Путь Чжао (СИ)
Но два десятка гауссовок создавали такую завесу, что вывернуться из нее не мог и он. Виктор уже привык к содроганиям корабля от взрывов. Каждые три-четыре секунды, где то в носу испарялся еще один кусочек вольфрама, раскаленными газами калеча и без того побитый корвет. И вместе со сближением, взрывы становились все чаще.
- Потерян носовой радар. – безгранично спокойным голосом доложил старпом. – Остался обзорный и зонды.
- Через оптику буду целиться! – весело прокричал Туань. – Он здоровенный, как Даолаогуй, я уж не промахнусь! Главное, Аркадий, помни о ее дротиках!
- Сосредоточься на работе! – прикрикнул на артиллериста Тан и вдруг улыбнулся. – Пилот, а ты и правда помни, что дротики Даолаогуя убивают.
- Так это что, баба? – в голос засмеялся Карцев, - ну так мы ей сейчас заса…
Шею вывернуло до хруста, и в затылке полыхнула ослепительно острая боль. Лязгнувшие зубы едва не отхватили язык, и Виктор, заоравший от неожиданной боли, тут же закашлялся, поперхнувшись собственной кровью. В них попали главным калибром!
В себя он пришел от серии болезненных уколов в плечо, голова кружилась еще сильнее, и от горла медленно уходил плотный комок тошноты. Скривившись от головной боли, Виктор с трудом разлепил глаза. В отсеке стояла красноватая полутьма аварийного освещения, все раскрытые в воздухе экраны потухли, а на консоли мелькали символы загрузки.
Гравитация ощутимо прижимала его к креслу, но не к сиденью, как при обычной тяге. Его тянулось куда то в стык между подлокотником и спинкой, так словно корабль вращался с наклоном вокруг оси. Отсек из-за этого смотрелся по настоящему дико, полом стал дальний угол, и Виктор крепко зажмурился, подавляя ушедшую было тошноту. Зажмурился ненадолго, такие сюрпризы стали входить в привычку.
- Здесь старшина Чжао, ИТ, - просипел он на общем канале, старательно проглатывая сочащуюся из прикушенного языка кровь. – Есть кто живой?
- Здесь лейтенант Сяо Гуй, реакторная, - слова перемежались надрывным кашлем, - я и двое моих уцелели.
- Доктор Фа и один пациент, оба живы, но у меня сломано ребро. Что это было?
Оставив его вопрос без ответа, Виктор ждал новых участников переклички. Тишина. Предки, их уцелело шестеро из двадцати трех членов экипажа?!
Потянувшись к перезагрузившейся консоли, он запустил программу базовой диагностики. Состояние корпуса, систем, метки членов экипажа. Эту программу он скопировал с капитанского профиля, когда решил повышать квалификацию, и до сих пор запускал только в учебном режиме.
В полной версии информации вылилось столько, что ему пришлось разворачивать два дополнительных экрана, и спешно отсеивать лишнее.
Увиденное заставило ахнуть. Корвет фактически перебило в передней трети корпуса, лишь жалкие ошметки носа болтались на вывернутых голых шпангоутах. Удар снаряда рельсовой пушки пришелся под острым углом в район офицерского жилого отсека, разрушив его до основания. Боевой Информационный Центр, располагавшийся ближе к носу, скомкало и изорвало взрывной волной до неузнаваемости. Судя по смоделированной картинке, выжить там было невозможно.
Заодно выяснилась и причина перезагрузки. Главное процессорное ядро размещалось как раз в серверной возле БИЦ, и не пережило удара. А резервное ядро в корме почему то не подхватило систему сразу, ушло в перезагрузку. И плюсом, вычислительные ресурсы корвета упали вдвое.
- Реакторная, - Виктор закашлялся, прочищая горло, - что с питанием?
- От сотрясения перекосило турбины, сработал аварийный стоп реактора, - машинально ответил Гуй, и тут же опомнился. – Старшина, что с капитаном? БИЦ не отвечает.
- Нет у нас больше БИЦ, - вместе с ответом, Виктор переслал на терминал энергетика скриншот повреждений. Товарищ лейтенант, вы теперь старший по званию
- Вообще то старший я, - сварливо заметил Фа. – Но корабли я лечить не умею, а нашему кажется здорово досталось. Чем нас так приложило?
- Главным калибром линкора. – вместо Виктора ответил Гуй. – Старшина, что с ремонтной командой?
