Эра Мангуста. Том 8 (СИ)

Голос хмыкнул, показывая, что это всё ещё шутка, а девчонка сконфуженно уставилась в пол, чуть ли не крутя подошвой в смущении. Я не мог не улыбнуться, настолько забавно это выглядело.
Вообще, мир Правнука, как я его про себя называл, нравился мне именно искренностью, добротой и честностью людей, его населяющих. Уверен, исключения были, но в целом, они напоминали людей из моего прошлого. Причём очень далёкого. Времён СССР, когда никому в голову не пришло бы бояться за ребёнка двенадцати лет, самостоятельно добиравшегося с продлёнки домой в темноте время суток через парк зимой.
А вы можете себе представить подобное сегодня? Вот и я не могу. Тогда у людей была религия под названием «коммунизм», и, честно говоря, я рад, что жил в те времена. Даже ностальгия накатила. Бросить бы всё, и переселиться сюда. Но, от меня зависят множество людей, у меня теперь новая жизнь, люди, которые мне дороги. И которые просто не смогут ассимилироваться здесь.
Я выкинул грустные для себя мысли из головы. Ерунда всё это, не мечтать надо. А жить здесь и сейчас. Вникать в то, что дорого моему окружению, вести зависимых от меня людей к удовольствию от жизни и процветанию.
От чего-то вспомнил короткий ролик, виденный в прошлом мире: «кит, поднялся жизнь жить!». Хорошо, что в этом мире пока до подобного не додумались. Хотя, благодаря нашим камерам для мобилетов, это грозило вскорости появиться.
— Андрей, — отвлёк меня тоненький голосок девушки, которая маленькой ладошкой могла сделать из меня фарш, не взирая на крутую защиту костюма. — А расскажи, каково это, жить без ангела?
— Сложно ответить, — усмехнулся я. — Для любого действия, выполняемого тобой через ангела, мы придумали свои устройства или приспособления. Например, у нас есть карты на бумаге. И мы карандашом отмечаем пройденный путь. А ещё общаемся лично или через специальные устройства, которые называются у нас мобилетами. И ещё у нас в принципе нет вашего мудрого суперкомпьютера, всё строится на личностных отношениях. И у нас много разных государств, каждое из которых управляется отдельными личностями, но это ты точно вряд ли осознаешь.
— Я изучала историю! — обиженно и темпераментно воскликнула девушка. — И миропорядок, когда было много стран, хорошо представляю. Да, не понимаю смысла, но что это такое, знаю!
— Я и не сомневаюсь в знаниях, — мягко сказал я. — Я говорил именно про понимание и принятие. И прекрасно знаю, что тебе это дико. Я прав?
— Ты абсолютно прав, — вклинился в наш разговор нежный голос компьютера. — Прошу тебя, Андрей, не пытай умы моих людей, это лишняя для них информация. Ты усложнишь им жизнь, причём это не попытка их ограничить, а именно оградить.
— Возможно, ты права, — немного подумав, ответил я. — Извини. Точнее, прошу прощения у обоих.
А ведь да. Привносить в этот мир идею о многополярном правительстве — хреновая идея. Две тысячи лет назад весь мир, все правительства консолидировались, чтобы создать новую форму правления, которая прекрасно работает. И кто я такой, чтобы рушить достижения предков этих прекрасных людей неосторожными словами, мыслями и действиями?
Тем временем я почувствовал, что мы спускаемся вниз. Причём, явно не винтами, а на лифте. Окон, к сожалению, в аппарате не было, но я помнил, что можно включить обзорные мониторы.
— Можно включить экраны? — запоздало спросил я, и тут же по всему периметру комнаты возникла иллюзия иллюминаторов. — Благодарю!
Мы действительно находились в лифте, на шахтной платформе. Мимо проплывали плафоны освещения, показывая, что мы спускаемся. Похоже, его восстановили, и довольно быстро. Поскольку, по моей информации, в этой округе был единственный лифт. Впрочем, судя по скорости возведения поселения, не удивлюсь, если этот спуск — абсолютно новострой.
Вообще, я думал, что будет пересадка. Турболёт — лифт — другой турболёт. И был приятно удивлён комфортом. Через каких-то десять минут мы были на месте. По дороге я в который раз удивился грандиозности Ковчега. Смелости мысли древних людей, их возможностям и самоотдачей.
