Борьба династий (СИ)

Петр заглушил мотор, обошел машину и открыл пассажирскую дверцу.
— Выходи, — скомандовал он, отстегивая ее ремень безопасности, — я хочу тебе кое-что показать.
Они встретились взглядами, и на долю секунды Ольге показалось, что он нервничает. Затем Петр резко выпрямился, и она вздохнула. Нет, это не нервозность, а желание добиться своего любой ценой.
Одолеваемая сомнениями, она вышла из прохлады машины на яркое солнце. Петр взял ее под руку и повел за собой вверх по холму.
— Ты должен был меня предупредить, что мы будем лазить по горам. Я бы надела другую обувь. — У нее перехватило дыхание, когда они добрались до вершины и она увидела пейзаж внизу, пустую зеленую долину. — Зачем ты привез меня сюда?
— Это все мое. Я купил эту землю девять лет назад, когда от меня ушла жена.
После того как она ушла? Ольга покачала головой.
— Зачем?
— Когда я только начал работать у Лебедевых, я стремился доказать, что на многое способен. Как ты и говорила.
— Доказать кому?
— Каждой пиццерии и винному магазину, в которых работал доставщиком. Семье, которая отказалась от моей матери, потому что ее беременность, видите ли, опозорила фамилию Уваровых. — Он отвернулся и упер руки в бока, задумчиво глядя вдаль. — Учредителям «Дикого аметиста». Твоему отцу. Тебе.
Каждое его слово болью отзывалось в ее груди. Сейчас перед ней стоял настоящий Уваров. Он больше не прятался за стеной равнодушия.
— Когда я отправился за тобой в Стамбул, документы на землю лежали у меня в кармане. Как доказательство того, что я думал о нашем совместном будущем. Я собирался построить здесь для нас дом. Я представлял, как мы будем воспитывать наших детей. Там внизу будет построен новый район, будет школа. — Он махнул рукой, и у Ольги кровь отлила от лица. — А вон там будет огромный бассейн, где я буду учить их плавать.
Она молчала.
— Я купил эту землю для нас. Будущее, о котором я столько говорю, может стать явью. Я по-прежнему хочу все, о чем мечтал тогда: дом, дети, семья. Но только с тобой.
Ольга закрыла глаза, словно отгораживаясь от картинки, которую он рисовал, но тщетно. Она поняла, к чему Петр стремился все эти годы. Не к успеху в бизнесе, не к посту главы «Дикого аметиста». Он мечтал вернуть ее и наконец обрести семью, которой всегда был лишен. По иронии судьбы именно полноценную семью Ольга никогда не сможет ему дать. Осознание этого болью отозвалось в ее сердце.
Надо сказать ему.
— Я не та женщина, которая тебе нужна.
Он поднял голову.
— Почему нет? Тебе здесь не нравится?
— Нет! Это место… Боже, ты сам знаешь, что оно великолепно. Но… дело в том, что я не смогу родить детей.
Ольга думала, что, когда он вынудил ее признаться в любви, это был предел. Но она ошибалась. Когда он начал говорить о будущем, у нее все поплыло перед глазами.
Уваров выспросил у нее все подробности ее операции и сказал, что, если будет нужно, они обратятся к любым врачам. Он сделает все возможное.
Ольга горько усмехнулась.
— А если я не хочу иметь детей? — спросила она, зная, что это ложь. — Ты не думал, что я не разделяю твоих представлений о счастливой семье? Может, я мечтаю о чем-то совершенно другом?
Он прищурился.
— Это из-за послеродовой депрессии твоей матери? Ты боишься, что с тобой может случиться нечто похожее?
— Нет, — мягко ответила она, не в силах посмотреть ему в глаза. — Моя мама потеряла ребенка. И чувствовала себя виноватой.
— Тогда в чем дело? — Когда она отвернулась от него, он подошел и положил руки ей на плечи. — Скажи мне правду, Оля.
— Я не смогу дать тебе то, о чем ты мечтаешь. Как ты не понимаешь?
На его лице появилось решительное выражение.
— Наше будущее не зависит от того, родишь ты мне детей или нет, — заявил он. — Ты не можешь снова вот так бросить меня.
Она гордо подняла голову и, собрав всю волю в кулак, сказала: — Я сдержала свое слово. Я приехала с тобой сюда, выслушала тебя. И я приняла решение. А теперь отвези меня домой, ко мне домой.
