Династия Скоген

– Ты уставился, – ее слова были похожи на звериный рык, и я выдавил из себя улыбку.
– Да.
– Я не напрашивалась на комплименты, С. Ларсен. Я знаю себе цену, и мне не нужно говорить о моей истинной красоте, потому что я не хожу по жизни в шортах, ожидая, когда потенциал раскроется после перевоплощения, и выжидая тот идеальный момент, когда «она спускается по лестнице в замедленном темпе».
  
– Ты всегда так быстро говоришь? – Я развел ноги в стороны и вытянул их вперед еще дальше, положив локти на край дверного наличника, чтобы стало немного удобнее.
– Нет, – снова рассерженное ворчание. – Только когда я нервничаю.
– Я заставляю тебя нервничать? – спросил я, и не удержавшись, специально понизил голос.
«Что ты делаешь?» – гудело в моей голове. После того, что произошло, должно быть что-то более важное, чем мой замечательный инструктор по треккингу.
– Ты флиртуешь со мной? – испуганно спросила Нора.
Прямое попадание. Мои плечи вздрогнули.
– Кажется, да.
– О боже, – простонала она. Это был полный страдания звук, словно кому-то насильно надавили тяжелым предметом на грудную клетку.
– Что? – спросил я и ухмыльнулся.
– Ты такой…
– Какой такой? – теперь мне стало любопытно. – Каким ты меня считаешь?
– Исходя из первого впечатления?
– Да.
– Какой тогда меня считаешь ты? – спросила она вместо ответа.
– Необузданной, как бурная вода в реке, – ответил я, возможно, слишком откровенно, и театрально приложил руку к груди.
Несмотря на все усилия Норы сохранить серьезность, ее губы растянулись в улыбке, и на лице появилось игривое выражение.
– В твоих устах это звучит несколько двусмысленно…
– Я стараюсь.
О, вау. Я просто не мог остановиться. Нора, как само собой разумеющееся, вытаскивала на свет эту мою легкомысленную сторону. Я чувствовал себя невероятно легко и беззаботно. И совершенно не задумывался о своих словах.
– А теперь ты. Кем ты меня считаешь? – повторил я свой вопрос.
– Бабником.
В горле поднялся громкий смех. Если бы она знала, насколько далека от правды, то ей, скорее всего, пришлось бы остановить свою любимую Берту у обочины дороги.
– Я знаю таких типов, как ты, – продолжила Нора почти шепотом. И на мгновение я задумался о том, кто мог ее так глубоко ранить, что девушка сразу же переходит в наступление. – Возможно, ты флиртуешь со всем, что не оказывается на дереве на счет три, и, словно по коридору из изношенных презервативов, идешь по кроватям этого мира.
– Эй, минутку, – сказал я, подняв руки. Моя улыбка застыла, просто заморозилась. Словно кто-то остановил время. – Типы вроде меня? Типы с таким лицом, плечами и манерой двигаться? – вспомнил я слова, ранее сказанные Норой.
Горло внезапно сжалось. Возможно, потому, что я ненавидел, когда меня относят к какой-то категории. Возможно, потому, что после последних дней мне было приятно наконец-то ощутить что-то нормальное. Чтобы люди, которые были мне дороги, не судили меня по каким-то шаблонам и не ставили на меня штампы.
– Прошу прощения, – было заметно, как она мысленно считает до пяти. – Это было непрофессионально. Естественно, я понятия не имею, какой ты на самом деле. – Прозвучало так, словно девушка проглотила лягушку.
Однако я интуитивно чувствовал, что дело не во мне. С ней что-то произошло, и Нора словно пыталась перенести это на меня.
– Мне жаль, если я ранила твои чувства. Однако это не повод…
– Ты снова говоришь слишком быстро, – мягко прервал я, и Нора закрыла рот. – Извинения приняты, – через мгновение сказал я, и она отрывисто кивнула. Я заметил, как девушка теребит зубами нижнюю губу, словно бы хочет добраться до другого слоя кожи.
Целую вечность мы ехали в молчании вдоль извилистой реки, в то время как пики гор поднимались все выше в небо. Мой телефон завибрировал в заднем кармане, и я его вытащил. Мне писала Стелла.
Стелла: К сожалению, я все еще не знаю, кто это устроил. Мне жаль, Александер.
Я тихо вздохнул и задумался, стоит ли обратиться к нашему юристу Олафу с просьбой подключиться к этому делу? Однако, что это даст? Уже слишком поздно. Моя репутация испорчена. Мир считает меня злодеем этой пьесы. Все обратные истории СМИ воспримут как попытку меня обелить. Именно так они и восприняли опровержение Стеллы.
– Плохие новости? – спросила Нора, вторгаясь в мои мысли.
– Можно и так сказать.
 
