О моём перерождении в сына крестьянского 1 (СИ)

Возможно, всё дело в моём знании, что перечисленные – не совсем люди либо вообще не люди, при всём своём человекоподобии. Но ни подтвердить, ни опровергнуть любые гипотезы на сей счёт, сдаётся мне, нереально. Ведь чтобы провести серию контрольных экспериментов, надо обучить кого-то творить чары Тень Иллюзиониста, потом провести этого кого-то через череду трансформирующих имитаций (или же имитирующих трансформаций... впрочем, не важно) и тщательно расспросить об ощущениях.
  
Непросто это – быть сразу и субъектом исследования, и его объектом, и его инструментом, и средством. Почти невозможно делать строгие выводы. Сплошное роение гипотез...
Зато я достаточно точно установил, что параллельная и одновременная активность в двух телах мне не так чтобы недоступна. Доступна. Но почти любые сложные действия становятся сложнее десятикратно. Даже если мясное тело и Тень идут строго синхронно и говорят одно и то же хором, это уже не так-то легко – примерно как писать двумя руками одинаковый текст (при моих нынешних параметрах и опыте не так чтобы на грани возможного, но и далеко не «запросто, одной левой!»). А уж если говорить не одно или хочется магию использовать... только один реальный способ: либо Тень, либо Лицо (это звучит куда лучше, чем словосочетание «мясное тело», буду в дальнейшем говорить так) ненадолго замирают, и тогда свободный, хм, компонент пары свободно же действует.
Я даже потренировался как бы пасовать точку условного я между Лицом и Тенью с большой скоростью. Прикольные ощущения, хотя голова Лица начинает кружиться, а Тень увеличивает склонность к утрате чёткой формы.
Вполне вероятно и даже почти наверняка позднее, по мере набора опыта, роста в уровнях и просто практики придёт расширение возможностей. Вполне вероятно, когда-нибудь я смогу сделать полноценный шаг от «быть не только там, где Лицо» и «перескакивать от Лица к Тени и обратно», достигну уже самого настоящего мультиприсутствия, пребывания в двух местах.
Или даже больше чем в двух, как знать? Ведь моя способность пока лишь выдающаяся...
Но прямо сейчас – нет.
И, кстати, в процессе всех этих экспериментов, пусть даже более осторожных, чем то буйство с трипом от сверхдозы экзистенции, я всё равно достиг уровня 35. Плавно и незаметно.
Чертовски подозрительно это всё, скажу я вам.
А ещё мне, наверно, стоит распределить новые свободные очки. Которых суммарно уже аж 11 (ведь три очка остатка я так и не распределил).
...снова утомлять своими размышлениями не стану. Думаю, если вы возьмёте за труд задуматься, то и сами разберётесь, почему и зачем я выбрал именно это, а не одну из многочисленных альтернатив, которых по мере развития становится всё больше и больше – как растёт объём сферы при увеличении её радиуса. Или как год от года раскидывается всё шире крона дерева.
Третичная способность 11 (ранг А – героический): обычные ограничения на число создаваемых иллюзий снижаются. Возможно создание динамических иллюзий с подпиткой от фона.
Третичная способность 12 (ранг А – героический): возможно вложение в иллюзии автономных программ низкой и средней сложности, задающих изменения модальностей/аспектов, размера, формы. За счёт дополнительной концентрации возможно вложение в иллюзию простых чар. Иллюзия с вложенными чарами повышает свой круг пропорционально манонасыщенности и сложности вложенного.
Именно так. Я не стал брать новые способности класса как заклинания, а взял как очень и очень вкусные расширения возможностей самого класса. Причём именно феерия, творимая мной в виде Тени, натолкнула меня на здравую мысль о том, чего именно мне не хватает, чтобы быть именно Мастером Достоверных Иллюзий. Упор на первые два слова. Расширила, так сказать, мои горизонты воображения.
