Самый первый маг

 Самый первый маг
 1.
 Музыкальной группе Урмина были рады везде, но особенно восторженно её принимали на человеческих планетах. Ну, ещё бы – котики прилетели!
 Главный шоумен ансамбля рылся в общегалактической сети, выискивал фестивали, и затем группа мауров со всей концертной техникой отправлялась туда. Где-то давали полное представление – песни, танцы, акробатика, со световыми и прочими спецэффектами, где-то обходились сокращённой программой, а некоторые фесты посещали не столько ради того, чтобы выступить, сколько ради отдыха и общения.
 Очередная людская планета порадовала горячим приёмом, толпами поклонников и плотным графиком выступлений.
 В северных широтах одного из полушарий как раз наступило лето, в редкие минуты отдыха хотелось погреться на солнышке, послушать пение птиц, а кое-кто даже мечтал искупаться. Но Урмин запер всю группу в гостинице и выпускал только на сцену.
 Руори это было на руку. Все коллеги (гр-р-р) рядом, все (фш-ш-ш) на глазах, можно наблюдать и расследовать. Какая скотина (иначе и не назовёшь) подсуропила ему нечто, изрядно пригасившее тонкие способности?
 Расследование и наблюдение никаких результатов не принесли. Может, потому, что самодеятельный (и самонадеянный) дознаватель был слишком молод и не имел опыта.
 2.
 Он сидел у окна и смотрел на улицу. Не то чтобы ему хотелось туда побежать и разглядывать город и его жителей. Смотрел просто от нечего делать. Одолевали тоска и ярость. Кто? И за что? Можно ли назвать настоящим мауром того, кто сотворил этакое? Соплеменнику, собрату! Главное, никак не выходит вычислить подлеца.
 И Урмин помогать не хочет, считает произошедшее неважным.
 Но хуже всего то, что теперь не получается устроить ночью очередной сеанс и посмотреть на девушку, которую Руори уже считал своей.
 Распахнулась дверь номера.
 -Сидишь, время почём зря тратишь? Я же велел тебе спать, пока ты не занят на сцене! Дневной сон – лучшее лекарство от многих неприятностей.
 Руори оглянулся.
 В дверях безмятежно возвышался Урмин. И как это он везде успевает?
 -Впрочем, сейчас это кстати, будить тебя не пришлось. Собирайся, я раздобыл приглашение на местный особый фест. Едем вчетвером, я, ты, Аурмей. И Орокхет для нашей охраны. Остальные наши пока что будут выступать без нас. На этом фесте соберутся узким кругом человеческие колдуны, шаманы, гадатели и прочие энергеты. Мне на такое посмотреть интересно, а ты отдохнёшь, а то что-то в последнее время не на кота, а на рыбу снулую стал похож. Там лес, ручей, чистый воздух, к тому же место силы. Подзарядишься, и, глядишь, всё пройдёт.
 Руори пожал плечами, встал с кресла, кинул в небольшой рюкзак смену белья и шагнул к двери.
 Фест так фест. И в самом деле, интересно.
 3.
 За город ехали местным транспортом – на поезде и наёмном автомобиле.
 Затем шли пешком через лес. Ну, что сказать, лес как лес. Не самый старый и мощный, много хвойных, встречались и лиственные.
 Пока добирались до места, стемнело. Пятно от фонаря качалось под ногами – Руори теперь и в темноте видел хуже, чем раньше, спасибо неизвестному «доброжелателю». За спиной недовольно фыркал Орокхет, он тащил, кроме запаса продуктов, все три палатки, тоже местные, увесистые. Урмин и Аурмей убежали далеко вперёд и о чём-то весело разговаривали. Девушка звонко смеялась на весь лес, нарушая торжественную тишину.
 Наконец, подошли к лагерю.
 В темноте среди деревьев там и сям виднелись палатки, поодаль горел костёр, возле него сидели. Перед походной кухней был натянут шнур, на нём висели листочки с расписанием. Руори посветил фонарём, оглянулся на Урмина.
 -Чем здесь вообще занимаются?
