Земля разбитых грез (СИ)

- Mobile Legends Bang Bang, - внезапно произнес Виронт.
Мы уставились на Фриду. Та несколько секунд ничего не говорила, затем густо покраснела и пискнула:
- Genshin Impact. Но почти не доначу.
- Ага, - ухмыльнулся Майкл. – Знаю я это ваше почти. У меня друг кредит взял, чтобы навыбивать себе девочек из лутбоксов.
Повисло тяжелое молчание, которое прервал все тот же неунывающий Масаши:
- Это что, выходит, мы все – отаку?
- За себя говори, - буркнул Майкл. – Я просто поиграть люблю.
- Но совпадение странное, - заметил я. – Чтобы все пятеро сидели в какой-нибудь онлайн игре… Других бы поспрашивать, - предложил я. – И кстати, можно узнавать насчет хобби.
И мы в перерывах между тренировками начали выспрашивать у остальных попаданцев их пристрастия.
Как выяснилось, что – таки да – каждый, с кем мы поговорили, шпилил в видеоигры или настолки, смотрел аниме, читал комиксы, фанател по каким-нибудь Звездным Войнам. Короче говоря, являлся тем, что в США принято именовать гиком. А еще, все они обожали фэнтези. Героическое, эпическое, барбарианское, про попаданцев, литРПГ, реалРПГ, неважно. 
Каждый из тех, с кем удалось перекинуться словечком, мог с легкостью назвать пару десятков известных китайских и японских новеллистов, американских авторов фэнтези или, на худой конец, отечественных писателей – я пообщался и с парой русскоговорящих попаданцев.
Наконец-то начала выстраиваться система. Мы нашли общее, оставалось понять, что это значит.
С этим, увы, все обстояло сложнее. Ну страдаем мы все от острых приступов эскапизма или наслаждаемся ими. Дальше-то что?
Увы, чтобы ответить на этот вопрос, требовалось время, и люди, желающие разбираться. И с тем, и с другим же дела обстояли крайне паршиво…
***
Тренировочные дни пролетели, как одно мгновение. Мы худо-бедно научились держать оружие в руках и попадать по мишени. Слегка подтянули физическую форму. Нам объяснили, как рубить мечом, показали пару простейших выпадов копьём, объяснили, что хоть арбалет и не средневековый, с ним нужно осторожно обращаться и заботиться о тетиве, показали заодно, как вешать его на пояс, пользуясь хитроумной кобурой.
Так что, узнали мы массу нового. А еще – задолбались в край, так и не выяснив ничего важного.
Да, несколько человек пропали, но куда они делись – никто не знал. Да, тут творилось что-то странное, но большинству было пофиг – они уже мнили себя покорителями параллельных миров, уничтожителями черных властелинов и осеменителями персональных гаремов с тысячелетними готическими лольками и сисястыми кошкодевочками, и слышать ничего не желали.
Из «пятерки скептиков», кстати говоря, не осталось никого, кроме нас с Фридой, а потому мы старались каждую секунду демонстрировать энтузиазм и чистую, незамутненную радость, дабы не узнать на своей шкуре, куда же исчезают люди. Таковых, впрочем, было немного, всего семь человек. И это, как нетрудно догадаться, не сильно сказалось на отрядах. Вместо двадцати их осталось девятнадцать, а еще в двух не хватало по бойцу, что, по идее, не должно было так уж радикально повлиять на боевые возможности, которые у всех попаданцев оставались не то, чтобы очень высокими.
Говорят, что отсутствие результата – это тоже результат, вот только сложно было поверить в это, стоя ранним утром вместе с почти сотней таких же горемык посреди здоровенного внутреннего двора замка. Единственное, что мы получили, так это боль во всем теле, да несколько простуженных – тут и там в строю чихали и кашляли люди, да и Виронт выглядел не слишком бодро. Тайца, кажется, знобило, и он держался исключительно на силе воли, да местных жаропонижающих, которых удалось выпросить у служанок.
В любом случае, все эти изыскания больше не имели значения. Подготовка завершилась.
Сегодня всех подняли с рассветом и после непродолжительного завтрака и столь же короткой речи светлейшего Лехри, суть которой сводилась к тому, что миг славы настал, собрали тут, приказав грузиться.
