Моя СверхНовая (СИ)
— Мы ведь тебе не нравимся, верно? — спросил Ал спокойно.
— Это так заметно? — хмыкнула я в ответ, первой отводя взгляд.
— Я наблюдательный. Думаю, ты хорошо относишься к Крису, к Майклу равнодушна, потому что видишь в нём малыша, Вуди кажется слишком назойливым, но в целом безобидным. Но вот мы с Ноа тебе определённо не нравимся.
Чуть помявшись, я решила, что отпираться глупо, поэтому кивнула:
— Да. Не нравитесь. Не люблю красавчиков.
— Предпочитаешь уродов? — приподнял бровь Алан, — Специфичные вкусы.
— Не люблю красавчиков, которые знают о своей привлекательности. Вы этим вечно пользуетесь.
— Знаешь, мне даже ни разу скидку в магазине не сделали из-за моей внешности, — хмыкнул Алан, — Хотя, возможно, это как-то связано с тем, что я хожу в магазин в маске, чтобы меня не узнали люди, но всё же.
— Хочешь сказать, что ты ни разу не склеивал девушку просто так, чтобы потом бросить её, просто потому что можешь? — спросила я, не скрывая скепсис в голосе.
Танцор пожал плечами:
— Не припомню такого. Да, мне, возможно, чуть проще знакомиться с людьми, но это простая психология. Человек сам более охотно тянется к чему-то привлекательному. Ну, да, я родился таким. У меня есть приятные черты, я о них знаю. Но я же не говорю на каждом углу «ах, какой я красивый, ну ка быстро восхищайтесь мной». Да, я достаточно уверен в себе, но согласись, тебя бы куда больше бесило, если бы я всё время ныл о том, что я страшный?
Чуть подумав, я кивнула, не удержавшись от смешка:
— Согласна. Тогда треснуть бы тебя хотелось ещё больше.
— Вот видишь. В мире полно неприятных личностей. Среди них есть как красивые, так и не очень. Как говорится — не суди книгу по обложке.
— Хорошо. Я постараюсь не опускаться до предрассудков, когда дело касается тебя.
— Спасибо, — тонко улыбнулся Алан, — Значит, в твоём списке ненависти остался только Ноа.
— Его я оттуда не вычеркну, даже не проси, — тут же отозвалась я.
— Хорошо, не буду, — кивнул парень, притормаживая, — Мы приехали.
Я выглянула в окно и с удивлением поняла, что мы действительно стояли возле моего дома. Время с парнем пролетело незаметно. Удивительно приятное открытие.
— Спасибо, что подвёз, Алан, — улыбнулась я, поворачиваясь к блондину.
Тот кивнул:
— Был рад. Увидимся, Ава.
— И не забудь поужинать, — добавила я, открывая дверцу машины.
Алан наклонил голову, пряча улыбку за козырьком кепки:
— Не забуду. Спасибо.
Поднявшись в свою квартиру, я вздохнула. Ладно, признаю. Принц оказался нормальным парнем. И совсем не… Принцем? Жаль только, что дружил с Ноа. Это лишало его пары премиальных очков.
* * *Алан
Подъехав к дому и загнав машину в гараж, я посмотрел на свет, сияющий в большинстве комнат. Ну, разумеется. Как говорится, «Даймондс невер слип». Отсылка, думаю, вполне понятна.
Первым, на кого я нарвался, попав в родные пенаты, был Вуди. Рэпер сидел на диване и читал — вы не поверите! — книгу. Подняв на меня взгляд, он тут же снова опустил голову, переворачивая страницу.
— Вернулся, — констатировал он.
— Ты удивительно наблюдателен, — хмыкнул я в ответ.
— Крис хотел уже организовывать твои поиски. Ну, знаешь, собаки, вертолёты, толпа полиции — и в центре всего этого наш бессменный лидер, нервно заламывающий руки и пускающий одинокую слезу по так рано закатившейся звезде.
— Вуди, ты действительно поэт, — улыбнулся я, — Пообещай, что подготовишь речь для моих похорон. Она должна быть такой, чтобы все затопили кладбище своими слезами.
— У тебя денег не хватит заказать меня, — лениво отозвался Вуд.
— Эх, а я-то думал, что мы друзья… — вздохнул я и, растрепав волосы парня, отправился на кухню.
