Поберегись! Принцесса наступает! (СИ)

Принцесса позеленела. Последняя фраза вывела её из себя — она хлопнула руками по столу и прорычала:
— За кого вы меня принимаете? Я, по-вашему, девица, мечтающая выйти замуж и вышивать крестиком? Ага, с радостью! Я буду королём, и точка — никаких левых мужиков на троне точно не будет! Это не обсуждается!
— Что за девушка? — возмутилась графиня Милесс. — Что за воспитание? Кричит, как крестьянка! Тебе, милочка, срочно нужно прийти в себя!
Её сын принялся поддакивать, пока зал не сотряс громкий голос графа Рофлока:
— Что ты несёшь? Ты хоть понимаешь, какой это бред? Ты выйдешь замуж, и точка!
— Сначала покажите мне закон, по которому я не могу наследовать трон и обязана это делать, — фыркнула леди Офелия. — Да кем вы себя возомнили: чтобы граф указывал принцессе, когда и за кого она должна выходить замуж? К вашему сведению, я никогда и ни за что не позволю мужику меня трогать! Я что, выгляжу, как гомик?
Слова «гомик» никто не знал, но Ноэль подозревал, что это какое-то ругательство. Парень с интересом наблюдал, как граф Рофлок краснеет от ярости, прежде чем королевский советник (серьёзно, да чем он там занимался всё это время?) робко заговорил:
— Прошу меня простить, но возразить принцессе действительно нечем. Одно дело, созвать совет, чтобы судить захват власти новой женой короля... Другое дело, законное наследование короны единственной принцессой. И в своде законов нет ни одного о том, что принцесса должна выйти замуж.
Советник смущённо пожал плечами под яростными взглядами графа и герцогини. Леди Офелия торжествующе хлопнула в ладоши и спросила:
— Вот именно! Слушай, советник, где ж ты был, когда был нужен?
Королевский советник прочистил горло.
— Вообще-то, последний месяц я был в отпуске.
Леди Офелия вздохнула.
— Я так и знал, что где-то был полезный nps, который где-то потерялся...— пробурчала она себе под нос.
— Это неправильно, — заявил граф Рофлок. — Неправильно и ненормально. Я этого не одобряю.
— Тогда вы можете уехать прямо сейчас, — предложила леди Офелия. — Спасибо за помощь с Бетти, но дальше я и сама управлюсь. И мальчика своего забирайте. В короли собрался? Нет уж, не выйдет!
Выгнать графа Рофлока было тяжело. Герцогиня Милесс, с другой стороны, искреннее считала, что всё это — прихоти молодой девушки, которая вот-вот передумает.
Плюясь от досады, граф Рофлок сдался и куда-то умчался, оставив леди Офелию, сжимавшую корону, в зале для переговоров. Принцесса весело хихикала, не выпуская из рук головной убор; наконец она повернулась к королевскому советнику и спросила:
— Вот скажите честно, почему граф смог швырнуть Бетти в темницу, а я нет? Стража ко мне недостаточно лояльна?
Королевский советник печально пожал плечами.
— Вы всегда считались не наследницей трона, а будущей женой следующего короля. Власти у вас действительно не было... Даже сейчас, пока Его Величество ещё жив, будет тяжело.
Леди Офелия пожала плечами.
— Ничего, прорвёмся.
Советнику было поручено подготовиться к суду над Бетти; леди Офелия же схватила Ноэля и потащила его в свои покои — конечно же, те, которые были в крыле слуг. Из прежних ещё не выкинули вещи одной из дочерей Бетти.
— Ну и бред! Я даже не девчонка, почему меня хотят женить! Точнее, выдать замуж. Гадость какая, как представлю, аж тошнит, — леди Офелия сунула в рот два пальца, показывая степень своего отвращения к ситуации.
— Ваше Высочество... — вздохнул Ноэль. — Вообще-то вы очень даже, ну...
Леди Офелия ткнула себя в грудь. Та подпрыгнула, будучи весьма и весьма упругой.
— Да, я вижу. Где все эти речи, что важно то, что внутри, а не внешняя оболочка? Мне бы сейчас очень не помешало. И ведь представляешь, готовы кому угодно сосватать, хоть первому попавшемуся! Что девственные усики, что это прыщавый — ну и женихи, конечно, один краше другого. А у меня ещё были комплексы...
