Без памяти во лжи (СИ)

Но потом что-то изменилось между нами, особенно в его отношении ко мне.
Злость ушла, сменилась теплом, почти нежностью...
Вспоминаю, как он сам варил мне бульон и несколько дней заботился, как проводил со мной завтраки и ужины, как смотрел на меня в ресторане и как его рука касалась моей.
Кажется, что было что-то настоящее... или нет?
Я начала что-то чувствовать, что-то тёплое, что тянуло меня к нему, будто магнитом. Но теперь я не знаю, что это было.
  
Любовь? Привязанность? Или просто иллюзия, навязанная статусом его жены?!
Я ведь действительно думала, что Селена. Но я не она. Я Эмили. И он... он всё-таки знал или нет?
Сжимаю одеяло, натягивая до подбородка.
Если он знал, то скрывал это. Не сразу, может быть, но со временем он узнал, кто я такая. Я вижу это теперь — в его загадочных взглядах, в его молчании, что иной раз говорило больше, чем слова...
Он знал, что я не Селена, но не сказал мне.
Почему? Чтобы держать меня рядом? Чтобы я оставалась его женой, даже не будучи ею?
Не понимаю! И это пугает меня, абсолютно сбивает с толку.
Что я чувствую к нему? Были ли мои чувства настоящими? К нему или к тому, кем он меня считал?!
  
