Мой трактир. Пора менять историю... других (СИ)

— Почему?!
— Хаос одобряет! — возразили пикси.
— Вот именно. Хаос. А мы не хаоситы, мы создания Тени! — при этом, косо смотрю на свою госпожу. — Так что смотрим, наблюдаем, иногда тыкаем палочкой… но менять местами планеты не надо. И полюса двигать тоже. И вообще, устраивать глобальный хаос.
— А…
— …даже если он сам попросит! — добиваю пикси, но, зря я наверно это сделал. Обе опустили ушки, и сделав жалобные-жалобные моськи с отставленной губой и большими глазами, так умоляюще на меня посмотрели, что я чуть инфаркт не словил, ей богу. Я прямо нутром ощутил себя вероломным злодеем, отобравшим у беспомощных детей любимую игрушку.
— Дазе за пеценьку? — грустно-грустно посмотрела мне прямо в глаза Ная.
— Ладно. За печеньку можно, — сдаюсь, не выдержав такого накала милоты. — Но максимум аномалии! Планеты, и континенты на них, должны оставаться на своих местах!
— Спасибо! — сразу же оживились пикси. Взметнулись вверх ушки, сами заулыбались. Подлетев, мелкие разом поцеловали меня в щеки.
— Спасибо папочка!
— Мы полетели.
— Ненадолго!
— Да-да.
— Не переживай, сильно шалить не будем.
— Только посмотрим, как будет действовать организм в чужих для него условиях.
И смылись. Хмыкнув, и некоторое время посмотрев на дверь, поворачиваюсь к Госпоже.
— Ну и зачем?
— Не вижу проблемы. Пусть исследуют. И мне есть за чем новеньким понаблюдать. Попаданец — это ведь всегда необычно.
— И ты решила увеличить масштаб до целой планеты?
— Нет. Я просто рассказала, как работают квантовые аномалии, и привела ряд примеров.
— Нашла кому рассказывать, — вздыхаю, глянув на закрытую дверь.
— Ты ревнуешь?
— Что? — удивленно вскинув брови, смотрю на как обычно спокойную Госпожу. — Нет! Просто я знаю, что вот так просто фаворитками Хаоса не становятся.
— Хм…
— Слушай, ты все чаще проводишь время со мной, — решаю сменить тему. Пройдя до барной шкафа, вынимаю из него новую пачку сигарет и закурив, оборачиваюсь к госпоже. — Почему?
— Встречный вопрос. Почему если в первое время ты от меня шарахался, потом избегал, затем принимал за данность и общался не больше нужного, а сейчас сам идешь на контакт? Раньше я приходила сюда, так как ты не желал идти ко мне. Сейчас, мне не обязательно тебя приглашать, чтобы увидеть у себя. Я не понимаю этого…
— Может потому, что смог узнать тебя и привыкнуть? Неизвестность ведь пугает. А пообщавшись с тобой, стал привыкать. Сейчас мне даже нравится твоя компания. К слову, если ты знала, что я от тебя, мягко говоря, в шоке, то почему ничего не делала?
— Зачем? В каком бы ты виде не оказался, мне нет до этого разницы, ведь безликий будет необычным в любой форме кроме стандартной.
— Ага, то есть если я сойду с ума, свихнусь и буду нести чушь и делать бред, тебя это не смутит?
— Именно.
— Хах, ну спаси-и-ибо, — подойдя к столу, аккуратно присаживаюсь на край. Госпожа сидела в моем кресле, и не сводила с меня взгляда. Поначалу это напрягало, потом привык. В самом деле, это меньшая из её странностей.
— А что не так?
— Я нравлюсь себе таким, какой есть и другим быть не хочу. Щелкни в голове отклонения, начни я делать то, за что в своем нынешнем состоянии никогда бы не взялся, то предпочел бы забвение. Ну или в моем случае обнуление и сброс до «базовых настроек», — договорив, затягиваюсь сигаретой. Интересно, а трава будет оказывать на меня эффект? Сомневаюсь…
— Не позволю, — странно. Мне показалось, или тон изменился? Да вроде нет.
— Хех, в данном вопросе твое разрешение мне не потребуется. Риса отлично показала, что при желании можно самостоятельно стать овощем, а там ты сама обнулишь.
— Хм…
— Вот только не надо меня прятать в мире теней!
— Даже не собиралась.
— Может сменим тему?
— Хорошо. Люди.
— Что люди?
— Почему ты так стремишься им помочь? Ты ведь не альтруист. Тебе безразличны их жизни. Я знаю.
— Ты не совсем права. Да, я не альтруист. Но на чужих мне не плевать.
— Тогда почему?
