Не подарок на 8 марта (СИ)

Не выдержав, отвела взгляд. Сделала вид, будто меня сильно заинтересовало качество поверхности стены напротив.
— Как, говоришь, тебя зовут? — донёсся до моего слуха прекрасный голос брата подруги. В котором появились теперь новые ноты. Только какие, я так и не смогла распознать.
— Оксана. Очень приятно. Хоть мы уже сто лет знакомы, — недовольно пробурчала я, продолжая пялиться в стену.
— Кажется, я тебя припоминаю. Ты за Светкой в школу иногда заходила. С двумя чёрными косичками, страшненькая такая, всё лицо было в прыщах.
От возмущения я открыла рот. Перевела взгляд на этого нахала и начала хлопать ресницами, оскорблённая до глубины души.
Да, у меня случались прыщики в детстве, но далеко не всё лицо было в них! И я всё равно выглядела симпатичной! Ну уж точно не страшненькой!
Вот он… А я ещё ему конфеты носила.
— Я тоже тебя маленьким хорошо помню. Ты ходил в Светкиных колготках и ел свои козявки.
— Чего?!
Испытала непередаваемое удовольствие, увидев, как округлились его глаза.
— Да-да. Такой забавный был мальчишка.
— Не ел я никакие козявки!
— Ел-ел, — поганенько ухмыльнулась я.
Это, конечно, неправда про козявки. По крайней мере, я ничего такого не видела. Но вот про колготки — правда. В то время денег ни у кого особо не было, все выживали как могли. Младшие дети донашивали одежду за старшими, особенно туго приходилось разнополым. Светкина семья не стала исключением.
Рома опасно прищурился, взглядом обещая мне безжалостную расправу. Но я была слишком довольна собой, чтобы принять эту угрозу всерьёз.
— А ещё помню, ты в соседа нашего была влюблена, в Юрку Хлебникова, — мстительно выдал братец подруги. — Он, кстати, до сих пор там со своей мамой живёт, хочешь, телефончик дам? Позвонишь, вспомнишь старую любовь.
Я сложила руки на груди, чувствуя, что снова краснею. Как он вообще может это помнить?! Маленький же был такой!
Возмущенно цокнула языком.
— Ничего я не была в него влюблена, с чего ты взял?
— Светка говорила.
— Вот предательница…
Теперь настал черёд Кораблева ухмыляться.
— Так что? Дать телефончик?
— Очень смешно! — скривилась я и снова отвернулась к стене.
К счастью, у этого нахала зазвонил телефон, и необходимость прятать глаза от его наглого насмешливого взгляда отпала.
И судя по всему, это наконец Светлана соизволила выйти на связь.
— Да. Нормально долетели. В аэропорту… — отрывисто отвечал Роман. — Да вот, с подружкой твоей стоим. С Оксаной. — Моё имя он произнес каким-то особенным тоном, растягивая гласные, и бросил на меня ироничный взгляд. — Ты зачем её отправила сюда? Что за самодеятельность, Света? Я сначала не понял, что ей надо вообще, чуть не нагрубил…
Вот, значит, как, чуть не нагрубил. Это я, выходит, ещё отделалась лёгким испугом? Повезло так повезло.
— …Пожить у неё?! — изумлённо выдал Рома. — А чем плоха гостиница? Ты издеваешься, Света? Мы так не договаривались. Ну, она уже большая девочка, вон, в туалет сама пошла, как-то справилась там без меня.
Его слова уж больно сильно задели моё самолюбие. Надо же, как он категорично настроен против того, чтобы остановиться у меня! Интересно, что в этом такого уж страшного, чтобы назвать издевательством?
Хотя чего это я? Распереживалась тут… Будет круто, если эта парочка откажется ехать ко мне! Я с удовольствием отвезу их в гостиницу и вернусь домой смотреть свои фильмы. Может, ещё успею насладиться праздником.
Вот черт… Сегодня же праздник. Надо бы маме позвонить. Совсем забыла. Светка, коза, голову мне заморочила, а сама даже не поздравила меня, прежде чем просьбой своей загрузить! И этот её братец нахал тоже не поздравил.
Зато страшненькой обозвал, гад.
И что-то так грустно мне стало. Никто ведь, ни одна сволочь ещё сегодня не позвонила и не написала, чтобы поздравить с женским днём!
Да, коллеги поздравляли вчера, но это корпоративная этика обязывает. А сам по своему желанию ведь никто… Даже папа.
Что за жизнь?
Роман закончил разговор и устало посмотрел на меня.
 
