Археолог. Начало (СИ)

— Что случилось?
— Мы попали в какой-то карман, сэр. В навигации отказано. Все известные звёзды отсутствуют. Все видимые звёзды, являются аномалией.
Переключив компьютер на резервный Эсхель-7, Ровальд услышал тот самый ответ.
— Пастор. Это карман.
* * *
Прямо по курсу лежала планета. Одинокая, как сам космос. По мере продвижения она занимала всё больше пространства, а рядом проплывали бесформенные объекты, которые оказались мёртвыми конструкциями. Раскуроченные объедки кораблей переворачивались в сложных траекториях, периодически открывая огромные сквозные дыры.
Эсхельмад рекомендовал не спешить, а ознакомиться с этими конструкциями-кораблями. Чёрное Ядро было неподалёку, нужно собрать окружающую информацию.
Ровальд отпустил тягу, выдернув кабель, переключился обратно на свой бортовой ИИ и стал тщательно заносить в базу данных всё, что попадётся. Благо, это было нетрудно. Большинство объектов имели зеркальные маяки, которые отражали регистрационный номер и тип корабля.
Рядом с космо-мусором толпились более мелкие соседи с парными конечностями.
— Это… — Ровальд направил лучи прожекторов туда. парящие скафандры, десятки, сотни, тысячи. Внутри бледные люди, которые не шевелились. Космическая пыль могла быть и такой. Получается, все кто попали сюда, в этот карман, все кто по каким-то причинам стремились к звезде HATS-51, оказались не просто невольными заложниками системы. Они прилетели на собственное кладбище. Столько кораблей человечество отправляло в дальний космос? Столько не вернувшихся? Вот почему было решено сосредоточиться на освоении ближнего рубежа?
Отсутствие астероидов, метеоритов и прочих неожиданностей создало консервацию всех, кто пролетал мимо. Видимо, им точно так же выбивало системы, захлопывая ловушку.
Всё это время сюда засасывало всех исследователей, путников, и, судя по всему, тайные колонизаторские программы. Вполне вероятно, добрая часть списка Раскольникова находилась прямо здесь. Звёздоплавательные машины, которым было сто, двести лет, и даже больше. Многие он помнил лишь по учебникам, а этот вообще первого туристического поколения, выпущенный редким тиражом для богачей к 2120 году. Всех их украшала большая сквозная дыра по середине. Чем меньше был корабль, тем большую его часть она занимала, съедая, порой, и добрую половину корпуса.
Но поглощающей смеси страха, неприязни и сочувствия он не испытывал. Выйдя в космос, с удивительным для себя хладнокровием Рвальд изучал всё, до чего мог прикоснуться. Космонавты с пробитыми системами жизнеобеспечения. Их оборудование можно было взять себе. Но вирусы и их мутации, уснувшие глубоко в остатках человеческой плоти, несколько пугали. Поэтому, пришлось обойтись тем, что он мог просто осмотреть. У многих плавающих в вакуумных — карманах остались невредимы документы. Слишком хорошо сохранились. Парочку он возьмёт себе, на всякий случай, предварительно обеззаразив в спец-камере.
Отбросив в сторону тех, кто лежал на пути, к собратьям, Ровальд направился к корабельным конструкциям. Так как многие из них крутились в совершенно бешеном темпе, он выбрал лишь наиболее спокойные.
Многие были по размерам как Эсхельмад и даже больше. Крохотных кораблей еденицы. И что примечательно, все самые маленькие корабли датировались самыми ранними эпохами. В то время всё было помешано на компактности.
Лавируя между обломками и телами, Ровальд, то ускорялся, то, ухватываясь за соседние крупные объекты, замедлялся, перемещаясь, в основном, прыжками. Техника перемещения в космосе была проста: лишь бы не зацепило что-то непредсказуемое.
Первый объект исследования — обычный звездолёт дальнего плавания, рассчитанный на двоих. Судя по всему, около ста лет. В двигательной части зияла сквозная дыра большой ширины, выбив до основания всю топливную систему, да такая, что сквозь неё можно было пролететь, и Ровальд, соблазнившись, пару раз так и сделал, заодно изучая общую оплавленность. Компьютер сделает выводы о мощности оружия, которое адски обстреливало орбиту. Может быть, обстановка на поверхности планеты станет более понятной. Жаль, что через эту дыру внутрь корабля не попасть.
 
