Беспощадная страсть
— Кончено! Лезем! — тихо, но жестко рявкнул Север. Он спрятал оружие, ухватился за веревку и пополз вверх, напряженно перебирая руками и ногами. Галя безвольно болталась на его шее.
— Закрой глаза! — приказал Север. — Будет не так страшно! И подберись немного, не раскачивайся!
— Мы упадем… — простонала Галя обреченно. — А там, внизу, такой ужас… Полоса безопасности, мне Борис рассказывал… Ой, мы упадем, упадем…
— Заткнись, сука! — прошипел Север. — А то стряхну тебя сейчас прямо на эту самую полосу. Заткнись и закрой глаза!
Шоковая терапия подействовала: Галя больше не мешала. Она закрыла глаза и напружинилась, стараясь не раскачиваться. Север облегченно вздохнул.
Вокруг метались лучи прожекторов. В любой момент они могли выловить в темноте Белова и его живую ношу. Поэтому Север торопился, как только мог. Лезть было трудно: все-таки двойная тяжесть давала себя знать.
Вдруг один из лучей скользнул по дергающимся между небом и землей людским фигурам. Луч уехал в сторону, но вернулся и четко высветил повисших на веревке беглецов.
— А, черт! — прохрипел Север яростно.
Держась за веревку одной рукой, второй он вытащил револьвер и трижды выстрелил по прожектору.
Тот лопнул, но остальные лучи света заметались еще проворнее, пытаясь нащупать упущенную цель.
Север спрятал оружие, прикинул длину троса и высоту, на которую успел забраться. Нет, рано… Он изо всей силы заработал руками, умудрившись увеличить скорость подъема почти вдвое. Галя пришибленно постанывала, замерев от ужаса.
Лучи прожекторов подбирались все ближе и ближе. Вот один из них наткнулся на незадачливых «воздушных гимнастов», сразу сделав Севера и Галю живой мишенью. На помощь собрату тотчас подоспел второй луч. Беглецы попали в их перекрестье. Еще миг — и хлынут автоматные очереди…
— Ну, держись, Галька! — пробормотал Север, с усилием обматывая трос вокруг своей левой ладони. Получилось. Белов до ломоты в пальцах сжал кулак, правой рукой вытащил нож, выщелкнул лезвие и сильным ударом рассек веревку ниже собственных ног…
Едва не врезавшись в каменный забор, два тела вылетели на канате за ограду, словно пущенные катапультой. Взревевшие в тот же миг автоматы расстреляли лишь пустоту. Галя успела только отчаянно охнуть…
Если б Север не спружинил ногами, их обоих просто размозжило бы о ствол сосны. Хорошо еще, что перед операцией Белов весьма тщательно выбирал дерево и выбрал такое, у которого ветки начинали расти достаточно далеко от земли. Иначе при теперешнем акробатическом кульбите Север и Галя запросто могли бы напороться на сук.
Сейчас они висели на небольшой высоте, а лучи прожекторов продолжали обшаривать местность.
— С-суки! — простонал Север. — Ну, я вам! Дайте только спуститься! Гелла, держись!
Прижав к себе свободной рукой девичье тело, он выпустил веревку. Приземлился удачно: высота действительно была небольшой.
— Снимайся с меня! — приказал Белов Галине. Та приподняла руки, и Север, пригнув голову, выскользнул из их кольца.
— Давай освобожу тебя, — буркнул Белов.
Галя протянула ему связанные кисти. Своим ножом Север разрезал веревку. Девушка потерла онемевшие ладони друг о друга. У Белова левая рука тоже совершенно онемела и болела: ей сильно досталось при полете на канате. Но Север не обращал внимания на боль. Его душила злость.
— Сейчас я задам этим выблядкам! — сказал он, вынимая револьвер.
Несколько выстрелов — и прожектора на крыше санатория полопались один за другим, разлетаясь снопами искр.
— Как тихо бьет твоя пушка! — восхитилась Галя.
— Спецмодель! — Север перезарядил ствол, спрятал. Затем, порывшись в кустах возле дерева, нашел свою припрятанную там сумку.
— Раздевайся! — бросил он Гале. — Все снимай: белье, обувь, все.
— Зачем?! — изумилась она.
— Наденешь то, что я тебе привез. Эта одежда пропитана специальным составом, чтобы собаки не учуяли.
— А ты тоже переоденешься?
— Мне не обязательно. Мой след псы и так не берут.