— Спасибо тебе, Оксана, за хлопоты, но мы с Ляськой поедем лучше в гостиницу. Не хочется тебя стеснять.
— Что ж, уговаривать не буду, — развела я руками. — Отвезу вас в гостиницу, как скажете.
— А ты умеешь водить? — подозрительно повёл бровью Кораблёв.
Нет, ну такая формулировка вопроса, да ещё и таким тоном, просто оскорбляла. Или я уже любую фразу от него воспринимаю в штыки? Надо бы остыть.
— Я за рулём уже восемь лет, — спокойно ответила.
— Ого, по тебе и не скажешь.
В смысле? Вот сейчас я вообще не поняла!
— Почему это? — поинтересовалась я, непроизвольно упирая руки в бока.
— Ну ты вся такая… волшебная, — ухмыльнулся Роман. — Сложно представить тебя водилой.
— Волшебная? В каком смысле волшебная?
— Ну такая, странноватая немного, — покрутил он кистью в воздухе. — Как Светка моя, вот ей точно машину ни в коем случае нельзя доверять. Так что ты извини, но мы с Ляськой лучше на такси доберемся.
Че-го?!
У меня даже мышцы бровей заболели от того, как я их напрягла.
— Знаешь что!.. — Набрала побольше воздуха в лёгкие, отчаянно придумывая, что бы такого сказать, чтобы жёстко осадить этого хама.
Но так и не успела ничего произнести, потому что у Кораблева снова зазвонил телефон. Братец подруги тут же потерял ко мне всякий интерес.
— Да, Ляська? Что случилось? Понял. Сейчас.
Я даже забыла, что хотела наорать на Рому, когда тот снова на меня посмотрел. Лицо его растеряло всякую насмешливость и издевательский вид, выражая теперь полнейшую растерянность.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила я.
— У Ляськи там… Проблема в туалете. Ей помощь нужна.
— Поняла, сейчас разберусь, — кивнула я и рванула в уборную.
В Толмачёво она довольно большая, впрочем, как и в других аэропортах. Поэтому мне пришлось потрудиться, прежде чем я нашла нужную кабинку, в которой находилась Светкина дочь.
— Ляся? Ты тут? Что случилось?
Девочка открыла мне дверь, вся в слезах. Я перепугалась не на шутку. Присела на корточки напротив неё, взяла за руку.
— Что случилось, малыш?
  
4. Поразила в самое сердце
 
— Что случилось, малыш?
Ляся указала пальчиком на молнию своих модных брючек.
— Вот, — всхлипнув, пожаловалась она. — Сломалось, не застёгивается никак…
Я с облегчением выдохнула.
Изучила проблему. Попробовала застегнуть. Но бегунок действительно застрял на одном месте и ни в какую не хотел двигаться.
После небольших дедуктивных мероприятий выяснилось, что в молнию с другой стороны попала ткань белья. Пришлось приложить немного усилий, и неполадка была устранена.
— Ну вот, — подмигнула я девочке, подвигав туда-сюда бегунок, а потом застегнув молнию. — Проблема решена. А ты расстроилась.
Вытерла ей слёзки. Малышка улыбнулась мне и сказала:
— Спасибо.
— Пожалуйста! — улыбнулась я в ответ.
Довольные, мы вместе вышли из туалета, держась за руки, навстречу хмурому Кораблёву.
Он просканировал нас суровым взглядом и обратился к Лясе:
— Всё в порядке?
— Да! — довольно кивнула она.
— Ну что ж, — радостно потерла я ладони. — Раз уж вы не хотите ехать ко мне в гости и в услугах водителя не нуждаетесь… Тогда, пожалуй, будем прощаться! Приятно было повидаться, Светке передавайте вот такой вот большущий привет…
— А почему это мы не хотим ехать к тебе в гости? — уперев руки в бока, перебила меня малявка и с присущей детям непосредственностью громко заверила: — Мы хотим!
Упс.
Растянула губы в неловкой улыбке.
И кто только меня за язык тянул? Надо было просто вежливо попрощаться. Не дай бог сейчас ещё Кораблёв переменит своё решение. Я уже настроилась на скорейшее возвращение домой и на вожделенный просмотр любимых фильмов в одиночестве.
Присела на корточки перед Светкиной дочуркой.