Бестселлер на троих (СИ)

— Егор Гречанин, — просвещаю подругу, вспоминая его творчество. — «Егоркины сказки» слышала?
— Клубничка? Для взрослых? — оживляется она, проводя руками по крутым бёдрам.
— Для детей, — смеюсь и добавляю уточнение: — Три плюс, шесть плюс. Цикл колыбельных, путешествие Васютки. Пробовал молодёжку, но такого успеха, как в детской литературе, не добился.
— Да лааадно, — разочарованно тянет Надька, оседая на матрас. — И пишет он их, наверное, для своей рыжей пигалицы, ростком с вершок. Ну, вот что за несправедливость? Там ведь не ущипнуть, не провалиться. Ни рожи, ни кожи, а самомнение… Налетела, как воробей разъярённый. Аж перья полетели.
  
— А эта девушка, если я не ошибаюсь, Ляля Бур, — задумываюсь на секунду. — Её конёк вампиры и оборотни. Между прочим, восемнадцать плюс.
— Дааа, странное у вас сообщество, — протяжно выдыхает Силинская, наконец разобравшись с лямками и верёвочками. — Всё не то, чем кажется. Ты меня только окончательно не разочаровывай. Если мои любимые детективы пишет лысая, необъятная женщина, то не показывая её мне. Пусть буду продолжать ориентироваться по аватарке.
— Договорились, — хитро улыбаюсь и хватаю её за руку, вытаскивая из палатки.
В отличие от Нади я выбрала цельный купальник тёмно-синего цвета. Привлекать к себе внимание цель не стоит, а двигаться в нём удобно. Ничего не вываливается, стоит наклониться, да и полупрозрачное парео маскирует глубокие вырезы на бёдрах. Серёге очень нравился он. Скромно и сексуально.
Замираю, отвешивая мысленно себе подзатыльник. Вот сколько я ещё собираюсь всё равнять на бывшего мужа? Он сейчас кувыркается с очередной Русей, и мой выбор одежды его не должен волновать.
— Анит, ну скажи по секрету, ты же знаешь, кто такая Алевтина Майорова? — не выдерживает любопытного зуда Надька, возвращая меня из неприятных мыслей.
— Не, я с детективщиками не общаюсь, — вру в глаза и совсем не чувствую угрызений совести. Ну как ей сказать, что за сексапильной девчонкой в очках и в строгом костюме скрывается щуплый мужичок из Екатеринбурга?
До общего сбора остаётся где-то час, и я решаю это время провести с пользой и удовольствием. Дохожу до полосы из песка, скидываю парео и забегаю в воду, повизгивая от брызг. Полдень, а озеро ещё не прогрелось, но такая отрезвляющая свежесть потрясающе выбивает хандру и сожаления от ошибок. Слышу сзади сметающий всё живое ход Титаника, и спешу рывком погрузиться на глубину, освобождая Надюше пространство.
Отплываю подальше от берега, переворачиваюсь на спину и раскидываюсь звездой, прикрывая глаза от палящего солнца. Крики, приглушаемые водой, суета авторского муравейника, тоска серых дней, всё уходит на второй план, замещаясь тишиной и каким-то сказочным умиротворением. Будто я на другой планете, вокруг волшебное озеро, искрящееся драгоценностями, а где-то там, на Земле, остались все проблемы и последствия излишней доверчивости.
— Красиво здесь, правда? — слышу приятный, мужской голос совсем рядом, которым следует озвучивать чувственный роман. — Артём.
— Правда, — переворачиваюсь поплавком и зависаю напротив него. Достаточно привлекательный с короткой, аккуратной стрижкой, с чисто-выбритыми скулами и с затаённой грустью в серых глазах, таких же, как дождливое небо, налитое тяжёлыми тучами. — Анита.
— Первый раз здесь? — интересуется, и я перевожу внимание на тонкие, но чётко очерченные губы. Захотелось коснуться их подушечкам пальцев, как часто случается в моих историях.
— Здесь да, но раньше много ездила по конференциям и встречам, — не могу сдержать неловкую улыбку под заинтересованным взглядом. — А вы?
— Впервые. Никогда не посещал такие мероприятия, — подаётся вперёд, подплывая ближе и зависая в паре десятков сантиметров от меня. — Может на ты?
Киваю и думаю, что мы, наверное, глупо смотримся со стороны. Две говорящие головы над искрящейся поверхностью, колышущиеся на мелкой ряби, как буйки. Да и ноги стали коченеть от ледяных ключей, бьющихся со дна. Разворачиваюсь и натыкаюсь на хихикающую Надежду, вокруг которой крутится тоже неплохой экземпляр. По крайне мере на лицо, так как телосложение в воде рассмотреть сложно.
— Марат, — дёргает подбородком Артём, указывая на объект возле Нади. — Университетский друг. Он и вытащил сюда.
— Надежда, — смеюсь от абсурдного диалога, совсем не похожего на мои придыхательные речи в книгах. — Подруга детства. Благодаря ей я здесь.
Надюша уже забыла о страданиях по Егору и переключилась на красавчика Марата, отсвечивающего белозубой улыбкой. Вот так и по жизни. Поплачет после неудачного свидания, утопит горе в вине, а утром с лёгкостью порхает, улыбаясь следующему претенденту на отзывчивое сердце блондинки.
Ничего не говоря, плыву в сторону берега и чувствую, что Артём следует за мной. Стараюсь, как можно незаметнее, проскользнуть мимо занятой подруги и походкой от бедра выхожу из воды. Не рассчитываю на какое-либо продолжение, но… Я ведь девочка, и у меня в крови продемонстрировать себя с лучшей стороны.
Оборачиваюсь и вижу, что попала в цель. Артём замирает, ведёт пульсирующей похотью по линии бедра, по выпуклости груди, упирается в глаза и кривит уголки губ в мимолётной ухмылке. Поворачивается боком, напрягает живот, демонстрируя не очень резкий рельеф мышц вполне подтянутого тела. Сразу вспоминается знаменитая фраза: «мальчики, такие мальчики», точно раскрывающая повадки мужского пола.
— Водичка потрясающая, — вылетает Надя, бурно делясь с окружающими восторгом. — Марат приглашает нас вечером к их костру. Я обещала, что мы придём.
По касательной прохожусь по Марату и вижу те же всполохи похоти, что и у Артёма, только направлены они не на Надюшу, а на меня.
  