— Почему?! — поразилась девушка.
— Физиология, долго объяснять… Я умею управлять организмом. А ты не копайся! Нам надо спешить!
Галя быстро переоделась. Север взял ее за руку и повел сквозь заросли.
— А ты не боишься, что милиция перекроет дороги? — спросила она. — Наши обязательно сообщат, уже небось сообщили… Район могут оцепить.
— Я знаю одну дорогу через лес, где нет никакой милиции. Там грунтовка, причем очень сырая. Грязь такая, что пройти может только вездеход.
— А если меня объявят в розыск? Они могут… Решат, что я была с тобой в сговоре, — и объявят.
— У меня припасен для тебя новый паспорт.
— С фотографией?
— Естественно.
— А откуда у тебя моя фотография?
— Она не твоя, просто похожей девчонки. А в машине я тебя так загримирую, что никто не отличит. Доберемся…
— А дальше? Ведь меня будут искать. Все знают, что Борис ко мне неровно дышал и нынешней ночью был со мной…
— Не волнуйся. Когда ты закончишь работать на меня, я сделаю тебе пластическую операцию, у меня есть врач.
— Бесплатно?
— Для тебя — бесплатно. То есть ты не выложишь ни гроша, получишь весь свой «лимон» целиком. Остальное не твоя забота.
Глава 3
Пару недель назад Север звонил в одну из квартир многоэтажного дома, расположенного в небольшом городке ближнего Подмосковья. Стояло раннее утро, и звонить пришлось долго: хозяин квартиры, видно, еще спал.
Наконец внутри кто-то зашевелился. Дверь приоткрылась, оставаясь, впрочем, на цепочке. В проеме показалась помятая физиономия парня лет двадцати с лишним.
— Ну кого еще там черти несут в такую рань? — недовольно пробормотал хозяин квартиры, усиленно моргая, чтобы прогнать остатки сна.
— Привет, Вован! — произнес Север преувеличенно бодро. — Ты меня не узнаешь, конечно, но мы с тобой старые приятели!
Застопорив дверь плечом, чтобы ее невозможно было захлопнуть, Север приставил ко лбу Вовы ствол револьвера. Лицо парня разом помертвело.
— Впускай гостя! — продолжал Север весело. — Да не писайся ты так! Убивать не собираюсь, если сам не нарвешься! Открывай, поговорим!
— Вы… кто… что… вам надо? — пробормотал Вова заплетающимся языком.
— Шаман я, помнишь? — именно этой кличкой Север когда-то представился Вове. — Неужто Шамана забыл? Обижаешь, Володя…
— Ша…ман… вы… — Владимир испугался еще больше. Конечно, он помнил встречу с Шаманом и знал, кто на самом деле скрывался за этим псевдонимом.
— Открывай, ну! — уже жестко потребовал Север. Большим пальцем он с характерным щелчком оттянул собачку ударного механизма револьвера. Этот жест с практической точки зрения являлся совершенно бессмысленным — револьвер бил самовзводом, — но психологический эффект давал безотказный.
— Сейчас, сейчас! — заторопился Вова.
— И без фокусов мне! — добавил Север.
Он посторонился. Владимир притворил дверь, снял цепочку и впустил незваного гостя в прихожую.
— В комнату проходите, в комнату! — зачастил Вова, натужно демонстрируя гостеприимство.
— Да не «выкай» ты! — прищурился Север. — Я пацан не пафосный. Мы с тобой, помнится, славно выпили однажды. Зла я на тебя не держу.
— Спасибо! — ляпнул Вова.
— Носи на здоровье, — усмехнулся Север.
Он прошел в комнату, уселся за стол. Оружие Север положил перед собой, на виду. Вова бессмысленно торчал посреди помещения.
— Да сядь ты! — бросил Север раздраженно. — И не трясись так. Не убью.
Вова присел на краешек стула.
— Ну, рассказывай, Вовик! — предложил Север. — Как живешь-можешь? Где работаешь?
— Там же, — буркнул Владимир. — В «Алой Розе». Только она теперь по-другому называется — «Мефистофель».
— Значит, простил тебе Иван, что ты тогда провел меня в его заведение? — поинтересовался Белов.
— Да сперва-то он меня уволил, — вздохнул Володя. — По горячке. А потом взял обратно. За стойкой стою, как раньше, барменствую… Только хозяин запретил мне приводить кого-нибудь в заведение. Да охрана теперь никого со мной и не пропустит.