— Но леди Офелия... Главное, что всё обошлось. А вы в самом деле хотите... — Ноэль неопределённо взмахнул руками. — Ну, быть королевой? Это так странно.
 
Принцесса фыркнула.
— Глупые сказочные стандарты! Я буду делать, что хочу. В самом деле, я же не нарушаю законы. Ты что, хочешь того прыщавого дрища на троне? Я как его у алтаря представлю, меня аж передёргивает.
Подумав, Ноэль кивнул. Что-то сын герцогини до короля не дотягивал — несолидный какой-то, что ли.
— Ваше Высочество, вы несомненно правы.
— Это ты где такую фразу подцепил? — скривилась леди Офелия. — Знаю я этот тон — только не надо мне поддакивать.
Наконец они добрались до комнаты — впихнув Ноэля внутрь, принцесса хлопнула дверью и помчалась к постели, чтобы устало упасть на подушки.
— Я вовсе не поддакивал, — оскорбился Ноэль. — Я старался быть вежливым.
— А я не буду стараться. Я скажу честно: мне сватают каких-то придурков. Что за лицо? Всё равно никто не слышит, — леди Офелия вздохнула. — Ну и денёк. Хоть книгу пиши: «Десять тысяч причин не становиться трансгендером».
Ноэль в недоумении приподнял бровь.
— Транс-кем?
— О, парниш, — нежно сказала принцесса. — Надеюсь, ты никогда не узнаешь, что значит это слово.
— Я поверю вам на слово.
***
Суды в королевстве были быстрыми. Особенно в замке — в обычной ситуации его бы проводил сам король, но он не мог в силу всем известных обстоятельств. Королевский советник, человек ужасно компетентный, но имевший привычку вечно где-то пропадать и никогда не приходить вовремя, быстро собрал всё что мог против Бетти. Леди Офелия (не переодевшаяся, но нацепившая корону) быстро признала её виновной, слушая защиту вполуха.
Тоже самое сделали и члены совета, несколько влиятельных дворян, по удачному стечению обстоятельств быстро собравшиеся в замке. Среди них был даже граф Рофлок, хоть он и казался ужасно рассерженным.
Бетти была казнена без всякой жалости. Её дочерей изгнали их дворца; Ноэль считал, что это довольно сурово. С другой стороны, не надо было тянуть лапы к короне. Нашла хорошую партию — и хорошо, зачем же короля травить?
Когда всё закончилось, леди Офелия потянулась, потёрла поясницу, сетуя на «королевскую осанку при людях» и приказала подать ужин прямо в её спальню. Затем подмигнула Ноэлю; он понял это, как что-то вроде: «Вот видишь, справляюсь же!»
***
Через неделю король скончался. В королевстве объявили траур. Леди Офелия устроила грандиозные похороны. Она выглядела по-настоящему грустной, когда смотрела на гроб и бездыханное тело Его Величество. Отозвав Ноэля в сторону, чтобы уединиться без кучи безразличных гостей, она призналась:
— Я вроде не сентиментальный, но он действительно похож на моего отца... Точная копия, разве что одет прилично.
Ноэль понятия не имел, что она имела в виду, но для приличия кивнул. Леди Офелия продолжила жаловаться:
— Эти всё приходят и приходят. Ладно соболезнования выражают неискренне, но могли бы хоть не напиваться, как свиньи, и не хихикать по углам. Это им что, рядовой корпоратив? Совсем уже обнаглели.
Ноэль снова кивнул. Он давно понял, что это его основная работа. Охранять замок и принцессу? Ну конечно же нет — главное, кивать, даже если непонятно, о чём она говорит. Ему за это даже зарплату прибавили!
Хотя, возможно леди Офелия просто заметила, что он худой, как скелет. Так и сказала в день прибавки: «Ты хоть бы мяса поел, а то на тебе форма висит. Из такого защитничка ничего не выйдет». Ноэль хотел бы поспорить. На чьи деньги они закупались в городе? С такой разницей в достатке это как-то нечестно, разве нет?
Леди Офелия не могла перестать жаловаться до самого конца похорон. Ноэль весело подумал, что это она ещё не знала, что ждёт её на коронации. Прямо на следующий день принцессу разбудили до рассвета и разодели в самое огромное платье с юбкой, едва влезавшей в дверные проёмы, и корсетом, для ношения которого рекомендовалось удалить ребра четыре. Это уж не говоря о высокой причёске, не дававшей леди моргать, или гигантском слое макияжа.