Придворный Медик. Том 3 (СИ)

Чего он там видит? Я просто муху на стене рассматриваю. Видимо, мой отрешённый взгляд заставил Владыкина думать, что я уже сошёл с ума от его магии.
— Я не верю в богов, господин Булгаков. Но если они есть… Передайте им, чтобы не судили меня строго. Я делаю это не ради денег. Просто не хочу потерять свою голову. Слишком уж много я знаю. Как и вы. Только вы из-за своих знаний умрёте, а я возвышусь — вот и вся история. А теперь — перейдём к делу, — Владыкин сделал глубокий вдох. Успокоился. — Времени у нас с вами немного. Скоро ко мне подойдут пациенты. Через пятнадцать минут вы покинете мой кабинет, затем подниметесь на крышу клиники и спрыгнете. Вниз головой. Так, чтобы повредить головной мозг и сломать шею. Это понятно?
  
— Да, господин Владыкин! — изобразил покорность я.
Ну и болван. Он весь сейчас сам жизнью рискует. Пока что ещё не понял, что его приказы могут отразиться в него самого.
— Отлично, — с явным облегчением улыбнулся он. — Но перед этим вы расскажете мне, почему ваша семья вышла из союза? Зачем вы решили предать нашего общего господина?
Так… Интересно. О каком союзе идёт речь? И кто этот господин? Брат императора? Константин Романов?
Что ж, я уже приблизился к разгадке. Теперь понятно, что Булгаковы были с кем-то в сговоре. Но в итоге решили выйти из этого союза.
Получается, моих родителей убили как раз из-за этого. Они что-то знали. Что-то, что могло навредить другим семьям этого союза.
Стоп… А ведь руководитель службы безопасности вызывал меня не просто так. Бондарев упоминал, что мою семью подозревали в сговоре против Российской Империи. Правда, он быстро забрал свои слова назад. Убедился, что я ничего не знаю — и дал заднюю. Сделал вид, что это была простая проверка. Блеф.
Но теперь мне ясно, что это не так. Никакой это не блеф. У императора и его служб явно есть подозрения насчёт моей семьи. Меня не трогают, потому что думают, будто я не принимал участия в этом сговоре.
Однако я не могу сказать наверняка! Воспоминания предшественника обрывочные. Был прежний Павел Булгаков в теме или нет — вопрос спорный.
Может, поэтому нас с Кириллом и пытаются убить? Думают, что мы знаем имена других заговорщиков!
— Булгаков! — Борис Геннадьевич хлопнул ладонью по столу. — Отвечайте на мой вопрос. Это приказ. Что вы знаете о нашем союзе? Сохранились ли какие-нибудь доказательства?
— Сохранились, — вновь кивнул я. — Вы с Константином Романовым хотите предать императора. Доказательства у меня есть. И они надёжно спрятаны.
Интересно, как он к этому отнесётся? Он ведь уверен, что я говорю чистую правду. Пока что Борис Владыкин не понял, что я обошёл его колдовство.
Владыкин вздрогнул, напряжённо взглянул на меня. Его руки затряслись.
— Г-где эта информация? — просипел он. — Булгаков, где эти данные? В вашем телефоне? В записях? Где⁈ Я приказываю вам ответить! Константин Сергеевич не может потерять свою власть!
И снова моё сознание отключилось. На этот раз на долю секунды. Мелочи! Главное, что я не поддаюсь его магии.
Но мне уже надоело терять сознание каждые пять минут. Пора действовать.
— Всё, господин Владыкин. Я уже достаточно развлёкся с вами. Теперь ваш черёд отвечать на мои вопросы, — я встал с кресла, потянулся, размял пальцы.
Владыкин ещё несколько раз попытался взять меня под контроль, но ничего из этого не вышло. Я даже сознание перестал терять. Полностью адаптировался.
Теперь его магия вызывает у меня только неприятное покалывание в голове — не более того.
— Стойте… Стойте! Нет! Почему? Как⁈ Вы должны меня слушаться! Я приказываю вам сесть в кресло! — запаниковал психолекарь.
— Да успокойтесь вы. Хватит! — попросил я. — Сломалась ваша магия, разве не видите?
Владыкин рухнул в своё кресло, задрожал. Психолекарь окончательно понял, что его колдовство против меня бессильно. Не мог только понять — почему.