- Минуту, я разбираюсь. – Виктор лихорадочно копался в меню. – Они работали в районе третьего орудия, это достаточно далеко от носа. Но они не были пристегнуты… Ага, есть!
Он наконец то добрался до жизненных показателей экипажа и облегченно вздохнул. Четыре желтые отметки в районе третьего орудия. Он торопливо коснулся каждой из них, разворачивая краткий отчет. Все без сознания, ушибы, переломы, сотрясения. Легко отделались, на самом то деле. Когда в тебя со всего размаха бьет переборкой, обойтись без травм везет не каждому.
Виктор посмотрел имена уцелевших механиков и зло выругался. Старший механик товарищ Су, механики Лао Джил, Карлос Сё и Дун Зихао. Фамилия Гао в списке не значилась.
- Прощай дагэ. – прошептал Виктор, найдя фамилию друга в графе «отсутствуют жизненные показатели». Траурная белая точка обнаружилась рядом с четырьмя желтыми. Механик до последнего выполнял свой долг, ремонтируя орудие под огнем врага, защищенный лишь тонким легким корпусом. – Я верну твое тело родным.
- Старшина, - вернул его в реальность голос лейтенанта Гуя. – Где «Потрясатель»?
Мысленно выругавшись, Виктор развернул меню сенсорных систем. Увы, большая часть вкладок выделялась серым и черным, отмечая отключенные, или уничтоженные системы. У «Гуан Ши» больше не было радаров, отсутствовала внешняя связь, не работали лидары и оба телескопа значились уничтоженными. Фактически у них больше ничего не было! Корвет ослеп и оглох.
- Ничего не работает, - уведомил он энергетика. – Выбили все подчистую.
- А зонды? – не унимался тот.
- Нет связи.
- Телескопы на гауссовках? Они конечное дохлые, но хоть что-то.
Виктор тут же подключился к орудийным системам и через пару секунд разразился длинной нецензурной тирадой.
-是的，海龜會把它們該死的球放在你的屁股里幹什麼！
- Что не так? – настороженно поинтересовался Гуй.
- Все не так! Мы вращаемся, радаров нет, - кратко перечислил Виктор и горько спросил. – Куда наводить прицельные телескопы? Я админ, а не артиллерист, я черт его знает, что тут можно сделать!
На канале прорезался новый голос. В себя пришел старший механик.
- Судя по углу вращения, третье орудие как раз близко к оси и направлено в нужную сторону. Поищи, там должно быть что-то типа «Автоматический поиск цели». Я на курсах повышения квалификации изучал, но давно, хреново помню, и башка болит адски.
Виктор выделил третье орудие, и развернув меню, зашарил по вкладкам.
- Есть «автоматический поиск цели». Включаю.
- Погоди, туплю, - в голосе товарища Су звучала нехилая боль. – Сначала переключи в «ИК», оптикой ты черта с два чего найдешь.
- Готово, - на поиски нужного у Виктора ушла почти минута. - Включаю?
- Включай. – отозвался Су, и на общем же канале спросил у доктора, - Фа, какого демона у меня так болит башка? Скафандр меня всего исколол, а не помогает! Сломанная рука уже не болит, ребра не болят, а башка болит!
Старший механик ощутимо проглатывал окончания слов, речь его постепенно убыстрялась, становясь смазанной и трудноразличимой.
- Потому что у тебя закрытая черепно-мозговая травма. – терпеливо, словно ребенку объяснил доктор Фа. – Не знаю, как ты ее умудрился получить, если твой шлем цел, но больше обезболивающих тебе нельзя. Терпи.
- Иди ты, коновал! – огрызнулся Су, и снова обратился к Виктору, - Чжао, что с поиском?
- В процессе, - ответил Виктор, наблюдая, за неспешным круговым движением прицела.
Мелькнувшая багровая искорка метнулась обратно в центр, замерла подрагивая, и стала быстро расти. Сантиметров до трех в диаметре. Увеличение прицельного телескопа уступало даже дешевому гражданскому телескопу.
- Есть цель! – заорал он. – Дистанция около тысячи, точнее без лидара комп оценить не может. Вроде бы не удаляется, точно, приближается, скорость около пяти в секунду.
- За «Гуаньчжоу» пошел, скотина! – со злостью произнес Гуй.
Багровое пятнышко засветилось сильнее, плавно перетекая сначала в алый, а потом и в желтый цвет.