Земля разбитых грез (СИ)
Нора, в которой мы с покойником оказались, имела два выхода, а значит, можно было выбраться чуть поодаль от поджидавшего возле лаза зверя, а также - не задохнуться от угарного газа. Кроме мертвеца и его вещмешка тут не нашлось ничего интересного. Впрочем, состояние тела покойного красноречивее слов говорило о том, что случилось. Левая рука у него отсутствовала по локоть, причем, судя по следам, была откушена. Человеку хватило сил заползти в нору и соорудить жгут из ремня, но кровопотеря сделала свое дело.
- Так, а это что такое? – тихо прошептал я, и потянувшись к нагрудному карману, вытащил оттуда сложенный вчетверо листок и ручку.
Марку узнал сразу, а потому все сомнения в том, что покойный прибыл с Земли, отпали. Каким-то чудом покойный сумел спрятать весьма недешево выглядящий Паркер и притащил его в этот чертов лес.
- Ну, приятель, давай взглянем на твои последние слова.
И снова мне повезло - покойный оказался англоговорящим, а потому получилось - хоть и с трудом - разобрать трясущийся почерк умирающего человека.
Мое имя Майкл Валлинлайт, двадцать четыре года, Нью-Джерси, штат Нью-Йорк. Я был перенесен в это Богом проклятое место третьего ноября две тысячи восьмого. Чертовы уроды наплели мне - гику - с три короба про помощь сказочному миру, точно я стал главным героем партии в ДнД, и отправили сюда, на съедение паскудным тварям.
Не знаю, что паладины мутят, но не верьте им. Они врут...
Пока другие дрались я сбежал, как последняя тряпка... Простите меня, парни...
Силы уходят... Перед глазами темнеет... Прощайте...
Мама, я люблю тебя…
Я прислонился к каменной стенке норы. Вот все и стало понятно, но что делать дальше?
При одном воспоминании о волке к горлу подкатывала тошнота. И очень захотелось пить. Я снял с пояса флягу, которую к счастью, не потерял, и утолил жажду.
Что ж, одной проблемой меньше, но что дальше? Выбраться через второй лаз, а потом? Убить монстра?
Перед глазами одна за другой проносились картины гибели товарищей и их муки, и страх вновь затопил сердце.
Как? Я же не какой-то герой или солдат, а лишь чертов менеджер! Дрался-то последний раз в младшей школе! И ладно бы, мне выдали ружье, тогда, думаю, я бы завалил эту тварь. Но что делать копьем? Заснуть волку-переростку в задницу?
От жалости к себе я заскулил и обхватил колени ладонями.
Ничего не приходило в голову. Никаких идей, никаких планов чудесного спасения. Это потому, что спасения не будет. Мы оказались тут не для того, чтобы выжить. Паладинам нужны только камни, которые сами они добывать не в состоянии. А что случится, когда мы принесем их?
От этой мысли стало еще хуже и я горько заплакал.
- Почему я? Чем я заслужил это? Я же не плохой человек, так за что? – мой вопль был обращен ни к кому конкретно и ко всем.
Увы, мирозданию было плевать на неудачника: ответом послужила гнетущая тишина, полная безысходности.
- Мама, я люблю тебя, - прошептал я слова неизвестного американца. — Это моя судьба? Стать второй мумией в пустой норе? Напоминанием следующему бедолаге, который укроется тут от монстра?
Я истерично расхохотался, не в силах больше сдерживать напряжение, рвущееся наружу.
- Вот так и сдохну, да? А что с моими родителями? Что с женой? С дочкой? Я не увижу, как Машка начнет ходить. Как отправится в садик, как окончит школу. Как замуж выйдет и заведет детей!
С каждой новой мыслью частичка страха растворялась, заменяясь чем-то другим. Отчаяние медленно начало уступать место чистой и незамутненной ярости. Это помогло прочистить мозги, и я начал думать.
Чтобы выжить, придется забрать камень, хочу того или нет. Без него могу спокойно оставаться в этой пещере и ждать окончания трех суток. Драться с монстром необязательно, но на случай схватки следует подобрать копье. А еще - стоит восстановить силы и выспаться.
Решение было принято и я, затушив факел, постарался устроиться поудобнее и провалился в тяжелый неровный сон.
