Наслаждения герцога

Она прижала руку к груди:
— Боже, конечно, вы правы! Как нехорошо, что я до сих пор ничего не сказала! За всеми этими разговорами слова благодарности действительно как-то забылись! Прошу прощения за то, что первым делом не сказала, как глубоко я вам признательна.
— Это не страшно, — отозвался он, равнодушно пожимая плечами. — Однако если бы вы хотели загладить свою вину, то я могу вам подсказать, как это можно сделать.
  
— Да, конечно. Вам достаточно только попросить!
— Правда? — заинтересованно спросил он, шагнув к ней. Теперь они оказались совсем рядом друг с другом. — Я рад это слышать. Значит, вы согласны выразить свою благодарность поцелуем?
Сердце у нее вдруг забилось с такой силой, что она даже почувствовала его удары ладонью, которую продолжала прижимать к груди. Только в это мгновение Клер поняла, в какую ловушку попалась: она невольно проглотила приманку, которую он выложил для нее, словно лакомство на тарелочке.
Судорожно вздохнув, она переплела пальцы рук.
— Хорошо. Вы можете меня поцеловать.
Его губы изогнулись в легкой, ироничной улыбке.
— О, я не говорил, что я хочу поцеловать вас. Я хочу, чтобы вы поцеловали меня. Ведь это вы будете выражать свою благодарность.
У нее приоткрылся рот и перехватило дыхание.
— Я жду, — сказал он, чуть наклоняя голову.
Не дав себе время на колебания, она привстала на цыпочки и быстро прижалась губами к его щеке:
— Ну вот! — объявила она. — Вот ваш поцелуй.
Презрительно посмотрев на нее, он заявил:
— Это не поцелуй! Вы меня просто клюнули в щеку. Такого можно ожидать от какой-нибудь из моих пожилых тетушек, навестивших нас на праздник. Право же, вы способны на большее. — Еще сильнее придвинувшись к ней, он взял ее за руки и прижал их к своей груди. — Ну же, Клер, — подбодрил он ее хрипловатым голосом, — попробуйте еще раз. Ведь это же просто поцелуй.
Просто поцелуй.
Может быть, для него это и был пустяк, но для нее это было нечто значительно большее. И в то же время она испытывала острую потребность еще раз прикоснуться к нему — проверить, действительно ли его поцелуй будет таким пьянящим и чудесным, каким он показался ей в первый раз.
Снова приподнявшись на цыпочки, она долгие мгновения смотрела Эдварду в глаза, а потом медленно прижалась губами к его губам.
  