— Дело в том, что все мы живем в этом огромном мире. Жестоком, кровавом, где сильный ест слабого. Этот трактир, это место, где совсем другие правила. Демон, ангел, дух, человек, здесь это не важно, все равны. А главное, здесь есть чудеса. Мне всегда говорили, что чудес не бывает. А я отвечал…
 
— Тогда я сам их сделаю, — договорила Госпожа. — Я знаю.
— И я их делаю. Вот здесь. Вот сейчас. И пусть это ерунда, ничто в мироздании, но, чтобы начать лавину, достаточно одного камня. Однако альтруизмом это назвать сложно, ибо есть и те, кому эти «чудеса» выходят боком. Тем, кто оказался не в то время, не в том месте.
— Тебя это забавляет?
— Иногда.
— Это весело?
— Еще как.
— Опиши это чувство в твоих условиях.
— Эх… это… сложно.
Так мы и сидели. Я пытался на пальцах объяснить безликому ничего не испытывающему существу свои чувства, иногда сам задавая вопросы. В какой-то момент подловил себя на мысли, что жалею её. Все-таки это жестоко, смотреть, прикасаться, но не понимать и не испытывать.
Тук-тук-тук! — неожиданно прервал меня стук дверь.
— Аид, можно? — просунулась в приоткрытую щель Риса.
— Конечно, что такое?
— Там, внизу, новый клиент.
— И что?
— Я не знаю, что с ним делать.
— Ладно, сейчас спущусь. Тень, слушай, а в твоем измерении можно создать защиту, чтобы смертный ласты не склеивал?
— Ммм, можно, но я стану в этой зоне ограничена одним аватаром и безликими.
— Тогда смысла нет. А жаль!
— А что ты хотел?
— Да так… не важно. Ладно, я пойду, продолжим после работы?
— Буду ждать.
— А со мной не пойдешь?
— Кажется, когда в прошлый раз я подходила вместе с тобой к новому посетителю, тебе пришлось того отпаивать.
— Просто не надо валить клиента вопросами. И улыбаться как тогда тоже не надо.
— Лучше я тут подожду.
— Как хочешь.
Оставив Госпожу наверху, спускаюсь вниз. А там… прямо возле лестницы, опираясь о перилла стояла Лейла, и смотрела, по-видимому, на источник отчаяния и уныния.
— Что у вас тут происходит? — спустившись, спрашиваю суккубу.
— Да вон, — кивнула она на посетителя за столом, в шикарном дорогом наряде, с диадемой на голове, который со вселенской тоской давился салатом. — ПрЫнц, тридевятого царства, блин.
— Вы что с ним сделали? — кошусь на суккубу.
— Обижаешь, Аид, — насупилась Лейла, когда как Риса пыталась привести клиента в чувство. — Он таким пришел.
— Н-да.
— Иди утешай, пока не разревелся.
— А это точно принц?
— Точно-точно, — вздохнула суккуба. — Риса же всех клиентов пробивает по вашей теневой базе.
— Ладно. Принеси чего-нибудь легкого выпить, и супа какого.
— Сейчас.
Пройдя до клиента, киваю Рисе, мол: «перенимаю эстафету» и присев за столик, привлекаю к себе внимание.
— Ну здрав будете, уважаемый. Что ж вы так?
— Это конец.
— Информативно, но вешаться вам пока рано. По крайней мере в моем трактире.
— А какая разница где? Сам не повешусь, другие повесят.
— Прошу, — поставила на стол Лейла два бокала и налила в оба мартини.
— Спасибо. И так, не могли бы вы поведать, что с вами случилось? Вряд ли целый принц будет убиваться по пустяку.
— Вы знаете кто я? — ожил человек, и поднял на меня удивленный взгляд.
— Слышал. Ну так?
— Страна моя… в очень удручающем положении.
— А конкретнее?
— Вам не все ли равно?
— Выкладывай. Хуже уже не будет.
— Эх… Все началось год назад, когда погиб мой отец. Тогда же престол перешел мне. Наша страна находится как бы в окружении гор, а потому очень богата на различные руды и драгоценности, но была бедна на плодородные почвы. Еще мой дед, начал завозить на нашу территорию плодородную почву, а за ним мой отец. Так у нас появился самодостаточный безопасный край, который с каждым годом становился крепче и богаче. В первую очередь именно богаче, ибо залежей действительно очень много. А самое главное — в центре наших земель есть рудник особого редкого металла — магалит. Металл высоко ценится магами, а его источники можно пересчитать на пальцах. Мой отец понимал, что рано или поздно к нам придут чужаки, что мы слишком богатая страна, но он даже не подозревал что будет на деле. Против нас собрались все окружающие нас страны. С севера империя, с северо-востока королевство Карн, с востока ханрак или люди востока, на юге коалиция магов, занявшая собой весь юг, а с запада и северо-запада придут сразу четыре государства!