Всего лишь за шесть очков я набрал столько, что отработка всего нового арсенала, особенно в сочетании с уже имеющимся и при, так сказать, перекрёстном опылении способностей должна занять у меня как бы не годы. Скорее десятилетия.
Что до улучшения старых способностей класса, я мог продвинуть лишь одну. Вот эту:
Вторичная способность 5 (ранг А – героический): при создании статических иллюзий возможно ценой дополнительных трат маны увеличить их плотность на полный ранг. При создании динамических иллюзий возможно дополнительное укрепление на половину ранга. Совмещение укреплённых и обычных иллюзий становится более естественным.
И остались в кубышке два очка развития, которых пока что ни на что не хватает. Из того, что мне действительно хочется. Ну да ничего: вот возьму уровень 36, и сразу хватит...
А пока – исследование территории, охота и тренировки. Тихо, спокойно, без экспериментов.
Доэкспериментировался уже. Вот прямо-таки затылком чую: то, что мне за безумства с Тенью не прилетело фатально, это чистый, в качель его и в усы его, миракль. Нерядового дня. Не иначе как Лес Чудес помог, решив оправдать свой имя. Если так, то спасибо ему огроменное, выручил. Но тут лучше самому верблюда привязать, да.
...Тихо, спокойно, без экспериментов. Годика хотя бы полтора-два. Что может пойти не так?
За то время, пока стоит Лес, он видывал немало трагедий. В общем их ряду очередная, можно сказать, не выделялась ничем особым: ни числом участников, ни масштабом применяемых сил, ни даже мотивацией. Ну право: какая вообще может быть мотивация у людей, что напали на других людей прямо среди царства природы, богатого монстрами, тварями и прочей добычей?
Именно. Жажда наживы вульгарис, всё по классике, что тут такого?
И даже то, что добыча оказалась зубастей ожидаемого, произошло отнюдь не впервые. И не особо расстроило самозваных хищников. Напротив: более яростное и умелое сопротивление лишь раззадорило их, а гибель товарищей... да ну, что вы как маленькие? Какие они товарищи?
Очередные конкуренты, не более.
Когда всё закончится, с их тел просто подберут дополнительные ценные вещички – те самые, что уже давно вызывали тихую зависть. Да и делить лут на двоих куда приятнее, чем на большее число.
Монументальная фигура в сплошных массивных латах стояла на вытоптанной и обагрённой земле, словно скала в волнах прибоя. Впрочем, скалы могут рассечь волну, только вот после этого не истекают кровью. Вооружением фигуре служила пара прямых обоюдоострых клинков: подлиннее и взятый прямым хватом в левой руке, в правой – покороче, взятый обратным хватом.
– Сияние Мести! – негромким, но уверенным голосом провозгласил левый в паре атакующих. С красивого копья в его руках, имеющего чёрное древко и светло-синий листовидный наконечник длиной полторы ладони, стекла как бы стрела извивающегося света. Стремительно пронзив два десятка метров, разделявших копейщика и двурукого мечника, Сияние Мести... с шипением, подобным шипению воды на углях костра, но и с острыми колкими нотами, напоминающими о звоне бьющегося стекла, угасло.
Большой овальный щит, полупрозрачный, изумрудно-зелёный, на одно критическое мгновение развернувшийся вокруг кинжала в правой руке мечника и прикрывший его от атаки, снова свернулся. Сам мечник не произнёс ни слова. Он даже как будто не пошевелился.
– Чего ты возишься? – недовольно спросил правый в паре атакующих, держащий примерно равную дистанцию и с противником, и с союзником. Оружием правому служила не очень длинная, но весьма массивная двулезвийная секира, серебристо-белая с алым рунированием, что четырьмя прямыми строками взбегало по рукояти и как бы вливалось в четыре весьма запутанных символа – по одному на каждой из двух сторон слегка неравных своими размерами лезвий.
– А смысл, если ты не помогаешь? – копейщик то ли талантливо изображал флегму, то ли впрямь не волновался ни в малейшей степени. – Я что, должен за двоих отдуваться?