Глава 36: Селена 
 
Эмили
Я так и лежу, бездумно смотря в потолок, когда дверь тихо открывается...
В палату входит медсестра. Невысокая, с доброй улыбкой, и в руках у неё поднос с ужином — тарелка супа, кусок хлеба, стакан воды. Она ставит его на столик рядом с кроватью, говорит что-то про то, чтобы я ела и отдыхала, но я едва слушаю.
Голова всё ещё гудит, в теле ощущается слабость, а воспоминания, что вернулись ко мне, кружатся в голове бесконечным вихрем. Киваю, приподнимаюсь на локтях и устраиваюсь поудобнее.
Суп тёплый, простой, почти безвкусный, но я ем медленно, буквально заставляя себя проглотить хоть что-то.
Я не голодна, но понимаю, что нужно. Нужно как можно быстрее восстановиться и разобраться с той ложью, что окружила меня со всех сторон.
Силы уходят с каждой минутой, и я чувствую, как глаза начинают слипаться, а тело тяжелеть. Убираю поднос на стол рядом с кроватью, ложусь обратно и натягиваю одеяло до подбородка. Детская привычка, никак не могу от неё избавиться.
Сон приходит быстро, почти мгновенно, и я проваливаюсь в него, как в тёплую воду.
Мне снится Арес...
Он стоит передо мной — высокий, сильный, взрослый мужчина с серыми глазами, что блестят в полумраке. Его лицо красивое, резкое, но смягчённое чем-то новым — любовью, нежностью, обожанием.
Он смотрит на меня так, будто я его сокровище, будто единственная, кто важна для него в этом мире. Я кожей ощущаю тепло его взгляда, и оно обволакивает меня, как мягкое, воздушное одеяло. И это чувство... неожиданно приятное.
Арес подходит ближе, но я не отступаю. Его руки касаются моего лица, пальцы невесомо скользят по щекам, по шее, я дрожу от этого прикосновения.
Он наклоняется и... целует меня — страстно, горячо, с какой-то жадностью, что заставляет моё сердце биться быстрее, срываясь галопом.
Его губы тёплые, настойчивые, я таю под ними, отдаваясь этому чувству, что кажется таким настоящим. Он не останавливается — его поцелуи спускаются ниже, к шее, к плечам, к груди.
Арес покрывает моё тело ими, и я чувствую жар, что растекается по коже, по венам, буквально по всему, не оставляя ни единого участка холодным.
Это больше, чем я когда-либо позволяла другим мужчинам, даже больше, чем я сама знала о себе! Но я не сопротивляюсь, не хочу — во сне я его, а он мой...
Просыпаюсь резко, с горящими щеками и рваным дыханием, что срывается с пересохших губ.
— Сон. Это просто сон, Эмили, — шепчу, стыдливо прикрывая глаза, пытаясь хотя бы немного успокоиться.
Но он был таким живым, таким реальным, что я даже наяву чувствую его прикосновения, а кожа пылает в тех местах, где он касался меня...
Прижимаю ладони к лицу, ощущая жар и стыд, который смешивается с чем-то ещё — с тоской и желанием, которого я совершенно не понимаю.
Почему Арес? Почему именно так?!
Встаю с кровати, ноги дрожат, но я заставляю себя идти. В палате есть маленькая ванная, и я решаю принять холодный душ, чтобы смыть этот жар и сон, но главное, мысли, которые никак не хотят покидать мою голову.
Вода льётся по кончикам волос, по спине... Закрываю глаза, пытаясь привести себя в порядок.
— Я Эмили, не Селена. Я не его жена, не его женщина! — повторяю как мантру.
Но этот сон...
— Хватит!
Немного успокоившись и освежившись, выхожу из ванной и замираю.
Арес стоит в палате.
Он держит поднос с завтраком — чашка кофе, круассан, немного фруктов — и смотрит на меня, кажется, даже не моргая.
На столе у окна ваза, полная персиковых роз — огромный букет, нежный, почти сияющий в мягком утреннем свете.
— Доброе утро, — его голос низкий, чуть хриплый, как будто он не спал эту ночь. И... одежда. Он в том же костюме, что был вчера, когда мы встретились взглядами в коридоре.
Неужели?..
Арес ставит поднос на столик, делает шаг ко мне, но останавливается, будто чувствует мою нерешительность.
Я смотрю на него, и воспоминания из сна вспыхивают перед глазами — его губы, руки, его жадный взгляд. Щёки снова горят, приходится стыдливо опустить взгляд, чтобы он не заметил.
— Спасибо, — говорю первое, что приходит в голову, чтобы заполнить неловкую паузу. — Цветы... очень красивые.
Он смотрит на меня — долго, внимательно, — и я вижу в его глазах то же, что во сне: тепло, тревогу, что-то глубокое.
Однако теперь я знаю, что всё это мне не принадлежит. Я не Селена... но если он тоже уже знает, то... всё-таки мне?
Чёрт, я совершенно запуталась!
— Как дела? Как ты себя чувствуешь?! — спрашивает мягко, почти осторожно, будто прощупывает почву, проверяя, насколько я готова к разговору. — Я... переживал.
Киваю, сажусь на кровать, сжимая полотенце в руках.
— Лучше, — говорю тихо. — Голова ещё болит, но уже лучше.
Арес шумно выдыхает и смотрит на меня так, будто хочет сказать больше, но молчит. Я вижу, как его пальцы сжимаются, как он борется с чем-то внутри себя.
Кажется, он действительно переживал обо мне, и это не ложь. Но почему? Почему я важна ему, если я не его жена?
Не знаю, что думать.
Арес скрывал от меня правду, уверена в этом. Он знал, но молчал, продолжая держать меня в своём доме, в своей жизни. Зачем? Чтобы я была его? Чтобы я заменилаеё?!
— Ты был здесь всю ночь? — стараюсь говорить ровно, но дрожь в голосе выдаёт меня. Я волнуюсь, потому что не понимаю, как вести себя с ним. Какую игру он затеял?!
— Да, — говорит просто. — Не мог уйти.
Не мог уйти...
Я молчу, и он тоже. Тишина висит между нами, густая и тяжёлая.
Мне нужно понять, что я чувствую к этому мужчине, что стоит передо мной и смотрит так, будто боится потерять. По-настоящему боится. Именно меня.
— Позавтракай, — Арес первым прерывает молчаливый обмен взглядами, кивая на поднос. — Тебе нужны силы, Эмили...
Что?!
  
Глава 37: Арес 
 
Арес
Стою в коридоре больницы, прислонившись к стене, когда дверь палаты открывается. Выходит доктор, тот же пожилой мужчина с седыми волосами и усталыми глазами.
Я делаю шаг к нему, сжимаю кулаки, сердце колотится, как сумасшедшее. Я жду новостей, жду хоть слова об Эмили, о моей девочке, что лежит там... за этой дверью.
— Ваша жена очнулась, — говорит он, а я шумно выдыхаю, чувствуя, как напряжение чуть отпускает грудь. — Её скоро переведут в обычную палату. Состояние стабильное...
  
Мужчина делает паузу. Его взгляд тяжёлый, и он смотрит на меня так, будто взвешивает каждое слово, которое собирается сказать.
— Но она в стрессовом состоянии, — продолжает он, а я приподнимаю бровь, догадываясь, что это лишь предисловие. — Никого не хочет видеть. Даже... вас, господин Брайн.