Миша (ЛП)

– Никогда.
Когда они снова принялись дразнить друг друга, Марибель оглянулась на сыновей. Скоро она им больше не понадобится. У них у всех будут свои семьи и супруги. Она почувствовала, как ее сердце разбилось.
Она подняла глаза, когда Ханна, как они все начали называть ее, села рядом с ней. Ребе-нок был просто самым красивым существом, которое она когда-либо видела, и ее сердце было наполнено только добротой. Пока они сидели и слушали, как мужчины перебрасываются шут-ками, Марибель думала о детях, которые у нее будут, и радовалась этому. Когда Ханна повер-нулась к ней, Марибель поняла, что всегда будет любить этого ребенка, как родного.
  
– Я хочу, чтобы ты переехала к нам с Мишей,–Марибель была поражена и не знала, что сказать. Но Ханна продолжила, прежде чем она сказала какую-то глупость: – Я говорила с ним об этом. Он... Миша только за. На самом деле, он больше, чем за это. Он очень взволнован.
– Что мне делать в этом большом доме? Кроме того, у меня есть этот,–она кивнула и улыбнулась. – Ты что-то задумала. А я-то думала, как сильно полюбила тебя.
– Томас хочет жить в твоем доме. С остальными. Но мы с Мишей хотим, чтобы ты была рядом. Я хочу, чтобы ты была рядом,–она отвернулась, и Марибель затаила дыхание. – У меня никогда не было настоящей матери. И теперь я узнаю, что у меня ее не было и с той, которая была. Мне нужно, чтобы ты пришла и показала мне, как...мне нужно, чтобы ты любила меня и показала мне, что значит быть мамой. Мне бы очень хотелось называть тебя мамой.
– Хочешь называть меня мамой? – Ханна сказала да, но только если все будет в порядке. – В порядке? Господи, дитя мое, это было бы чудесно. Что касается жизни с тобой и Мишей, то я сделаю это только при одном условии.
– Что угодно,–Марибель кивнула и ничего не сказала. Возможности были безграничны, но она действительно хотела только одного. – Ты сделаешь это?
– Не хочешь знать, чего я хочу? – Ханна улыбнулась и покачала головой. – Возможно, это больше, чем ты готова дать.
– Это невозможно. У меня есть все, что я хочу, и ты никогда не отнимешь это у меня. Ес-ли хочешь, я сделаю все, что в моих силах. Даже внука,–Марибель почувствовала, как ее глаза наполняются слезами. –Именно это, не так ли? Ты хочешь внука?
– Да. Я хочу больше всего на свете,– Ханна взяла ее за руку и сжала. Потом они еще не-много посидели. Она понятия не имела, что значит переехать к сыну, и сейчас ей было все рав-но. Скоро она станет бабушкой.
***
Когда на следующее утро он спустился по лестнице, Ханна сидела за кухонным столом. Он надеялся, что разбудит ее, заставив кричать от очередного оргазма, но ее сторона кровати была холодной, и сколько бы он ни пытался дотянуться до нее, она блокировала его. Миша по-смотрел на Джексона, когда тот откашлялся.
– Ей позвонили. Я не уверен, кто это был, но она сидит там с тех пор, как повесила труб-ку. Я накормил ее завтраком и чаем, но она не сказала, ни слова,– Джексон протянул ему чашку чая. – Попробуй уговорить ее выпить еще немного. Я беспокоюсь о молодой хозяйке.
Миша сел и приподнял ей подбородок, чтобы она посмотрела на него. Ханна смотрела на него несколько секунд, прежде чем, наконец, улыбнулась. Однако это не было настолько обна-деживающе. Это было самое печальное, что он когда-либо видел на ее лице.
– Они позвонили,–он нахмурился. – Моя...какая разница. Люди, которые мои бабушка и дедушка. Они позвонили сюда сегодня утром. Адвокат, с которым ты мне сказал поговорить, он передал им телефон, но не дал им номер.
Миша кивнул. 
– И что сказали тебе бабушка с дедушкой? Я так понимаю, они хотят встретиться с тобой.
– Да. Ну, нет. Я не совсем уверена. Они хотят встретиться со мной, но на своих условиях. Они хотят...я не хочу туда идти. Я не собираюсь...я не думаю, что это получится, –он спросил, почему. – Потому что они хотят, чтобы я приехала и пожила с ними какое-то время. Они хо-тят...Господи, я не знаю. Они хотят, чтобы я стала частью их семьи, и жить с ними их единст-венный вариант. Почему?