На самом деле, порой этот факт казался мне удивительным — то, что я мог назвать Вуди своим другом. Мы с ним невзлюбили друг друга с того момента, как Крис нас познакомил. Нет, ненависти, как таковой не было, но и приятным нам общество друг друга не казалось. Вуд считал меня зазнавшимся красавчиком с короной на голове, а я его — недоделанным рэперком с завышенным ЧСВ. Ситуация ухудшилась, когда мы начали репетировать вместе. Я совсем не умел пользоваться своим голосом, а Вуд — телом. Это давало такую огромную платформу для взаимных подколов — далеко не всегда безобидных — что было бы глупо ей не пользоваться.
В какой момент всё изменилось? Не знаю. Наверное, в тот, когда Вуди преодолел свою звёздную болезнь и признал, что у него действительно не всё гладко. Когда он пришёл ко мне за помощью. Когда наш светила рэпа сказал, что у меня стало получаться намного лучше и моя дикция больше не вызывала такого количества нареканий. Когда я понял, что во мне видят не просто красивое личико. Когда осознал, что парни из группы уважают мой профессионализм и считаются с моим мнением. Когда я начал отпускать себя в их присутствии и начал открываться.
Когда мы оба выросли.
В холодильнике меня ждал одинокий контейнер, на крышке которого было написано моё имя. Это чтобы Вуди, которого было легче пристрелить, чем прокормить, втихую не схомячил всё. За мою еду не только я — Крис бы голову открутил.
— Ал, я же просил тебя не репетировать до ночи. И не нарушать режим.
Вспомнишь солнце, как говорится. Повернувшись, я напоролся на серьёзный взгляд карих глаз Криса. Казалось, он пытался заглянуть в самую мою душу. Ну, или понять, есть ли у меня вообще совесть.
— Прости, — сказал я, разогревая еду, — Я закончил пару часов назад. Просто чуть задержался в пути. Забыл о времени.
— Что-то случилось? — тут же забыл Крис про своё недовольство, включая режим папы-медведя.
Я покачал головой:
— Нет, всё хорошо. Не переживай. Поем, приму ещё разок душ — и на боковую.
— Ладно. Если будешь заходить к Ноа — не орите. Майки уже спит.
— Да, папочка, — усмехнулся я, — Спокойной ночи.
— И тебе.
Проглотив еду рекордно быстро — оказывается, я был жутко голоден — и приняв душ, понял, насколько хорошо всё же Крис меня знал. Ведь вместо того, чтобы лечь спать, я и правда попёрся в комнату Ноа. Который развалился в кровати, ковыряясь в телефоне.
— Я уж думал, тебя похитили пришельцы, — сказал он, когда я упал на вторую половину кровати, издав тяжёлый вздох.
— Не дождёшься. Я не протяну с ними и дня без твоих шуток.
— Это точно, — усмехнулся Ноа, — Ты чего так долго?
— Да, подвозил Аву домой.
Друг повернул голову, приподняв бровь:
— И давно ты в таксисты заделался?
— Она из-за меня задержалась, так что я вроде как был ей должен.
— Благородный принц! — фыркнул Ноа беззлобно, — Понятно теперь, почему тебя девчонки любят.
— Они бы и тебя любили, если бы ты дал им хотя бы один шанс, — протянул я с усмешкой, — Но ты же у нас монах.
— Да ну их, — отмахнулся парень, — Слишком много мороки. Одному как-то сподручнее.
— Да уж, про руки ты то точно всё знаешь, — нет, этот поток шуток и подколов не остановить.
Ноа попытался ударить меня подушкой, но я с лёгкостью отбил эту атаку, чувствуя, как, вопреки всему, я расслаблялся. Так всегда было рядом с ним. Я никогда не верил в существование соулмейтов в том их проявлении, когда ты видишь её, она видит тебя — и всё, искра, буря, безумие, любовь, закат, титры. Но я верил в братскую любовь. И если такие соулмейты существовали — Ноа точно был моим.
Мы подружились сразу же, хоть и были совершенно разными. Возможно, потому что мы оказались в одинаковом положении — нам предстояло научиться тому, о чём мы имели весьма пространное представление. Я учил Ноа танцевать — и теперь порой даже проигрывал ему в баттлах. Он помогал мне освоить ноты, гитару, учил правильно дышать, пользоваться своим голосом, направлять его. Крис, Вуди, Майки — они все потом придали этому красивую огранку, но Ноа был тем, кто сидел со мной порой до рассвета, пока строки не были прочитаны или спеты без единой ошибки.