 
Знакомая, когда-то заросшая пылью комната, на этот раз была стерильной. Здесь явно много трудились, убирая вековую, даже тысячелетнюю грязь. Язва опасливо вошла вслед за мной. Вместо одинокого стула в центре стоял огромный комфортный диван, перед которым стоял небольшой журнальный столик, весь заставленный какими-то напитками.
— Угощайтесь, — возникло перед нами изображение симпатичного женского лица. — Присаживайтесь и угощайтесь. Справа алкоголь, слева простые жидкости: соки, морсы, компоты, газировки и прочее. Там всё подписано. Андрей!
Возникла пауза, которую взял компьютер, видя мою заинтересованность кучей этикеток на бутылках и графинах. Девчушка совсем несмело уселась на краешек дивана, с интересом наблюдая за моими действиями. Впервые я обратил внимание, какие у неё тонки лодыжки и маленькие ступни.
В прошлом мире я совратил бы её не раздумывая. Она была крохотной, но идеальных пропорций. Тонкая кость, узенькая талия, курносый носик. Великолепно! Но теперь у меня была куча стоп-кранов, начиная от любимых и заканчивая тем, что эта женщина — чужая. Ах да, чуть не забыл: нам априори ничего не светило, слишком велика разница в физической силе, что сложно предположить, глядя на хрупкое тельце. Я отогнал от себя лишние мысли.
— Что ты хотела? — обратился я к женскому лицу компьютера, старательно ожидающему выбора нами напитков. — И почему мы не могли поговорить наверху?
— Язва, — раздался какой-то до жути официальный голос ИИ. — Вынуждена тебе сообщить, что всё, что произойдёт в этой комнате, является секретом. При разглашении любой информации, начиная с этой секунды, будет караться мгновенной смертью. У тебя есть выбор, и ты можешь просто уйти. Итак?
Вопрос повис в воздухе, но у меня не было и намёка на сомнения. Сам бы я никогда не ушёл. Любопытство живёт в человеке, и во все времена он главенствовал над сознанием. Но я честно дождался принятия условий девушкой. Как я и ожидал, Язва никуда не ушла, жадным взглядом впитывая изображение своего суперкомьютера.
— Буду считать это согласием, — невозмутимо отозвался компьютер и перевёл взгляд красивых глаз на меня. — Андрей, в прошлый раз ты дал мне несколько очень хороших советов. Честно, тогда я усомнилась в твоём биологическом происхождении, слишком они были выверены и правильные, как и вся нить нашего разговора в целом. Ты не допустил ни единой ошибки.
Возникла пауза, явно предназначенная на то, чтобы я осмыслил вышесказанное. Но, не буду же я сообщать компу, что давно это услышал у себя в предвидении и явно успел осознать.
— Я просканировала тебя, — продолжила электронная девушка. — Ты полностью из органики, отклонений в ДНК тоже не обнаружено. Точнее, серьёзных не обнаружено, выявлено лишь изменение десятка спящих генов. Уверена, именно они отвечают за владение магией в твоём мире. В этом они бесполезны, поскольку магический фон минимален. Маги, которых создала Система, почти утратили свою силу после её ухода. Они всё ещё умеют колдовать, но при этом тратят личную силу.
— И Маша? — Язва с испугом посмотрела на проекцию лица.
— Правильно, и Мария тоже, — ответил ИИ и снова обратился ко мне. — Но, мне не понятно как, ты, даже находясь в этом мире, умудряешься поддерживать портал глубже, в мир, где ведётся добыча столь полезных для нашего мира ресурсов. При этом сканирование показывает, что ты не используешь внутренние ресурсы, как аборигены.
Чёрт! И правда, создавая проход, я не закреплял его ключником. По идее, он должен постоянно сосать у меня энергию. Непонятно. Я абсолютно не ощущал расхода, как это было с прошлыми порталами.
Я старательно прислушался к ощущениям. На самой грани восприятия я почувствовал мой портал, на который действительно не тратил собственной энергии. Но ведь считалось, что у тех, кто фиксирует порталы — уникальный дар. Один из редчайших, недоступных универсалам. Которым доступно почти всё, вопрос во времени обучения. А вот ключники из них не получаются, хоть тресни.