Наказание для бандита (СИ)

Смотрю на часы, мне уже пора выходить из дома, из-за сердечных страданий работу не пропускают. Предвижу любопытство коллег. Доярки начнут засыпать меня вопросами: «А где Хасан? Ты сегодня одна?»
И что мне отвечать им?
Через час деревня будет гудеть: «Поматросил мужик нашу Руслану и бросил».
Закрываю входную дверь, ключ оставляю под цветочным горшком, вдруг он все-таки вернется? И злюсь, и переживаю.
  
Медленно бреду к калитке, за которую не хочется выходить. Вытаскиваю из кармана телефон, листаю контакты. Думаю позвонить Валерке. Но что я ему скажу? Попрошу помочь в поисках любовника, который сбежал от меня, пока я спала? Смешно…
Приближающийся шум двигателя заставляет меня притаиться за калиткой. Дождусь, когда машина проедет, потом пойду на работу. Я не готова разговаривать с соседями.
Как назло, автомобиль притормаживает у моего дома. Кого это принесла нелегкая? Видимо, общения не удастся избежать. Недовольно вздохнув, открываю металлическую створку, которую Дауров смазал, и теперь она не скрипит. У ворот стоит черный внедорожник, в деревне такого ни у кого нет. А у меня подобные автомобили вызывают не самую лучшую ассоциацию. Пятясь назад, я закрываю калитку. Если это бандиты, им ничего не будет стоить перемахнуть через невысокий забор. А мне еще нужно достать ключ из-под горшка и открыть дверь…
Останавливает меня от трусливого бегства до боли знакомый голос.
— Алекс, припаркуй машину возле дерева и подожди меня, — привычным тоном отдает распоряжение.
Распахнув снова калитку, чуть ли не вываливаюсь на улицу, хочу убедиться, что это не галлюцинация. И кто вообще этот Алекс? Захлопнув дверь внедорожника, Хасан направляется ко мне. Передо мной незнакомец, Даурова не узнать. Где привычная старая одежда деда, в которой он щеголял последние недели? Это не мой Хасан, сейчас я вижу мужчину, который напал на меня в ту роковую ночь. Присмотревшись, я понимаю, что это его одежда, которую я постирала и сложила в шкаф. От шока я просто не знаю, что думать и говорить. Хасан выглядит так, как в день нашей первой встречи.
«Где он был?»
«Что происходит?»
«Почему не предупредил, что уезжает?» — в голове хороводом роятся мысли.
— Идем в дом, — произносит Хасан, оттесняя меня широким торсом обратно во двор. Делаю пару шагов назад и останавливаюсь.
— Где ты был?! — спрашиваю я, стараясь спрятать возмущение. Может, у него есть объяснение, а я тут со своей истерикой.
— В монастыре, — отвечает, глядя мне в глаза.
— В монастыре? — удивляясь. — В такую рань? Ты на службу ходил? — засыпаю его вопросами.
— Хотел убедиться, что мирская жизнь мне ближе и понятнее, чем монашеская, — улыбаясь, подшучивает Хасан. Он еще и улыбается! Я тут все утро с ума сходила от беспокойства, а ему весело! Внутри вспыхивает обида.
— Я на работу опаздываю, — демонстративно достаю телефон из кармана, сморю на время, Дауров никак не реагирует. Задрав повыше подбородок, хочу протиснуться в калитку, но его плечи занимают все свободное пространство.
— Ты больше не выйдешь на работу, я тебя уволил, — заявляет Хасан. Берет меня за талию, оттаскивает на полметра и закрывает калитку. — Если хочешь поспорить, сделай это в доме, но прежде мы уберем все тяжелые и колюще-режущие предметы, — последнее предложение проходит мимо ушей, ухватившись за одно-единственное слово, я спрашиваю:
— Уволил? Как это уволил? — пятясь назад. Не пойму, это у него чувство юмора такое плохое? — Никто не стал бы меня увольнять, — стараюсь говорить уверенно, но что-то в его поведении меня настораживает. Может, специалист я не самый лучший, мне не хватает опыта, но других на деревне просто нет.
— С сегодняшнего дня ты на ферме больше не работаешь, — продолжает настаивать Хасан. Над деревней разливается звон колоколов, этот звон будто о чем-то меня предупреждает.
— Если это шутка, Хасан, то неудачная, — начинаю я злиться.
— Никаких шуток, Руслана, — говорит предельно серьезно.
— Зачем ты меня уволил?! — негромко, но с зарядом недовольства.
— Ты уезжаешь со мной в город, — заявляет уверенно Дауров. Поднимается на крыльцо, достает ключ и отпирает дверь.
— В город? Зачем? — возмущаюсь я. Хочется достать утюг и дать ему по голове, может, тогда он нормально объяснит, что происходит?
— Как зачем? Будешь отрабатывать долг сестры, — серьезным, холодным тоном.
— Долг сестры?! — едва слышно. В голове случается взрыв, до меня наконец-то дошло, что все это значит — Хасан все вспомнил. Паника накрывает с головой, ищу взглядом утюг, а его нет там, где я его оставляла. Он предвидел, что я буду с ним бороться?
— И свой тоже, — добавляет Дауров. Проходит в спальню, открывает шкаф с моей одеждой. Произносит под нос что-то вроде: «Купим все новое».
— Свой? — переспрашиваю я. Ой, зря я не послушалась Валерку! Не нужно было связываться с ним… — Ты все вспомнил, — не спрашиваю, а констатирую факт.
Хасан закрывает дверцы шкафа, подходит ко мне, останавливается так близко, что я чувствую тепло его чистого тела.
— Ночь с тобой оказалась волшебной, — берет в ладони мое лицо. — А ты — настолько сладкой, что вернула мне память…
  
