Запрещённый приём (ЛП)

— Какое отношение его личная жизнь имеет к моему вопросу?
— Кармайкл провел ночь с Хейзел. «Сахарный Ручей» — самый популярный ресторанчик в городе, туда все ходят за завтраком или ланчем. Если он рассказал своей девушке о том, что планирует провести ночь у нее, и сделал это во время ее смены, то о его планах знала бы половина страны.
Шериф так неодобрительно покачал головой, что его щеки затряслись. Он напоминал мне здоровенного бульдога.
— Я бы принял эту теорию, если бы Рэя застрелили, но его растерзали в клочья. У нас тут нет других оборотней, кроме Бобби.
— Да ладно, шериф. Вы сами-то что бы подумали, если бы смерть не выглядела, как от рук верлеопарда? Тот факт, что это произошло в ночь, когда дом пустовал, вас не смущает?
Он нахмурился.
— Я знаю, что я видел, Блейк. Ни один человек не способен сотворить с другим подобное.
— Вы бы удивились, если бы знали, что люди способны сотворить со своими сородичами. — Заметила я.
— По-вашему, я просто провинциальный коп, который ни хрена не замечает.
— Она не это имела ввиду. — Вступился Ньюман.
— Я имела ввиду, что видела, на что способны люди в отношении других людей. В такие моменты невольно хочется верить, что это сделало какое-нибудь чудовище.
Ледук набрал побольше воздуха в легкие и медленно выдохнул.
— Ладно. Я взял вас на мушку, вы взяли на мушку меня. Будем считать, что мы квиты, и прицелимся, наконец, в настоящее чудовище.
— Я подумал, что если сделаю это, все будет кончено. — Подал вдруг голос Трой. Его лицо было мокрым от слез, хотя он уже перестал плакать.
— Бобби был бы мертв, а на тебе повисло бы убийство, Трой. Для тебя бы все только начиналось. — Возразил Ньюман.
— У меня в кармане лежит ордер. — Сказал Трой.
Все, у кого был жетон, уставились на него. Ледук заговорил медленно, как с ребенком, который сделал что-то плохое.
— Но что это меняет, Трой?
— Вы сказали, что это — карт-бланш. Что он поможет избежать тюрьмы. — Ответил Вагнер. Глаза у него были такие наивные, словно он вообще не понимал, каких делов натворил.
— Если бы ордер был в руках маршала, который там указан, то да, но для других людей это правило не работает.
Трой моргнул и уставился на Ледука. Я задумалась, насколько у него в принципе варят мозги. Явно не слишком быстро.
— Трой, в ордере указано мое имя. — Пояснил Ньюман. — Если я участвую в охоте, тогда это — легальная казнь. В противном случае это будет считаться убийством.
— Погоди, Ньюман. Если Бобби начнет перекидываться в своей клетке, то мы в него выстрелим, чтобы он точно никому не навредил. — Вмешался Ледук.
— Помощник Вагнер, заключенный начал перекидываться, когда вы стали стрелять? — Спросила я.
Трой посмотрел на меня, качая головой.
— Нет, но он ведь убил Рэя. А у меня в кармане был ордер.
— Трой, мать твою. Я в курсе, что ты тугодум, но соображай уже. — Рявкнул Ледук.
— Трой Вагнер, вы задержаны по подозрению в покушении на убийство Бобби Маршана. — Произнес Ньюман. Он сказал это тем тоном, которым все копы обращаются к подозреваемым. Я сама никогда никому не зачитывала их права. Это делается только при взятии под стражу. Я так не поступаю. Вампиры прозвали меня Истребительницей. Я пленных не беру.
  
19
 
Ливингстон и Кейтлин были чертовски удивлены, обнаружив помощника Вагнера в соседней клетке рядом с Бобби, но когда мы разъяснили им ситуацию, они не стали возражать.
— Я слыхал, вы из тех, кто сперва стреляет, а потом задает вопросы, Блейк. — Заметил Ливингстон. — Я удивлен, что вы не пристрелили Троя.
— Признаюсь, я и сама удивлена. Наверное, дело в его униформе.
— Не верьте тому плохому, что слышали о маршале Блейк. Она из числа лучших офицеров сверхъестественного отдела, с которыми мне только доводилось работать. — Заявил Ньюман.
Я улыбнулась ему.
— Спасибо, Ньюман.
— Если бы я верил во всякие глупости, меня бы здесь не было. — Сказал Ливингстон.
— Вы с большей охотой поможете казнить невиновного или окажете услугу вавилонской шлюхе? — Поинтересовалась я.
 
