Изъян

Многочисленные женские взгляды мгновенно обращаются в мою сторону, от неловкости и стыда меня бросает в холодный пот. Господи, Гридасова совсем не думает, что несет, выставляя и себя, и меня на посмешище.
Ситуацию спасает курьер, доставивший комплексный обед и упаковку с десертами из мишленовского ресторана прямо к моему столу. Я не заказывала, но не трудно догадаться, кто постарался. Даже находясь в другом городе, Саша не забыл, что сегодня я работаю в офисе, а не на удаленке. В обратном случае еду доставили бы к нам домой.
  
– Отнеси на кухню, – протянув пирожные Люде, прошу я. – Это для всех.
– Чтоб я так жила! – с досадой бросает Гридасова, заглядывая в коробку и облизываясь. – Ев, а у твоего мужа случайно нет брата близнеца?
– Он – сирота, Люда, – сухо отвечаю я, глядя на всплывшее на экране мобильника сообщение:
«Приятного аппетита, любимая».
Сердце хаотично подпрыгивает, к лицу приливает кровь. Никогда не привыкну, что он такой… Людка абсолютно права – с придурью, но вряд ли я когда-нибудь четко смогу сформулировать, что именно с ним не так. Это все-таки из области чувств и эмоций, а не каких-то рационально осмысленных недостатков, которых у него нет в принципе.
– Везучая ты, Евка, – уставившись на мой телефон, завистливо вздыхает Гридасова. – Такого шикарного мужика отхватила. Ты, главное, не расслабляйся и держи крепче, а то оторвут с руками.
Не расслабляйся… Легко сказать, когда твой муж делает все, чтобы расслабилась и плыла по течению, не боясь острых подводных камней. Я и не боюсь, но иногда… иногда меня сковывает безотчётное необъяснимое чувство…
Не опасение его потерять, нет.
В Сашке я уверена, как в самой себе. Он абсолютно предан мне и никогда не посмотрит на другую – за годы брака я успела в этом убедиться. Несмотря на обилие женщин вокруг моего мужа, он ни разу не дал мне ни единого повода заподозрить его в неверности, но было кое-что другое…
Личное, интимное, сокровенное и немного стыдное, о чем никогда не скажу вслух. Ни ему, ни кому-либо еще…
Тогда я и правда так думала, не допуская даже мимолётной мысли, что пройдет совсем немного времени, и все мои принципы, запреты и убеждения сдуются так же быстро, как лопнувший воздушный шар.
Телефон снова оживает, вырывая меня из потока размышлений. Взглянув на определившийся номер лучшей подруги, я торопливо встаю с места и, прихватив свой дорогущий обед, направляюсь на офисную кухню, где на удивление пусто. Отлично, можно спокойно поговорить без лишних ушей.
– Ев, привет! Не отвлекаю? – раздаётся в трубке энергичный голос моей студенческой подруги – Вероники Лазаревой.
– Нет, как раз вышла на обед.
– Отлично! – шумно выдыхает Ника. – Ты сегодня вечером занята? Мне надо срочно тебя увидеть. Желательно до того, как меня опять отправят на какое-нибудь дурацкое задание.
Я машинально оглядываюсь на прозрачную стену офиса, за которой кипит работа. Коллеги увлечены своими делами, начальник уткнулся в экран. Люда с аппетитом уминает общие десерты, так и не донеся упаковку до кухни.
– Вроде бы нет… Что-то случилось? – с тревогой спрашиваю я.
– Мне нужно посоветоваться с кем-то, кому я могу доверять на все сто. Подробнее расскажу при встрече. Давай в той кофейне на Остоженке? Часиков в семь?
– Может, лучше у меня? Саша заказал клининг, я должна быть дома.
– А сам Демидов где?
– Он в Питере. До конца недели. У него очередной тренинг для топ-менеджеров. Читает курс по стресс-менеджменту и эмоциональному выгоранию.
– Супер. Он, как всегда, нарасхват, – смеётся Ника. – Кстати, смотрела на днях его последний подкаст по управлению гневом. Актуальненько, между прочим! Много полезного подчерпнула.
– Я не смотрела, но читала комментарии. Сплошные восторги, – отвечаю с толикой гордости.
– И сплошь от баб, – хмыкает в трубку прямая как шпала Ника. – Ума не приложу, как ты справляешься с его фан-базой. Я бы от ревности все ногти сгрызала.
