж явился сюда.
— Всё так, — не стал я спорить с нежитью.
— Вот и поговорите, как подобает цивилизованным существам, — пожал плечами лич.
Пока немертвый пытался меня отвлечь разговором, другая нежить силилась вскрыть Барьер. Во всяком случае, нечто похожее на разновидность боггарта искало прорехи в моём детище. Похоже, немертвые куда хитрее и опаснее, чем мне казалось…
— Прикажи своей твари оставить Барьер в покое, — фыркнул я, — Или Ричард по возвращении увидит руины на месте особняка.
— Твой артефакт может повредить щиты и здание, но не уничтожит особняк. Мощности не хватит, — усмехнулся лич, — К тому же…
В этот момент каменная брусчатка под ногами марионетки провалилась. Вместе с ней вниз полетел и гомункул. Я же, пользуясь тем, что разум всё ещё был разогнан, послал артефакту импульс-активатор, а сам — разорвал связь с творением Йогнаса.
— Что там? — поинтересовалась Джоанна, стоило мне принять вертикальное положение.
— Не знаю что там насчет…
Дрогнувшая под ногами земля заставила меня замолчать, а спустя несколько мгновений до слуха донёсся грохот взрыва.
— Красочно, — раздался смешок одного из «Гренадеров», что использовал летающий артефакт для наблюдения за особняком.
— Что там? — поинтересовался я у наёмника.
— Здание… Ну, часть окон выбило, — пожал тот плечами, — Но они уже восстанавливаются. Полагаю, там для этого есть либо нежить, либо артефакты… Домовиков вообще не видно. Других повреждений нет…
— А нежить?
— Тот лич, с которым ты вел светскую беседу, точно упокоен, — криво усмехнулся маг, — Как и вся материальная нежить в радиусе… Ну, ярдов так пятидесяти.
— Артефакты? Я заметил вмонтированные в стены…
— Реван, — покосился на меня наёмник, — Бесполезно. Нежить взрыв ещё прорядил, а вот здание… Можно сказать, поцарапал.
— Тогда бейте артефактами, а потом уходим.
Готовясь к нападению на особняк Поттеров, помимо гомункула, я решил использовать опыт войны в родном мире. Понятно, что здесь магических аналогов ракет и торпедных аппаратов не существовало. На первый взгляд.
Зато имелись снитчи.
Миниатюрные мячики-артефакты, предназначенные для единственного вида спорта, имеющегося у здешних одаренных. Однако, стоило использовать их структуру, хоть и с некоторыми изменениями, в далеко не самых мирных целях, как результат оказался более чем выдающимся.
  
Собственно говоря, мне не пришлись ничего изобретать. Штатные энергетические плетения лишь были внедрены алхимические бомбы. Правда, алгоритмы поведения пришлось видоизменить, дабы получившиеся самонаводящиеся снаряды могли уворачиваться от заклятий и не в меру буйных покойников. Теперь нам предстояло узреть реальную эффективность наших творений. Всё же, потратить почти две недели на создание пустышки — не самое приятное дело.