– Понятия не имею,–он посмотрел на Джексона, когда тот пододвинул к ним чашку с ча-ем. – Они что, разозлились из-за того, что ты отказалась? Или ты сказала им, что еще не готова?
– Я сказала им, что счастлива здесь и не в восторге от переезда к ним. Не знаю, где это те-перь. Этот человек, его зовут ГовардЛиттл, сказал, что тоже хотел бы с тобой познакомиться. Я не...я не хочу, чтобы они были в моей жизни.
Миша кивнул. Он не знал, что ей сказать, и поднял глаза, когда мама вошла в комнату. Он рассказал ей, что происходит.
– Конечно, он хочет, чтобы ты жила с ним. Он, скорее всего, выгнал свою дочь, когда она была беременна, и теперь чувствует себя виноватым за это. Ты его единственная связь с ней, и он хочет компенсировать это,–его мама села и взяла Ханну за руку. – Делай, что хочешь. Мы будем твоей семьей, и, если они захотят приехать сюда, мы будем им рады. Если они тебя разо-злят, просто превратишься и съешь их. А теперь, Джексон, можно мне чашечку этого чудесного чая? И одну из этих булочек, если они у тебя под рукой?
Миша уставился на маму. Господи, чем старше она становилась, тем больше исчезал фильтр. Но когда Ханна хихикнула, а потом громко рассмеялась, Миша тоже улыбнулся. Чем дольше она сидела, тем больше утирала слезы. Вскоре она встала и обняла маму.
– Думаю, я отошлю их к тебе, когда они снова свяжутся со мной. Миссис Литтл похожа на тряпку, а мистер, похоже, привык добиваться своего. Не то чтобы я не привыкла к такому темпераменту, но я решила, что нравлюсь себе такой, какая я есть сейчас, и не изменюсь, чтобы подойти ему,– Ханна поцеловала его маму. – Спасибо тебе. Я уже чувствую себя лучше.
План на этот день состоял в том, чтобы перевезти остальные мамины вещи в дом. Томас был единственным, кто выразил желание остаться в ее доме, так как остальные решили пере-ехать в квартиры или купить их. Только Райдер решил построить собственный дом. Миша ду-мал, что это желание контроля, но тот настаивал, что это потому, что он хотел, чтобы счетчики были на правильной высоте.
Глядя на столешницы в кухне, он мог думать только о том, как усадит на них Ханну и возьмет ее прямо сейчас. Он встал и спросил, не присоединится ли она к нему в кабинете. Он все равно хотел с ней поговорить. Она сказала, что скоро будет. Войдя в свой кабинет, он был поражен, когда зазвонил телефон.
– Меня зовут Дэниелиз полиции штата Колорадо. Это мистер Миша Лэннинг? –Он сказал, что, да, и придвинул к себе блокнот, чтобы сделать пометки. – Я...я не знаю, с чего начать. Как я уже сказал, Меня зовут ДэниелЛиттл. Мои родители–Говард и Кэрол Литтл. Я так понимаю, что ты женишься на моей племяннице Ханне.
– Так и есть. Насколько я понимаю, твои родители разговаривали с Ханной сегодня утром. Она была расстроена,–Дэниел что-то пробормотал, но не понял, что именно. – Прости, что ты сказал?
– Мне неприятно говорить это о своих родителях. Я люблю их до смерти, но... ну, если она никогда не приедет сюда, ей будет лучше,–он испустил долгий вздох. – Они выгнали мою сестру, когда ей едва исполнилось восемнадцать. Ее не было почти месяц, прежде чем мне ска-зали, что они сделали. Келли была моложе меня почти на пять лет, и я был в колледже, когда это случилось. Я годами пытался найти ее, но так ничего и не нашел.
– Мы только что поймали ее убийцу,– Даниель ничего не сказал, и Миша принял это за сожаление. Он продолжал, когда тот ничего не сказал. – Ты приедешь встретиться с Ханной?
– Я не знаю,–это его удивило. Миша хотел что-то сказать, но Даниель опередил его. – Она моя племянница, я знаю, но...я ее не знаю. Даже не знаю, с чего начать знакомство. А если мои родители узнают? Ну, я думаю...знаешь, что? Нахуй. Когда я могу приехать?
  
– Как насчет следующих выходных? –Дэниел спросил, что происходит. – Я женюсь на твоей племяннице. И так как ты нашел время предупредить ее о бабушке с дедушкой, я бы тоже очень хотел с тобой познакомиться. Я пришлю за тобой самолет.