– Не начинай, – закатываю я глаза. – Твой Сергей как-то справляется, – добавляю я, имея в виду ее растущую популярность в журналистских кругах.
– Ладно-ладно, – миролюбиво отзывается Ника. – Тогда в семь у тебя?
– Ага, я завтра на удаленке. Так что можем стянуть бутылку вина из Сашкиной коллекции.
– Ты – лучшая, – чмокает в динамик Лазарева. – Всё, лечу работать, иначе редактор меня убьёт! До вечера, Ев!
Остаток дня пролетает незаметно. Я провожу очередную сверку данных по анкетам и дополняю таблицу с результатами для отдела маркетинга. Ещё нужно согласовать макет отчёта для ЖКХ, сверить свежие корректировки, подписать две служебные записки и загрузить обновлённую версию презентации в корпоративный облачный диск. Между задачами отвечаю на письма коллег и краем уха слушаю, как Гридасова обсуждает с кем-то по телефону свой новый маникюр и перспективы поездки на море.
К вечеру она снова выглядывает из-за перегородки:
– Ев, а ты не забыла, что обещала поболтать после работы?
Я виновато улыбаюсь и развожу руками:
– Люд, прости, сегодня никак. Я уже с Никой договорилась.
– Так я не помешаю, – бесцеремонно заявляет Гридасова. – Лазарева – баба умная, может, что-то дельное посоветует.
– У нее ко мне срочное дело. Давай в другой раз? Ладно?
Люда надувает губы, но тут же, махнув рукой, уходит обсуждать своих бесконечных мужиков с кем-то ещё. Я с облегчением отвожу взгляд от монитора, быстро закрываю все окна на экране, аккуратно складываю бумаги в папку. Затем выключаю компьютер и проверяю телефон. От мужа ни одного нового сообщения. По привычке захожу в его соцсети, чтобы мельком взглянуть, чем он сейчас занят. Обычно его пиар-менеджер выкладывает сторис или короткие видео с очередного выступления, но сегодня там полная тишина.
Хмм… может, это закрытый тренинг? У Саши иногда бывают такие заказы, когда любые публикации под строжайшим запретом. Или он просто слишком занят, чтобы напомнить о себе миру.
«Саш, я отработала и еду домой. Позвони, как освободишься. Спасибо за обед. Было фантастически вкусно.» – быстро набрав и отправив сообщение, я собираюсь убрать телефон в сумочку, но он буквально сразу вибрирует.
На этот раз муж прислал голосовое:
«Сегодня не позвоню. Мероприятие затягивается, после еще будет фуршет. Не знаю, когда доберусь до номера. Устал адски. Безумно хочу к тебе.»
Боже, какой у него тембр! Чувственный, обволакивающий, с лёгкой хрипотцой, пробирающий до мурашек и вязкой тяжести внизу живота. Ума не приложу, как в одном мужике может умещаться столько достоинств? Чтобы завести меня с пол-оборота, ему даже прикасаться ко мне не нужно. Достаточно просто прошептать что-то пошлое мне на ушко, и я сразу лужицей растекаюсь.
Это нормально, вообще, – так сильно любить своего мужа после восьми лет отношений, пять из которых мы провели в законном браке? Разве не должно уже хоть немного отпустить?
Я выдыхаю, медленно поднимаюсь из-за стола, поправляю волосы, стараясь унять дрожь в пальцах, и спешно покидаю офис. Вежливо попрощавшись с охранником, выхожу в крутящиеся двери и направляюсь в сторону метро. На улице заметно посвежело после короткого дождя, мокрый асфальт блестит, в лужах отражаются огни проезжающих машин. Вдохнув влажный воздух, я на секунду замираю, глядя на прояснившееся небо. Идеальная погода для прогулки, но времени до встречи с Никой в обрез. Я машинально ускоряю шаг и вскоре растворяюсь в людском потоке вечерней Москвы.
 
Глава 3
   
«Причиняющий боль всегда в залоге у пережившего её.»
– из Катехизиса клуба Ordo Simetra
Я дважды исчезала для этого мира. Две остановки сердца после полученных в пожаре травм и удушья. Первая длилась чуть больше минуты, вторая – тридцать секунд. Потом была недельная кома и неутешительные прогнозы, но я выжила, выбравшись из поглотившей черной пустоты, за которой не было ничего… и никого. Только кромешная тьма, адский холод и далекие голоса, зовущие меня обратно.