Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 9 (СИ)

Подстёгиваемая детским любопытством, полностью айтишница оделась едва ли не быстрее спутника — было интересно, как на ней всё смотрится.
— Прикольно, — Ута придирчиво завертелась перед зеркалом. — Кто б мог подумать. А я их всегда считала недалёкими мужланами.
— Кого?
— Службу протокола МИД. Костюмчики же от них?
— Не знаю. Наверное.
— От них, — уверенно кивнула Уэки. — У других таких бюджетов на разовые игрушки нет. Нам же не нужно сдавать эти шмотки после работы?
  
Такидзиро слегка завис, выныривая в реал из размышлений:
— Не знаю. Нет. Команды не было!
— Значит, не нужно, — Ута удовлетворённо прощупала подкладку жакета.
В качестве завершающего штриха от родины каждому достался нагрудный бейдж-карман:
 
Gaimushō — Japan Ministry of Foreign Affairs — Official Mission ID — Not For Consular Use"
 
— Сурово, — заценила топ-менеджер. — Пафосно. Nihon-no koto-ga suki desu . Такидзиро-кун, я не узнаю тебя в этом стиле. ( Я люблю тебя, Япония ) 
— Мы же по делу шагаем, а не в рок-кафе.
— Заметил, как я не задаю вопросов? Хотя и хочется? — где-то на другом конце моря должно было зачесаться ухо у Хьюги Хину, образ которой в далёком Пекине на себя машинально натянула сейчас совсем другая тёлка. — Скажи, что я крутая восточная женщина.
— Ты идеальная, — серьёзно ответил Решетников. — Бываешь.
— Валяй, рассказывай, не молчи. Что за странные гардеробные демонстрации, которые даже я не до конца понимаю? Одежда всегда что-то говорит — если она символ. Что в данном случае говорит наша?
— Ровно то, что говорит наш флаг. Бывают ситуации, когда материальное не на твоей стороне, а победить нужно. Даже и в такой детской на первый взгляд ситуации, как ждёт нас через час.
— Хм, не сталкивалась раньше. И как нам победить? Если материальное не на твоей стороне? Попутно — кого будем побеждать?
— В кое-каких местах считается, всегда есть универсальный аргумент — твой несгибаемый моральный дух. Его приходится добирать атрибутикой, — товарищ кивнул на их отражения в большом настенном зеркале. — Пока объяснений достаточно, может, я вообще зря на воду дую. Это ответ на твой вопрос насчёт гардероба.
— Считаешь, у нас именно этот случай актуален? Когда аргументы добираются атрибутикой? — молчать, разумеется, не хотелось.
Он промолчал, сражаясь с одеждой.
— Не то чтоб я прям боялась, но вылетали из Токио вроде с другим настроем, — Уэки и в самом деле не нервничала, к собственному величайшему изумлению.
Несмотря на специфический шпионский антураж.
— Когда мы вылетали оттуда — были одни вводные, когда прилетели сюда — пришли другие, — пожал плечами Такидзиро. — Обстановка стремительно меняется, мы под неё адаптируемся. Стараемся не отстать.
— В сортире аэропорта пришли эти другие вводные? На вашей встрече с тем китайцем? Когда вы ржали, как взбесившиеся кони?
— И тогда, и чуть позже, на погранконтроле — когда ты местного застроила. Держи. — Он протянул сумку-планшет, тоже с флагом Японии, какие носят охранники или представители на международных форумах.
Себе метис взял кожаную папку, на которой айтишница с изумлением обнаружила изображение японского императорского стяга — золотая хризантема на белом фоне. Эдакий нехитрый, но намеренный визуальный акцент.
— Теперь вообще ничего не понимаю, — она замерла. — Зачем ЭТО? Киккамонсё же не используется на официальном флаге страны. Только в особых случаях и в совсем других ситуациях. 
— В каких других? — поощряюще подвигал бровями Решетников, влезая наконец в пиджак, застёгивая его наглухо и скрывая таким образом свою страшную рубаху (годящуюся лишь для того, чтоб мыть ею полы — этого топ-менеджер тактично озвучивать не стала).
— На личном штандарте императора, в Императорской канцелярии; на некоторых дипломатических удостоверениях и паспортах, — добросовестно перечислила Ута, тему как всякая японка знающая. — Но именно что на некоторых: мы с тобой к тем персонажам явно не относимся и вряд ли когда-нибудь будем. А-ха-ха, ты Акисино вообще послал, а я б замуж за старика не пошла! Даже такого! — от собственной шутки стало весело. — Хотя он меня не зовёт и вряд ли позовёт когда-то, — честно уточнила она, продолжая веселиться. — Как и Принцесса вряд-ли выйдет за метиса.
— Хорошо, но мало. Что ещё можешь добавить? — Такидзиро принялся шнуровать выданную посольством обувь.
— В современной Японии это очень сдержанный символ власти и преемственности, — айтишница послушно размышляла вслух. — Наш Императорский флаг — не тот флаг, который весь мир привык видеть. Скорее, специальный символ династии и военной империи Японии, связанный с Хризантемой. Боюсь, гайдзины вообще могут не признать, поэтому смысл твоих манипуляций от меня и ускользает. Оттого спросила. А ты коварно молчишь.
— Ты всё так сказала, но есть нюанс.
— Какой?
— Остались ещё на глобусе места, где Хризантему чудесно помнят. Уж поверь.
— Тут, что ли? — не поверила Уэки.
— И тут тоже. В Китае благодаря всеобщему среднему образованию наш Императорский флаг отлично идентифицируют и исторически этот знак ассоциируется с японской армией времён Второй мировой, — логист щёлкнул пальцем по папке. — Он всё ещё вызывает мгновенное узнавание и напряжённую реакцию. Много где.
До неё начало доходить, поскольку в эстетике и символизме Ута тоже более чем неплохо ориентировалась:
— Это почти как тихо сказать вслух? «Я — представитель страны с традицией и государственностью, за мной стоит не частная инициатива, а имперская преемственность»?
— Что-то типа этого. В Китае это прочтут именно так, во всяком случае, там, куда мы направляемся встречать Вана.
  
