Бросаешь мне вызов, Тихоня? (СИ)

Удар! Если после такого его соперник выживет, то вместо мозгов у него гвозди. Еще один удар в падении, я зажмуриваюсь, не выдерживая жестокости.
Рефери ведет отсчет, Рокки не поднимается…
— Демон победил… — объявляет ведущий, а я думаю о том, что не ошиблась. Он действительно выглядит демонически.
Лена перекладывает поднос в другую руку. Мы все еще ждем, когда освободят проход. Администратор тихо бурчит, мне не слышно о чем, но понятны интонации. Рука затекла, я вслед за Леной перекладываю поднос.
  
Как только появляется проход, мы спускаемся. На нас никто не обращает внимания. Зрителей в зале остается немного. Кто-то уходит разочарованным, кто-то улыбается. Рокки помогли уйти. Если я не ошибаюсь, мы идем в том же направлении.
Обернувшись, замечаю, как дамочки суют Демону свои визитки, когда он идет по проходу. Он не посмотрел ни на одну из них, смяв визитку, которая ему все-таки попала в руку, кинул раздраженно на пол. Проходим небольшой коридор, притормаживаем у двери с охраной.
Нас пропускают внутрь. Это кабинет. Большой и дорого обставленный. Я прячусь за Леной, есть в энергетике этого места, что-то нехорошее. За столом сидит мужчина лет тридцати пяти, Рокки лежит на диване, прикладывает к лицу лед. Еще один мужчина сидит в кресле, ноги закинуты на журнальный столик, он неотрывно что-то делает в компьютере, даже взгляд на нас не поднял.
— Что так долго? — грубый голос владельца этого царства резанул слух.
— Не пройти было. Извини, Антон, — нервничает она. Старается угодить, загладить вину, которой за ней нет. Куда делась другая Лена? Она забирает у меня поднос, расставляет перед этим Антоном тарелки, возвращает мне пустой. Я бы ушла, но Лена не торопится. Обхаживает хозяина, откуда-то несет стаканы…
Рокки убирает лед с лица. Один глаз заплыл, но это не мешает ему нагло меня разглядывать. Я красивая. И это приносит массу проблем в мою непростую жизнь. По возможности, я предпочитаю быть незаметной. Не всегда подучается.
— Это кто? — заинтересованно. Видимо, уставший вид, ноль косметики на лице и пучок на голове не до конца портят мой вид.
— Официантка, — медленно и как-то растеряно тянет Лена.
— Оставь ее мне…
  