— Не припомню, чтобы я использовал такую формулировку. — Парировал Ливингстон.
— Чему я очень рада. — Заметила я.
— Хотите сказать, вас так в лицо называли другие офицеры? — Встряла Кейтлин.
— Было дело. — С улыбкой ответила я, потому что иногда плохие вещи надо говорить вслух и с улыбкой, в противном случае осадок от них выжрет тебя изнутри. Улыбайся и мысленно посылай их на хрен.
— Ох, это… это ужасно. — Сказала она.
— Согласна.
— Мне жаль, что вы имели неудовольствие столкнуться с таким непрофессионализмом со стороны офицеров полиции. — Сказал Ливингстон. Это прозвучало искренне, так что я поблагодарила его.
— Как ни странно, чем ближе моя свадьба, тем реже я слышу в свой адрес подобные вещи. Если людей так огорчает, что я сплю с монстрами, разве свадьба с монстром не должна была сделать еще хуже?
— Речь идет о браке. — Заметил Ливингстон. — Мы не поливаем грязью чужих супругов.
— Супругов у меня пока нет, но я возьму это на заметку. А теперь скажите, что вам от нас требуется, чтобы снять отпечатки ног Бобби?
— Кейтлин должна быть в безопасности, пока собирает улики, и я бы не хотел убивать нашего заключенного, чтобы защитить ее, потому что это пустило бы коту под хвост все то, чем мы здесь сейчас занимаемся.
— Простите, что разорвал цепи. — Извинился Бобби.
— Ты пытался спастись от пули. Не извиняйся. — Успокоила его я.
— У нас нет ничего крепче цепей, чтобы удерживать его. — Подал голос Дюк.
— У меня есть наручники для сверхъестественных существ. — Сказал Ньюман.
— Неплохо для начала. — Заметил Ливингстон.
— Можно обернуть цепи вокруг наручников. — Предложил Дюк.
Я покачала головой.
— Это его не удержит.
— Что ж, госпожа Эксперт, тогда скажите нам, что его удержит.
— Для вас я — «маршал Эксперт», а с удержанием заключенного прекрасно справятся наручники, которые есть у нас с Ньюманом.
— Думаю, серебряные цепи должны сработать. — Заметил Ливингстон.
— Во-первых, у вас есть серебряные цепи нужного размера? — Уточнила я.
Ему вдруг будто бы стало неудобно, и я не сразу поняла, что это была его версия смущения.
— Нет.
— А во-вторых, серебро стирает им кожу — оно действует, как металлический аллерген, но это не значит, что серебряные цепи прочнее.
— Я думала, они загораются от прикосновения к серебру. — Удивилась Кейтлин.
— Нет, ничего театрального. Требуется время, чтобы серебро повредило кожу, если только речь не идет о лезвии или пуле с высоким содержанием серебра. В таком случае оружие будет столь же эффективно против них, как и против обычных людей.
— Мы можем носить серебряные украшения, если между металлом и кожей есть одежда. — Добавил Бобби. — Это помогает скрывать, кто мы такие.
— Смотрите, какой полезный. — Съязвил Ледук.
— Ты меня почти всю мою жизнь знаешь, Дюк. Это все еще я.
— То, что растерзало Рэя, не было человеком, так что мальчишки, которому я помогал тренироваться когда-то, больше не существует. Он умер в Африке, когда на него бросился леопард, а обратно домой вернулось чудовище.
— Хватит. — Вмешалась я.
— В своей тюрьме я сам буду решать, когда хватит.
— Думаю, я только что сделала это за вас.
— Вы не обязаны обожать друг друга, чтобы работать вместе. — Заметил Ливингстон.
— О, хорошо. — Обрадовалась я. — А то на минутку показалось, что нам с Дюком все-таки придется подружиться.
— Блейк. — Почти взмолился Ньюман.
— Если я должен называть вас маршалом, то вы зовите меня шерифом.
— Дюк. — В голосе Ливингстона не было мольбы, скорее предупреждение.
Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
— Ньюман, капитан, вы правы. Нам не нужно быть в восторге друг от друга, чтобы делать свою работу и быть профессионалами.