Объяснять я ему свою идею не стану. Но на самом деле всё очень просто. Во-первых, перед походом к психолекарю я заблокировал те же нервные волокна, что и в прошлый раз. Не давал приказу распространиться по нервной системе. В итоге его магия рассеивалась на полпути.
Но главная идея не в этом. Мне удалось активировать зеркальные нейроны. Это очень важные нервные клетки. Именно благодаря ним люди в принципе способны чему-то обучаться.
Например, если человек впервые в жизни видит молоток, он сразу не поймёт, для чего может пригодиться этот инструмент. Но если ему показать, как другой человек забивает гвозди, он сможет повторить эти действия.
Все наши повторения за другими людьми — это работа зеркальных нейронов. Танцы, спорт, музыка, любого рода движения — всё это происходит за счёт них.
Владыкин не догадывался, что эти нейроны могут сыграть с ним злую шутку. Но они сыграли. Ещё как сыграли! Я всю ночь искал в своей нервной ткани эти структуры. И научился отражать от себя магию.
К сожалению, с любой магией так поступить не выйдет. Если в меня кто-нибудь кинет огненный шар — я сгорю.
Этот трюк работает только в том случае, если вражеская магия проходит через мою нервную систему. Зеркальные нейроны в команде с тормозными нервными клетками смогли остановить атаку Владыкина.
Более того… Есть риск, что его магия вернулась назад и воздействовала на его же тело. Но пока что эффект ещё не проявился. Надо за этим понаблюдать.
— Как вы это делаете? Павел Андреевич, это совсем не смешно! Сядьте! Лягте! Да убейте себя, чёрт подери! — завопил психолекарь. — Почему вы никак не реагируете на мои приказы⁈
— Мы оба прекрасно понимаем, что правду вы из меня не вытащите, — отметил я. — Поэтому жду от вас объяснений. Почему Константин Романов хочет меня убить? Вернее… Нет. Я уже догадался, почему он хочет это сделать. Лучше расскажите об этом другим людям. Поведайте службе безопасности, какие приказы даёт вам младший брат императора.
— Чёрт… Чёрт! — выругался Владыкин, резко вскочил с кресла и пошагал к двери. — Что вы наделали, Булгаков? Я… Я ничего не могу с собой сделать! Тело меня не слушается!
Взгляд психолекаря стал пустым. Он полностью потерял дар речи и прошёл мимо меня в коридор.
Кажется, ситуация вышла из-под контроля. Я лишь подозревал, что зеркальные нейроны вернут назад магию Владыкина. Но даже не думал, что это произойдёт так быстро.
Что ж, ладно. Остановить его я уже не смогу. Пусть идёт выполнять собственный приказ. Поделом! Всё равно никакой пользы от него больше не будет. Похоже, он рассказал всё, что знал. И всё, что мог. Большего бы я от него не добился.
Психолекарь — лишь мелкое звено между мной и более высокими чинами, стоящими во главе заговора. Больше он бы при всём желании не рассказал.
Я бы мог попытаться задержать Владыкина. Но понимал, что приказ, который он наслал сам на себя, окажется сильнее. Даже если я его свяжу — он всё равно найдёт способ его исполнить. Поэтому на этом допрос пришлось закончить.
Из-за приказа Владыкина «убить себя» имён членов союза я не узнаю. Хотя не исключено, что он и сам не знал всех его участников. Сейчас это уже неважно.
Главное, что я хотя бы немного начал распутывать эту интригу. У меня есть зацепки. Посмотрим, куда они выведут меня дальше.
Борис Геннадьевич вышел из кабинета, зато внутрь вошёл главный дознаватель, Аристарх Биркин. Увидев меня, мужчина тут же схватился за сердце.
— Проклятье! — выругался он. — Что-то мне… Что-то я паршиво себя чувствую! Господин лекарь, пожалуйста, помогите мне. Видимо, совсем нервы сдали.
Ну и какого же чёрта здесь творится? Видимо, Биркин пришёл на консультацию к Владыкину. Он уже несколько дней к нему ходит, я давно это понял.
  
Но почему он говорит со мной так, будто мы встретились впервые в жизни?
У Биркина началась аритмия. Пока что обычная тахикардия, но скоро она перерастёт в фибрилляцию предсердий. Я ведь предупреждал его, что нам нельзя находиться рядом. Так зачем же он тогда сокращает расстояние? Если не остановится, моя магия его убьёт.