Глава 5
 
Артём 
Забыл, насколько приятно взвалить на себя физический труд. Нарубить дрова, отфильтровать воду, помочь залить котлы. Постепенно знакомлюсь с соседями, в основной массе которых женщины, и с сожалением понимаю, что в лежачей плоскости они меня не привлекают. Замечаю игривые взгляды, намекающие на продолжение, но сталкиваюсь с внутренним стопором, отвергающим все фривольные мысли.
Стойкое понимание, что не моё. Видно, за десять лет брака тело привыкло к постоянству и отказывается реагировать на девичью близость. Смешно. Свободен, обманут, ветвистые рога подпирают небо, а верность как будто прибита гвоздями.
— Не перетрудись, Тём, — отвешивает хлопок по спине Марат, отрывая от разделки мяса на плов. — Пойдём, искупнёмся.
Следую за его взглядом и натыкаюсь на двух девчонок, идущих к озеру. Тёмненькая со спины не отличается чем-то примечательным, а вот блондинка взрывает стандарты своими формами. Настолько чёткие линии песочных часов, что руки чешутся схватить карандаш и разложить совершенство строками на лист бумаги.
В этом плане я всегда был нездоров, что поначалу нравилось жене, а потом переросло в раздражение. Ксю была права. Мне не важно, где писать свербящие слова, а валяющиеся везде ручки и карандаши позволяли накладывать мысли на обои и попадающиеся под руку документы.
— Твоя задача отвлечь подругу в синем купальнике, — заговорщическим голосом торопливо бубнит Марат, похотливо пожирая глазами слишком округлые бёдра нимфы в розовом. — А я пока обработаю пышечку. Сегодня ночью она будет стонать подо мной.
Усмехаюсь от его самоуверенности, с раздражением, шумно втягивая хвойный кислород ноздрями. Не в восторге от попыток друга насильно втянуть меня в знакомство, но всё равно иду к озеру, чтобы как-то уменьшить его давление. Пусть займётся окучиванием девчонки и отстанет от меня, перенеся свою активность на охоту.
  
Невольно засматриваюсь, как плавно шатенка рассекает воду, и следом блондинка врезается в гладь, визжа и поднимая брызги. Импульсивность красотки зашкаливает, вызывая желание улыбнуться. Марат сбоку старательно пыхтит, стягивая майку и шорты. Предвкушение прямо прёт из него, заряжая нетерпением воздух.