 
Во внутреннем дворе уже разместились девятнадцать машин.
Большие грузовики, на шести мощных колесах каждый, укрытые брезентовым пологом цвета хаки, выкрашенные в грязно-зеленый цвет, больше всего они напоминали старые-добрые Уралы, переоборудованные для своих нужд выжившими в зомбиапокалипсисе: на носу ближайшей машины красовалось нечто, напоминающее нож снегоочистителя, борта прикрывали толстые стальные листы, на окна местные умельцы наварили решетки, а поверх брезента пустили колючую проволоку. Для полноты картины не хватало только шипов и красотки, прикованной к бамперу.
Выглядела конструкция достаточно необычно, если не сказать – дико. Впрочем, сразу удалось подметить одну странность: от машин не пахло бензином. Совсем.
Мы по очереди забрались в кузов и аккуратно сложили оружие под лавки и только после этого я осмотрелся. Внутри уже сидели два солдата в шинелях и металлических нагрудниках. Один был вооружен карабином, другой – парой револьверов.
Вот им, значит, нормальное оружие положено, а мы полезем в лес с зубочистками. Миленько.
Во время тренировок мы пытались уточнить, почему нельзя просто выдать куда более привычный огнестрел, и с какого перепуга тут вообще пользуются мечами и арбалетами, но ответа добиться не удалось.
Инструктор, который оказался также и сопровождающим, забрался в кабину, после чего мерно загудел двигатель, машина дернулась и, плавно набирая скорость, поехала. Произошло это так неожиданно, что я не удержался на ногах и плюхнулся на лавку рядом с Фридой.
Чем-то это походило на разгон троллейбуса, вот только контактных рогов над кузовом что-то не наблюдалось.
А потому, я решил удовлетворить любопытство, обратившись к одному из солдат:
- А на каком топливе работает двигатель этой машины? Или она – электромобиль?
Тот с недоумением посмотрел на попаданца, после чего буркнул:
- Бес жрет энергию, - и умолк, уставившись в одну точку.
Что за бес, почему он питается энергией, и что это вообще такое, я не знал, но недружелюбный вид охранника явно намекал на то, что лишние вопросы задавать не следует, поэтому умолк и, прикрыв глаза, попытался задремать. Хотя дико хотелось узнать, а почему артефакты-переводчики, положены тут каждой собаке, но только не героям из иного мира, коим надлежит решить энергетическую проблему одного отдельно взятого фэнтезийного или техномагического – черт его знает – королевства.
А вот американец, напротив, оживился при виде оружия второго бойца.
- Слушай, - спросил он, наконец, привлекая внимание солдата, - а что это за револьверы такие?
Тот с легким недоумением покосился на толстяка, затем вытащил из кобуры один из них и аккуратно передал любопытному. Майкл Смит осторожно взял оружие и сноровисто изучил его.
- Ух ты, как на Миротворца похож! – восхитился американец, возвращая оружие владельцу. – Выглядит весьма старым.
- Их мне передал отец, - чуть улыбнувшись ответил солдат, - а ему – его отец. Эти револьверы пережили Темный век.
- Стрелок, ты помнишь лицо своего отца? – невпопад пошутил Масаши.
Солдат, прищурившись, взглянул на него, и серьезно ответил:
- Конечно.
И тон его очень не понравился мне, а заодно и Фриде.
- Уважаемый Масаши, - толкнула блондинка его в бок, - пожалуйста, не нужно шутить на такие темы, это не очень вежливо.
Японец смутился и виновато улыбнулся.
- Прошу прощения, если мое слово казаться обидным, доблестный воин, не хотеть оскорбить тебя.
- Все в порядке, - солдат заметно расслабился, а револьвер его вновь оказался в кобуре.
Разрядка обстановки воззвала к любопытству, и я перебрался поближе к борту машины, после чего, аккуратно отогнув полог, высунул голову наружу. Город мы уже покинули и сейчас ехали по достаточно качественной бетонке. По обеим сторонам дороги раскинулись огромные пшеничные поля, отгороженные ровными рядами елок, явно высаженных искусственно. В целом, если бы не знал, что оказался в другом мире, легко мог подумать, будто еду по областной дороге, ведущей в садоводство.