Глава 8
 
Эдвард и сам не знал, для чего затеял это безумие. Однако после выходок Клер в отношении приданого он не смог устоять перед искушением чуть-чуть ее подразнить и помучить. И когда она широко раскрыла глаза, услышав предложенный им способ демонстрации ее благодарности, он с трудом удержался, чтобы не расхохотаться.
Он должен был признать, что она чудесно выглядит в новом светло-сиреневом платье — яркая и свежая, словно летнее утро, и не менее привлекательная. Прекрасно понимая, что ему следовало бы попрощаться с ней и вернуться в кабинет, чтобы закончить дела, он все-таки задержался, не желая отпустить ее, хотя бы немного не поквитавшись с нею.
Конечно, на самом деле траты его не волновали: он был достаточно богат, чтобы такое транжирство его не смутило. К тому же он сказал ей правду: его отношение к тратам денег было гораздо более терпимым, чем у ее отца. Однако он почувствовал, что в этом предприятии с покупкой чрезмерного количества нарядов было нечто гораздо большее, чем могло показаться на первый взгляд. Особенно если учесть, что ее отец такой скряга и она явно ожидала, что его реакция будет очень бурной.
Ему очень хотелось бы понять, зачем она это сделала. Создавалось впечатление, что ей хотелось его разозлить, что она намеренно купила возмутительно много платьев, чтобы вывести его из себя.
Он уже был готов напрямую спросить ее об этом, но потом решил пока оставить этот вопрос. Клер все еще не освоилась здесь, в Лондоне, не привыкла к своему новому статусу его невесты. Возможно, она просто проверяла границы того, что ей дозволено, прощупывала почву, чтобы попять, что ей можно делать в качестве его будущей супруги, а чего делать нельзя.
А может быть, она просто xoтeла привлечь его внимание: ему пришлось признаться, что в последнее время из-за этой истории с Эвереттом он не уделял ей достаточно времени.
Без всякого предупреждения она приподнялась на цыпочки и прижалась к его губам. Прикосновение ее шелковисто-нежных, словно лепестки роз, губ было полно такой безыскусной решимости, что ему захотелось улыбнуться. Однако он не шевелился, давая ей возможность проявить инициативу, пусть она действовала пока крайне робко и неуверенно. Задрожав, она поцеловала его крепче, скользя закрытым ртом по его губам. Это было определенно приятно, хоть и не вызывало особого восторга.
Судорожно вздохнув, она отстранилась. Ее сладкое дыхание коснулось его дуновением тепла, вызвав острое желание притянуть ее обратно. Тем не менее, он остался неподвижным.
— Так лучше? — спросила она почти шепотом.
Он с улыбкой ответил:
— Да, лучше, но вам стоило бы немного попрактиковаться. Почему бы не попробовать еще раз?
Ее ресницы затрепетали, а глаза вспыхнули ярче.
— Еще раз?
— Совершенно верно, — подтвердил он, не отпуская ее рук. — И на этот раз постарайтесь расслабиться. Пусть ваши губы и зубы чуть разомкнутся. Ведь это же поцелуй, а не поединок!
Она посмотрела прямо ему в глаза. Ее неуверенность ощущалась очень ясно, казалось, она борется с каким-то тайным демоном. Секунду ему казалось, что она откажется, но тут она тихо вздохнула и снова приподнялась навстречу ему.
— Ладно, — тихо сказала она. — Но только один — и все.
— И все, — повторил он. — Если таково ваше желание.
Она подалась к нему. Ее веки медленно сомкнулись, и она сосредоточилась на их поцелуе, словно решив на этот раз показать, на что она способна.
Он вполне мог бы взять это объятие под свой контроль. Он мог бы ответить на ее поцелуй с такой страстью, что развитие событий резко ускорилось бы. Однако он решил еще немного выждать: ему хотелось узнать, что она станет делать и насколько далеко готова будет зайти.
Явно приняв его наставления очень серьезно, она приоткрыла губы и стала двигать ими в нежной ласке, от которой у него закипела кровь. То поворачивая, то наклоняя голову, она проверяла каждое положение, словно искала самое удачное.
А потом она вдруг его нашла: идеальное соотношение напора и уступчивости заставило все его чувства невероятно обостриться. Его сердце забилось быстрее, мысли потекли медленно и неохотно… И ее чары затягивали его все глубже.
Отбросив ярмо сдержанности, которое он сам на себя надел, он поднял ее руки выше, обвив их вокруг своей шеи. Как только ее пальцы сомкнулись у него на затылке, он опустил свои руки ниже и крепко притянул ее тело к себе.
Она задрожала, и ее поцелуй стал еще крепче. Она снова отыскала то самое сладкое место, заставив его застонать от наслаждения. Она тихо всхлипнула и приоткрыла, губы чуть шире, давая волю своему любопытству.
А потом, совершенно неожиданно, она провела мягким влажным кончиком языка по его нижней губе. Он содрогнулся и отстранился, заглянув в ее растерянные глаза.
— Где вы научились так делать? — хрипловато спросил он.
Она заморгала пушистыми ресницами, словно он попросил ее решить какую-то сложную задачу.
— От… в-вас. Прошлый раз. — Замолчав, она посмотрела прямо на него, — В…вам не понравилось?
Он крепче сжал ее талию.
— Конечно, понравилось! Сделайте это еще раз — и не робейте.
Радостно кивнув, она запустила пальцы ему в волосы и снова прижалась к его губам. Ее поцелуй был долгим, неспешным и невероятно сладким. И он уже начал опасаться, что она не решится попробовать остальное, когда ее язычок снова высунулся и жарким бархатом скользнул по его нижней губе.
Задрожав, он углубил их поцелуй, повторив ее движение — медленно и бережно лизнув ее нижнюю губу. Ее губы приоткрылись в судорожном вздохе, что позволило ему пойти дальше.