Добравшись до шлюза, он по стандарту стал искать блок-схему для вероломного подключения. Но нашлись лишь трубы дозаправки. Отодвинувшись назад, провёл рукой, периодически простукивая. Краем глаза зацепился за крохотную надпись Одиссей-1. Антиквариат. Даже в справочнике отсутствует. Или нет? Похож на Цефината-17 в модификации. Корабли для детей богачей. Тогда блок-схема в другой части. Проверив свою догадку Ровальд убедился в правоте. У премиум кораблей-шестого поколения дозаправка и блок-схема находились в стороне от двигателя, ближе к хвостовой части, как у всех старых кораблей. Классика, недоведённая, почему-то, до ума среди богачей. Наверно, они всегда летали другими маршрутами, и останавливались в других условиях, с другими стандартами подключения к топливным трубам. Сканер вскоре довольно запищал, а кроткий лазерный пучок выпилил квадрат. Ровальд подвел несколько проводов из пояса. Его шар-взломщик уничтожен, а новый приобрести невозможно. Это была одна из забытых технологий, ныне запрещённых.
Прожектора Одисея-1 вспыхнули, осветив обломки наискосок, и погасли, но проход внутрь открылся. Провода сами отсоединились и вернулись в пояс, а Ровальд, ещё раз облетел корабль и с удовольствием отметил, что в центре шлюза зазывающая чернота.
Внутри висел космонавт без шлема, лицо мумифицировалось, обтянуто бледной кожей, глаза выплыли. В воздухе так же витал бластер, инструменты. Несколько мониторов. Крышка с панели управления снята, оголяя множество схем, плат, жестких дисков, систему охлаждения и лампочек. Видимо, человек тщетно пытался починить нечинимое, найти хоть что-то резервно-предусмотренное на случай, если оторвало половину корабля. Подсоединившись Ровальд попробовал оживить корабль. Свет внутри загорелся. Системы очистки воздуха заработали. На экране вспыхнули красным буквы, извещающие об поломке органов управления, отказе жизнеобеспечения. Ничего не работало, даже репликатор еды отказывался действовать. Лишь свет, и живая материнская плата. Тогда выбор очевиден. Он отключился и вытащил жесткие диски.
Так он проделал ещё с тремя кораблями. Каждый раз сломано было абсолютно всё, работая по отдельности, и лишь жесткий диск служил утешительным призом. Один раз вместо него была простая карта-памяти SD сверхёмкого формата на тысячу террабайт. Удивительно было то, что она не имела стандартной защиты от радиации. Значит, это был модернизированный корабль. Ещё с той эпохи, когда была одобрена всеобщая космофикация, а построить корабль разрешалось каждому без особых запретов.
В конце концов, исследование обстановки не могло быть завершено. Требовалось посетить ещё один объект. Он его приметил в самом начале.
Транспортник класса Вега. Последний такой был собран ещё 200 лет назад. Гигант — переселенец. Первое крепкое слово человечества в освоении вселенной. Добравшись до него, Ровальд долго облетал, изучая, пока силуэт гиганта не оказался под местной звёздочкой-солнцем. Тусклой, маленькой. Но достаточно яркой, чтобы взору открылось множество широких дыр.
— Корабль класса Вега зарегистрирован в общей базе данных. Распознано напряжение. — Сказал бортовой ИИ. — Постоянная остаточная мощность. Работает последний запасной генератор.
— Удивительно. — Выдохнул Ровальд. Столько лет прошло, а этот гигант жив, даже будучи в таком состоянии. — Невероятно. Может быть, вечные вещи не такая уж сложная штука.
 
Да, это были не тысячи лет, как обстояло с Колыбелью протославянской цивилизации, но…
Вибрация прошлась по корпусу Эсхельмада и Ровальд притянулся к пульту управления. Класс Вега, это класс Вега. Даже собственная гравитация. Настоящая маленькая планета.
По корпусу тянулись лопнувшие иллюминаторы, которые были, впоследствии, навеки запрещены при создании кораблей. Однако, корпус Веги, вопреки огромным разрушениям, довольно целостен.