Мужчина, вы ошиблись! Я не ваша жена!

Мы оба посмотрели на оборотня, и по упрямому выражению его лица стало понятно – именно так он и собирается поступить.
– Только там она будет в полной безопасности, – уверенно заявил волчара.
Очень похоже на то, что меня собираются похитить. Как там поется в колыбельной песни?
«Баю-баюшки-баю
Не ложися на краю
Придет серенький волчок
И укусит за бочок».
Так вот, похоже, что этой ночью я не просто спала на краю, а упала с кровати и хорошенько приложилась головой о тумбочку, раз со мной все это происходит.
  
– Рейв, приди в себя! – блондин начал откровенно злиться. – Понимаю, возвращении вскружило тебе голову, но включи голову, умоляю! Во-первых, она явно ничего не помнит и не собирается признавать тебя своим мужем. Во-вторых, не мне тебе рассказывать, как к твоей… кхм… супруге относятся старейшины клана. В-третьих, нужно продумать, что делать с драконами, которым твоя жена нужна позарез!
– А в-четвертых, катись бешеному медведю под хвост, Ройт! – зарычал волк и буквально в одно мгновение очутился рядом со мной. Я и пикнуть не успела, как оказалась сидящей на руках у своего «супруга». Он не стал задерживаться ни на секунду и стремительным шагом направился прочь из зала.
Мне не послышалось? Блондин сказал что-то о драконах, которые имеют на меня какие-то виды? Мне бы с этим волком разобраться! Драконы – не моя специализация. Пусть ими занимаются орнитологи, археологи и прочие любители рептилоидов. А я больше по пушистым четвероногим.
Кстати, о них. Оборотень собственнически прижимает меня к своей груди и будто совсем не чувствует веса взрослой женщины. Несет легко и без капли напряжения, будто я игрушечная. Меня никогда прежде не носили на руках.
Пока волк шагал и сосредоточенно смотрел прямо перед собой, я получила возможность рассмотреть его вблизи. Первое, что почувствовала – исходящий от него жар, будто бедолага страдает от лихорадки. Но на больного он совсем не похож. Хм… А ведь у волков нормальная температура тела – сорок градусов! Но любого человека такой жар просто убьет, а этот рычит на всех, бегает, еще и тяжести таскает. Эх, измерить бы ему температуру!
– А вы, правда, волк? – решилась я начать разговор. Любопытство взяло верх. В конце концов, я ветеринар! У меня профессиональный интерес.
Оборотень слегка приподнял уголки губ.
– Я альфа, мое сокровище, – отозвался он.
– Точно-точно, у волков в стае строгая иерархия, – кивнула я. – Альфа – самый сильный среди остальных волков, он распределяет добычу и руководит всей жизнью стаи. Защищает самок, детенышей, изгоняет провинившихся.
– Вот видишь, сокровище мое, – теперь он откровенно улыбается. Так тепло и ласково, словно мы вместе уже много лет. – Все-таки ты помнишь многое из того, что я тебе рассказывал.
– Вы? – удивилась я. – Я училась на ветеринара, изучала животных, но…
– Чтобы ни сотворила с тобой черная магия, Олия, все, что ты знаешь о волках, ты узнала от меня, – перебил оборотень. – Я знаю правду, сокровище мое. Я – твой якорь. Верь мне.
Верить тому, кого я знаю буквально десять минут? Я еще не сошла с ума, волчок. Может, это ты объелся лесных зайцев и теперь слегка не в себе? Вон, даже друг-блондин поглядывает на тебя с опаской.
– Куда вы меня несете? – осторожно спросила я, когда мы сделали уже три поворота. Я забеспокоилась. Как ориентироваться в этом лабиринте? Лестницы, бесконечные коридоры, одинаковые двери. Я ведь уже не смогу сама вернуться назад. Я просто-напросто не помню дорогу! А значит, теперь полностью зависима от волка.
– Переодеться, – ответил он мне, стараясь не пугать. Говорит тихо и мягко, хотя с его голосом делать это явно непросто. Будто у него на руках испуганный котенок, которого потрепали собаки.
А еще я вдруг поняла, что совсем его не боюсь. Опасаюсь, конечно, да и его напор в первые минуты заставил меня испугаться, но теперь – нет. Отчего-то я точно знаю, что этот волчонок не укусит. Откуда? Профессиональный опыт. Ко мне на прием приходят разные животные, и я давно научилась распознавать характер своих пушистых пациентов. Поэтому я точно знаю, что матерый волк меня не тронет.
А еще я остро чувствую в этом мужчине животное начало. Не то в его странных, «волчьих» чертах лица, не то в быстрых звериных движениях. Даже если бы мне не сказали, что передо мной оборотень, я бы все равно не ложилась на краю, если он поблизости.
Наконец, оборотень занес меня в одну из комнат. Я сразу поняла, что это гардеробная: здесь сотни вешалок, на которых пестрят самые разные наряды.
– Прости, я не могу дать тебе те платья, которых ты достойна, – волк поставил меня на ноги. – Придется выбирать из того, что есть. Возьми себе что-нибудь для дороги, – он небрежно махнул рукой на бесчисленное множество нарядов. – Поудобней, а то путь нам предстоит не близкий.
Я бросила на мужчину осторожный взгляд, но спорить не стала. Во-первых, это бесполезно. А во-вторых, с такими своенравными животными никогда нельзя идти напролом. Нужно мягко, спокойно, бережно. Не мытьем, так катаньем.
– Эм… А вы будете стоять здесь, пока я переодеваюсь? – уточнила осторожно.
Волк закатил свои медовые глаза.
– Олия, ты моя жена! Что я там не видел? – усмехнулся он так по-мужски, собственнически, уверенно. У меня мурашки побежали по телу от этой усмешки. Так и хочется закричать: «Ничего ты там не видел!», но лучше промолчать.
– И давно мы с вами женаты, уважаемый оборотень? – спросила я вместо того, чтобы спорить с ним. Надо же понимать фабулу бреда своего… хм… мохнатого пациента.
– Год, моя драгоценная, – заявил волк, не сводя с меня своего магнетического взгляда. – Целый год мы с тобой состояли в счастливом браке. А затем ты исчезла. Пропала, будто в воздухе растворилась, – он горько усмехнулся. Я искал тебя, Олия. Ты даже не представляешь, на что мне приходилось идти, чтобы хотя бы напасть на твой след. Но все тщетно. И вот, я нашел тебя. Нашел! Спустя невыносимые три года ты стоишь передо мной, а я… – неожиданно у него будто бы закончился воздух в груди. – Я боюсь прикоснуться к тебе, чтобы не напугать еще сильнее, – волк хмыкнул и опустил голову.
 