Во дворе Пегаса, особняка Лебедевых, Петр заглушил двигатель и протянул ей ключи. Ольга бросила на него смущенный взгляд.
 
— Машина твоя, — коротко объяснил он. — С днем рождения.
Она шумно выдохнула.
— Я… Я не знаю. Я не могу…
— Просто скажи спасибо. — перебил он ее.
За один день он получил слишком много отказов, и этот переполнил чашу терпения. На данный момент он ничего не может сделать с Ольгой Лебедевой. Но это только пока.
Он вышел из машины и решительно направился к дому. Управляющая Виолетта встретила его со странной улыбкой.
— Тетя Зоя дома? — с порога спросил Петр.
— Она в саду. — Виолетта бросила на него взволнованный взгляд. — С Ольгой Михайловной все в порядке?
— Она подойдет через пару минут. Она решает, что ей делать с новой машиной.
Он зашел в дом и достал мобильный телефон. Просматривая список пропущенных звонков, он нахмурился. Игорь звонил несколько раз. Петр прочитал сообщение и застыл на месте.
В этот момент в дом вошла Ольга. Она тоже держала в руках телефон и искала его глазами. Она получила такое же сообщение.
Тело Михаила опознано. Ожидание закончилось.
Петр был рядом с ней, когда она улаживала формальности с полицией, остался на семейный совет, где решались вопросы похорон, присутствовал на ужине. Ольга сказала, что он выглядит усталым. Он понял ее намек, но не собирался никуда уходить.
— Оля права, — согласилась тетя Зоя, кладя руку на его ладонь. — Ты выглядишь изможденным. Почему бы вам не поехать домой? Мне было приятно, что вы остались на ужин, но нет никакой необходимости оставаться здесь на ночь. Езжайте домой.
— Я сегодня ночую здесь, — после некоторой паузы сказала Ольга. Потом первый раз за последние часы посмотрела ему в глаза. — Ты можешь взять «Теслу».
— «Тесла»? — с любопытством глядя на них обоих, спросила тетя Зоя. — У тебя новая машина?
— Это мой подарок Ольге на день рождения, — пояснил Петр, не сводя с Ольги взгляда. — Спасибо за предложение, но мне не нужна машина. Если ты остаешься, значит, я тоже.
В ее глазах загорелся огонь, губы сжались в тонкую линию, но в присутствии тети она ничего не сказала. Несколько минут спустя, когда Петр отвечал на вопросы тети Зои о новой машине, Ольга извинилась и вышла.
Догадываясь, что она запрет дверь в свою спальню, он не дал ей далеко уйти и догнал на лестнице.
— Увидимся утром, — твердо сказала она.
— Нет, — он преодолел расстояние между ними за секунду. — Я никуда не уйду.
— Не надо, — прошептала она. — Я не настроена спорить с тобой. Только не сегодня.
Петр поднял руку и нежно дотронулся до ее щеки. Потом наклонился и коснулся губами складки на лбу.
— Я здесь не для того, чтобы спорить, детка. Обещаю.
Ольга слишком устала за день, чтобы сопротивляться, и впустила его в свою спальню. Мысль, что он попытается использовать секс, чтобы сломить ее сопротивление, должна была разозлить ее, но она только усилила боль в груди.
Ольга быстро приняла душ и, когда вошла в спальню, с облегчением поняла, что Петр на балконе. Она скользнула в постель и выключила лампу.
Она провела всего четыре ночи в его доме, но уже отвыкла ложиться в постель одна. В звенящей тишине комнаты ей казалось, что сердце отбивает барабанную дробь. Она слышала, как он вошел в комнату, разделся. У нее перехватило дыхание. Но Петр не сразу лег в постель. Сначала он пошел в душ, оставив дверь открытой. До нее доносился шум воды, и она представляла его обнаженным. У нее потеплело на душе, когда она вспомнила его слова об их совместном будущем.
Шум воды стих, свет погас. Ольга вцепилась рукой в подушку. Она почувствовала, как проминается матрас, а через секунду, Петр обнял ее и прижал к себе.
— Расслабься, — прошептал он ей на ухо. Она поежилась, когда его еще мокрые волосы коснулись ее плеча. — Я просто буду рядом.
Она закрыла глаза, давая телу команду расслабиться. Он не просто был рядом, он обнимал ее, разговаривал с ней. И когда из ее глаз хлынули долго сдерживаемые слезы, он прижался к ней еще теснее.