6
 
Нора
 
Я недовольно жевала нижнюю губу, направляя Берту на маленькую парковку перед домом с красивой камышовой крышей, откуда открывался особенно красивый вид на Хардангер-фьорд. Пансионат располагался недалеко от Норхеймсунда, ближайшего крупного городка, с населением почти пять тысяч человек, который, как и все небольшие поселения в коммуне, жил за счет туризма. Иногда мы с Адой отправлялись в Фосс – столицу адреналина в Норвегии, чтобы разнообразить наши впечатления. Хотя я бы просто предпочла остаться здесь. Это место поменьше. Располагает к мечтаниям. Здесь не так много туристов, и поэтому оно больше похоже на теплое объятие, чем на шумное приветствие.
«Ты выглядишь слишком хорошо, чтобы не быть знаменитым», – повторила я в тишине собственные слова и предпочла бы телепортироваться на другой континент. Бабник.
Наверное, это прозвучало довольно резко, ведь я позволила предубеждениям взять верх. Мои слова снова опередили мысли, и я иногда ненавидела себя за свою узколобость.
Я понимала, что Ада не должна с ним встречаться. Она пометит его и станет планировать нашу двойную свадьбу, пронеслось у меня в голове, и я ответила на его обаятельную улыбку. Но в голову снова приходили слова Лиама, и мне захотелось, чтобы в полу образовалась огромная дыра и я смогла бы в ней исчезнуть.
Небеса, что за кошмарное начало следующего треккинг-тура?!
Как только я выключила мотор, живот Сандера так громко заурчал, что мы оба непроизвольно вздрогнули. Он смущенно потер затылок и одарил меня кривой улыбкой, из-за чего стал казаться еще моложе. Невиннее. Однако в Сандере не было ничего невинного. От него прям исходила самоуверенность и сила, которые меня ужасно раздражали. И приводили к тому, что мой язык заплетался. Заплетался. Говорил какую-то чушь. Строящая дома для симсов, десятилетняя я гордилась бы ерундой, которую несла.
– Голоден? – спросила я слишком восторженно и тут же захотела влепить себе пощечину. Моя нечистая совесть сообщала о себе слишком навязчиво. Равно как и предостерегающий указательный палец в виде бухгалтерских документов.
– У меня не было возможности перекусить. Так что да. Очень.
– Нужно взглянуть, что есть на кухне, – ответила я, поднимая пятую точку с комфортного сиденья Берты и открывая дверь багажника, чтобы достать небольшой рюкзак Сандера.
Однако в этот раз Ларсен оказался быстрее. Парень появился рядом, словно широкоплечая, невероятно красивая гора, и взялся за лямку рюкзака одновременно со мной. Наши пальцы соприкоснулись, и микроскопические электрические заряды пронеслись по всему моему телу. Я быстро отдернула руку и отступила на шаг назад. Сердце колотилось, как тысячи крыльев колибри в секунду.
– Ну так вот… – Я поморщилась и чуть не закричала, в то время как Сандер склонил голову набок и умопомрачительно улыбнулся мне. Словно сила притяжения между нами его ничуть не беспокоила. Возможно, я просто все себе напридумала?
Флирт с участниками треккинг-тура был под строгим запретом, поскольку это могло привести к нежелательным последствиям. Это я узнала на собственном опыте.
  
Для участников похода я была лишь возможностью для флирта во время отпуска, захватывающим приключением, которое они получали бесплатно вместе с великолепным видом на фьорды. Но то, что в этом приключении мое сердце висело на шелковой нити, никого не волновало. Я возвращалась в свой пузырь, маленькое гнездышко, которое меня успокаивало и делало счастливой, а они уходили в свой мир, пока я не оставалась лишь поблекшим воспоминанием.