***
Пробуждение оказалось резким и неприятным, причем было не совсем ясно, что стало его причиной.
Кажется, меня позвала женщина. Голос очень походил на тот, что я слышал, оказавшись на странном пляже. Однако, наощупь запалив факел и оглядевшись, я не увидел в норе никого, кроме покойника. Ничего не изменилось с ночи, но я прямо-таки кожей ощущал, что убежище следует покидать. Ощущение это оказалось столь мощным, что я, бросив последний взгляд на мертвеца, схватил его вещмешок и нырнул во второй тоннель.
Ползти пришлось долго, но в итоге удалось выбраться с другой стороны холма, поросшего невысокими деревьями. В лесу занялось утро, весело щебетали птицы, где-то стучал дятел, тут и там порхали бабочки, а сквозь крону пробивался теплый солнечный свет. На какой-то миг могло показаться, что вчерашний ужас был просто дурным сном, но увы, реальность напомнила о себе жестоко и бесцеремонно: когда я аккуратно подобрался к лазу, тот был разрыт могучими лапами.
Неподалеку валялось копье, на которое хищник не обратил ни малейшего внимания, и я поспешил вооружиться.
Дорогу назад найти было проще простого - следовало идти по широкой просеке из наваленных деревьев, вырванных с корнем пней и примятых кустов. Чудовищный волк, поняв, что жертва уходит, перестал играться и принялся за дело всерьез. Даже странно, что получилось убежать от него.
Я шел, то и дело оглядываясь и дергаясь от любого шороха, но все было спокойно. Если не считать комаров, которые, видимо, решили отыграться за вчерашний день.
Выйдя на поляну, я едва не заорал, зажимая рот руками, а затем столь же стремительно убрал ладони, освобождая путь рвоте. Сложившись пополам, блевал до тех пор, пока полностью не избавился от вчерашнего ужина. Или обеда, не знаю. А потом добавил еще порцию - желчи вперемешку с водой.
Тела товарищей были обглоданы и разорваны на части. Буквально всю поляну заливала кровь, тут и там валялись кишки, фрагменты тел, кости с налипшим на них мясом и внутренние органы. Больше всего это походило на какую-то дикую скотобойню, ну или на ритуал психованных язычников из фильма ужасов.
Вот только...
Вот только камер поблизости что-то не наблюдалось.
- *** - прошептал я, не в силах добавить что-то еще, а затем вытер рот тыльной стороной ладони и добавил, - ***…
Как бы страшно ни было, следовало действовать, ведь времени с каждой секундой становилось все меньше. А потому, сглотнув и подавив очередной рвотный позыв, я двинулся вперед.
Первым делом нашел свой вещмешок - тот оказался почти без крови - и закинул его за плечи вместо трофейного. Из леса еще нужно было выйти и для этого потребуются припасы.
Теперь оставалось отыскать проклятый драгоценный камень, из-за которого все началось.
Вспомнив, в какую сторону пошел Кишимото, я довольно быстро нашел искомое: тело, превращенное в мясной фарш, и руку, валявшуюся неподалеку.
С трудом разжав окоченевшие пальцы, и нервно хихикая, я забрал драгоценность у собрата по несчастью и сунул свой билет из этого проклятого места во внутренний карман.
Едва только драгоценность оказалась у меня на груди, по верхушкам деревьев прошелся невидимый порыв ветра, зашелестели кусты, и в паре метров от трупа появилась старая-добрая дорога. Такая же ровная и прямая, как и вчера. Мне даже показалось на миг, что вдалеке виднеется выход. Не думая ни о чем, я бросился вперед.
Все мысли и планы моментально выветрились из головы. Я хотел лишь одного: выбраться отсюда!
Лишь эта мысль звенела внутри черепной коробки. Хотя нет, была еще одна, крохотная и незаметная. Этакий голос разума: «Не слишком ли все удачно идет? Почему выход появился лишь сейчас?»
Однако я старательно гнал ее прочь, несясь вперед изо всех оставшихся сил.
Неожиданно нога запнулась о корень, и я растянулся на тропе, больно ударившись коленом.
- Кар! – раздался сверху ехидный голос. – Лишь то он получил, что заслужил, бежав, как малодушный трус, от боя.