Глава 4
 
Раяна
Звенит в воздухе неприятностями…
Делая шаг назад, осматриваюсь. Можно отсюда сбежать? Вот о чем вопил эти дни мой инстинкт самосохранения. В таких местах никогда нельзя расслабляться. На карте Москвы есть дофига красных зон, «Подземелье» — одна из них. Такие места лучше обходить.
Отступать нельзя, нельзя ставить себя в позицию жертвы. Но когда на тебя двигается машина-убийца обтянутая человеческой кожей, ты забываешь обо всем, чему научила улица.
«Оставь ее мне…» — будто вещь у друга решил одолжить! Как быстро меняются наши приоритеты, когда мы чувствуем угрозу. Несколько минут назад, я жалела урода, наблюдая за его бездыханным телом на ринге. А теперь жалею, что он очухался. Звериные инстинкты живут в каждом из нас, просто определяются и проявляются по-разному.
Ловлю на себе вопросительный взгляд Лены.
«А не прифига ли ты?» — всем своим видом даю понять, еще и головой мотаю.
— Мне пар спустить, бабками не обижу, — замечая мою реакцию, Рокки решил поуговаривать.
— Нет, — твердо, несмотря на парализующий страх.
— Антон, — оборачиваясь к владельцу кабинета. — Хочу эту девочку… — кивнув на меня, будто непонятно, о ком речь. Я не совсем понимаю, кто тут хозяин. Рокки ведет себя нагло и развязно.
— Ну и что ты выкаблучиваешься? — обращается ко мне, поднося стакан с янтарной жидкостью к губам. Мне не нравится его ухмылка, мерзкая такая, заставляет кожу покрыться холодным потом. Он развлекается. Понимает, что обладает силой и властью, ему ведь ничего не будет, если позволит Рокки меня изнасиловать.
— Я не проститутка, — прячу гонор, возмущение, страх. Спокойный ровный голос дается тяжело. Осознание того, что теперь я нахожусь в клетке, бьет по натянутым нервам. Противником у меня двое, они опытнее и на своей территории, у меня нет ни единого шанса выбраться отсюда целой и невредимой.
— А мы и не говорим, что ты шлюха, — продолжая ухмыляться, его взгляд давит, размазывает по полу. — Но мужика придется уважить, девочка, — противно тянет последнее слово. Отказываюсь, мотая головой. Ему не нравится, голос становится жестким и злым, пропадает ухмылка с лица: — У нас тут существует правило, чемпион может выбрать любую девочку в зале, — пытается продавить. На улицах действуют такие же законы. Не верю я в это правило, чувствую, что он его только что выдумал, чтобы меня дожать. Чтобы сама пошла с Рокки, но я этого делать не собираюсь.
— Я здесь оказалась случайно, — осматриваю кабинет в поисках Лены, от которой жду подтверждения моих слов, но ее нет. Как? Я не заметила, как она ушла. Оставила меня на потеху мужикам и исчезла! Теперь становится по-настоящему страшно. Сердце сбоит, бьется с болью в груди. Отмахиваясь от тошноты, подкатившей к горлу, негромко, но уверено произношу: — Если верить вашим словам, то правило действует лишь на чемпионов, а он… — указываю взглядом на Рокки, — …не чемпион, он проиграл сегодняшний бой, — стараюсь говорить без вызова в голосе. Лучше пусть думают, что я мямля, которая испугалась и осмелела, но видимо бью по очень больному месту, так как в следующий момент моя шея оказывается в стальном захвате жестких пальцев.
— За это, сука, я тебе все дырки порву, — скалится зло, усиливая захват. Хватаю жадно воздух, боюсь, что скоро мне его не будет хватать.
— Она права, — в наше действо вмешивается неизвестный персонаж. А нет, известный. В проеме двери стоит Демон. Я не слышала, как он подошел. В стильной одежде он выглядит по-другому. Он еще красивее, чем показался мне на экране монитора. Абсолютно не портит рассеченная припухшая бровь. — Ты уже не чемпион, — красивый сильный голос подчиняет себе пространство и людей находящихся в нем. — Девочку забираю себе, — проходит вперед. Останавливается у стола, напротив Антона.
— Демон, зачем она тебе? — чуть сильнее сжимая пальцы на моей шее. Я вытягиваюсь на носочках, потому что он тянет за шею наверх. — У тебя я слышал, полно личных шлюх. Эту тоже пристроишь? — неприятно ухмыляясь. Замечаю, что плечи Демона напряглись, но он никак больше не отреагировал на выпад в свой адрес. — Будешь обслуживать его друзей? — оскаливается, а я вздрагиваю, с опухшим лицом и заплывшим глазом он похож на чудовище. Его слова бьют по натянутым нервам. Вдруг Демон окажется еще хуже, чем эти?..
— Я за бабками, — обращается он к Антону, полностью игнорируя выпад Рокки. Наконец-то мою шею отпускают. Я удивляюсь мужчине, который все это время продолжал работать в компьютере, он ни разу не поднял на нас взгляд, будто вокруг ничего не происходило.
Антон молча тянется к сейфу, который находится за его спиной. От количества пятитысячных пачек молча офигеваю. Тут же отвожу взгляд, будто не заметила. Несколько пачек падает на стол. Я бы одной радовалась до потери сознания, а Демон равнодушно засовывает их в карман кожаной куртки.
— Когда следующий бой? — интересуется он с вызовом в голосе. Энергетика бешеная, агрессивная, словно между этими двумя скрытая война.
— Я позвоню, — отвечает Антон. Отмечаю, что рядом с Демоном владелец ведет себя осторожно.
— Кстати, — он собирался уходить, но остановился. — Рокки проиграл три боя подряд, — переводит взгляд с одного на другого. — Для него вход в клуб закрыт, — давит взглядом соперников. Ждет ответ. В воздухе растекается напряжение. Рокки смотрит на Антона, мотает едва заметно головой.
  
— Я услышал тебя, Демон, — нехотя кивнув, Рокки матерится под нос, зло смотрит на соперника. Демон, будто не замечает напряжения, забирает непочатую бутылку со стола, уходит не прощаясь.
— Идем, — берет меня за руку, тянет за собой.
— Спасибо, — тихо произношу, когда охрана нас выпускает и мы отходит на безопасное расстояние. Мою руку уже давно не держат.