Глава 3
 
Только сейчас, успокоившись, я стала отмечать те детали, которых не замечала раньше. Его руки и впрямь мохнатые. Может, это и не шерсть, но волосяной покров у него весьма… приличный. Я бы такого мужа на диван не пустила.
– Что такое? – он заметил мой интерес к его рукам.
– Будь я вашей женой, я бы регулярно вас вычесывала, – призналась я с улыбкой. Надеюсь, он не обидится?
– Олия, можешь хоть косички плести на моих руках, только не исчезай больше, – выдохнул оборотень и посмотрел на меня так, что сердце забилось чаще.
– На косички тут явно не хватит, – выдавила я, пытаясь разрядить обстановку. Я улыбаюсь, а он все смотрит и смотрит. Так пронзительно, неотрывно, словно хочет сказать мне очень многое, но не может.
– Мы обязательно поговорим, – пообещал мне волк, даже не моргнув. – Ты расскажешь мне обо всем, Олия. Как ты жила все эти годы, с кем была, чем занималась. А затем я найду тех, кто отнял тебя у меня и самолично оторву им головы! – последнюю фразу он прорычал, да таким страшным голосом, что я невольно вздрогнула.
Он заметил мой испуг. Не мог не заметить. Волк ловит каждое мое движение, следит за реакцией на каждое свое слово.
  
– Не бойся меня, – прохрипел он тихим голосом, в глазах мелькнула вина. – Я никогда не причиню тебе вреда, Олия. Прошу тебя, не бойся. Кто угодно, только не ты.
Его откровенность, искренность и преданность сбивают с толку, мешают мыслить рационально. Оборотню хочется верить!
– Рейв, – произнесла я до боли знакомую кличку. Перед внутренним взором тут же встал мой любимый пес – такой же сильный, верный и отважный. – Отвернитесь, пожалуйста. Я хочу переодеться.