 -Обмениваются опытом, проводят практики для желающих обучаться, медитируют, просто общаются и отдыхают.
 В расписании чего только не было.
 
 Резьба по дереву для изготовления артефактов, плетение и вышивка магических символов, игра на музыкальных инструментах, дыхательная гимнастика, энергетическое пение и танцы, и так далее, и так далее. Руори облюбовал для себя на завтра мастер-класс по складыванию походной печи из глины и танцевальную медитацию на воспоминание о прошлых жизнях «в нечеловеческом теле». Юный маур весело усмехнулся последнему словосочетанию.
 Пока он медитировал над перечнем практик, остальные уже поставили все три палатки и разложили вещи. Аурмей ушла к костру знакомиться с местными обитателями, Орокхет бродил где-то по лагерю в темноте, Урмин тоже куда-то испарился, хоть что, успел с женщиной познакомиться.
 И что теперь делать? Трое главных подозреваемых тут, но разбежались в разные стороны. Как за ними всеми наблюдать одновременно? Хоть клонируйся, в самом-то деле.
 С досады Руори улёгся спать.
 4.
 Ох, как не хотелось рано просыпаться, а пришлось. И будильник на инфоре поставить пришлось – танцевальная медитация начиналась аж в десять утра по местному времени.
 Руори пришёл на занятие раньше всех, возле костра на поляне была только руководительница практики, молодая женщина в спортивной одежде, по имени Кесинья Салма. Следом подошла ещё одна женщина, пожилая и неловкая в движениях.
 Руководительница включила музыку и начала разминку до основного занятия, просто так, чтобы не сидеть на месте и не скучать. Она именно так и сказала.
 Руори любил танцевать, очень любил. Он обрадовался и стал импровизировать. Прыгал, притопывал, размахивал руками, гнулся во все стороны, весело взмахивая отрастающей двухцветной гривой. Только что не кувыркался, чтобы заодно акробатику порепетировать – для этого небольшая поляна была слишком тесной.
 И вдруг рухнул, пребольно подвернув ступню. Очень странно, не споткнувшись, буквально на ровном месте, во время отлично заученного движения. Сразу понял, что это не случайно, хоть и не уловил энергетского вмешательства. Да чем ему сейчас улавливать? Тонкие чувства заперты.
 Кесинья подбежала.
 -Всё в порядке?
 Что за глупый вопрос? А сама не видит, что ли?
 -Нет, не всё, - резко ответил Руори, сидя на хвое. Не всё, но это не смертельно, только досадно.
 От боли он даже не сразу смог подняться, а когда всё-таки встал на ноги, то, хромая, отошёл в сторону.
 Кто это сделал, кто его уронил? Женщина-практикантка? Некрасивая, неловкая, пожилая. Позавидовала? Ну и зря. Она ещё не в том возрасте, даже по человеческим меркам, чтобы не суметь наверстать, натренировать нужные движения, как ей хочется.
 Подошли другие люди. Сколько из них видели его позор? Да плевать, это мелочь, о которой назавтра все забудут.
 Кесинья, между тем, начала занятие.
 Вначале под её руководством «подышали» нижними чакрами, пропели их специальными слоговыми мантрами. Потом стали танцевать. Руори не мог теперь это делать в полную силу, но упрямо не уходил с занятия, слушал инструкции, притопывал, пел вместе со всеми.
 А, может быть, именно Кесинья это и сделала? Чтобы не затмевал её на занятии. Могла бы просто сказать…
 Затем практикантам было предложено… порычать и повыть на весь лес, представляя себя отдалённым диким предком. И присмотреться к возникающим в сознании картинкам. Это же интересно – какой у кого зверь проявится!
 Руори было интересно.
 Он прикрыл глаза и погрузился в медитацию.
 5.
 Перед внутренним взором развернулся цветной фильм.
 Древние коты бегали по большей части на четырёх ногах. Кое-как пытались разговаривать вслух, потому что не всё и не всегда можно выразить мысленно. Объединялись не только в прайды, но и в стаи, несмотря на свой индивидуализм, потому что окружающий мир был полон гораздо более крупных хищников.