Глава 29
 
Руслана 
— Ночь с тобой оказалась волшебной, — берет в ладони мое лицо. — А ты — настолько сладкой, что вернула мне память, — подмигивает Хасан. Я никак не могу уловить его настроение: он шутит или издевается?
— Что ты от меня хочешь? — пятясь от него назад, спотыкаюсь о порог двери, он хватает меня за локоть, чтобы поддержать, а я шарахаюсь от него, как от шаровой молнии. Дауров хмуро смотрит на меня, отпускает локоть.
Злится?
— Все узнаешь, а сейчас собери те вещи, которые тебе дороги как память, — обводит взглядом комнату.
— Я не поеду, — мотаю головой, отступая еще на один шаг.
— Поедешь, — категорично заявляет он, надвигаясь на меня.
— А коза? А Лорд? — панически ищу причину, чтобы он оставил меня в покое. Ладно он мне мстить собрался, но животные ведь ни в чем не виноваты, он с ними отлично ладил. Со Сметанкой только вначале пришлось использовать небольшое давление на совесть и шантаж, а потом он к ней вроде привязался.
— Козу на мясо, козлят на шашлыки, — заявляет холодным равнодушным тоном. Я вскрикиваю от ужаса, готовая кинуться на спасение животинки, предвидя мои действия, Хас обходит меня и преграждает выход. — А Лорда я заберу с собой, — добавляет он.
— Я не отдам Сметанку! — со слезами на глазах. — Я не хочу, чтобы ты приближался к моим животным.
Тяжело вздохнув, он раздраженно на меня смотрит.
— За кого ты меня принимаешь? Мне ее негде держать, Руслана! Монастырские придут через час, уведут козу и козлят к себе, присмотрят за ними, пока мы не решим их забрать. Ты реально думаешь, что я мог бы навредить тебе или им? — немного зло.
— Я тебя совсем не знаю, — мотаю головой, слезы заполнили глаза и готовы сорваться в любой момент.
— Так узнаешь! — категорично.
— В нашу первую встречу ты меня очень напугал, — слезы все-таки срываются и текут по моим щекам.
— За свое тогдашнее поведение я позже буду извиняться, сейчас нам надо спешить, — вытирает слезы с моих щек тыльной стороной ладони. Я вначале вздрагиваю, что не остается незамеченным. — И перестань уже меня бояться, я все тот же…
— Ты другой, — всхлипываю я на его груди.
— Только в твоей охваченной страхом голове, — целуя меня в макушку, гладит по спине.
— Я тебя боюсь, — честно заявляю.
— Я заметил, даже шутки перестала понимать, — не вижу его лица, но мне кажется, он немного злится, но мне уже не страшно. — Что за паника в глазах? — поддевает пальцами подбородок, поднимает его к своему лицу. Мне нечего ему ответить. Целуя в нос, он отстраняется со словами: — Если поцелую в губы, мы точно никуда не успеем. Руслана, нам правда нужно торопиться.
  
— Ты поезжай, а я… — мне не хочется его отпускать. Есть предчувствие, что он не вернется ко мне, но и уехать с ним я не готова.