Глава 5
 
— Тщ-щ, не разгоняйся, пожалуйста. — На первом этаже Такидзиро прихватил её за локоть и развернул к самому правому выходу из огромного холла.
— Kashikomarimashita, goshujin-sama , — хмыкнула она фразой, которая используется в японских maid cafе как подчинённая лексико-грамматическая форма ( Слушаюсь, господин мой ). — Надеюсь, отсутствие передника и униформы ты мне простишь. 
— Во-первых, прощать не за что, как минимум пока что. Во-вторых, разве на тебя можно долго сердиться? — светски махнул ладошкой новоявленный аутсорсер МИДа Японии, щеголяющий, впрочем, вполне официальным документом.
— Так и сердиться на меня тоже не за что — мог бы за руку помягче взять. — Она откровенно капризничала и развлекалась — надула и лопнула на весь холл огромный пузырь жвачки.
— Блин, — Такидзиро на мгновение замер, проворно скосил глаза и резко озадачился. — А, ну да… Слушай, ты без косметики реально можешь тинейджером притворяться. При желании. Хорошо, одежда теперь нормальная, почти как взрослая, — на его лице отразилась нешуточная работа мысли. — Оставить как есть? Или вернуться в номер ненадолго — накрасишься по-быстрому?
— Никто никуда не возвращается не будет, так поедем. А представь, — она решительно направила его вперёд, прижалась на мгновение к мужскому телу зоной декольте и развеселилась от пришедшей в голову мысли. — В некоторых интересных географиях сам факт ночёвки взрослого мужика типа тебя с девчонкой, о которой только поду-у-умают , что она несовершеннолетняя… Пха-а-а-ха-ха, ну и физиономия! Видел бы ты себя со стороны, новоиспечённый дипломат-сан! 
— У нас с тобой нет дипломатических рангов, — кое-кто погряз в дурацких размышлениях, оттого совсем не ловил вайб и без перехода спикировал в непроходимое занудство. — А от тех географий, которые ты вспомнила, со спутницей типа тебя вообще лучше держаться подальше! Тоже из соображений их законодательства — там ведь и ты за оскорбление общественной морали статью схлопотать можешь!
  
— Соображаешь, — айтишница беззаботно подпрыгнула на ходу, как школьница. — Кстати, классное утро. Или это потому, что я вчера вечером не бухала?