Рысюхин, тринадцатый тост был лишним! (СИ)

— Что вы, Евгений Борисович, это мне вряд ли светит! — Я в минувшие дни внимательно изучил ситуацию, и сделал определённые выводы. — В гвардии после капитана идёт звание полковника, а его носить может только командир гвардейского полка, заместитель командира гвардейской бригады либо его же начальник штаба. Из иных лиц звание полковника гвардии может получить только шеф полка из числа членов Императорской семьи, что к нам вообще никакого отношения не имеет и иметь не может. Звания же инженер-полковник в гвардии и вовсе нет. И повысить с переводом в линейные части меня также нельзя, поскольку для присвоения звания инженер-полковника требуется наличие не только высшего технического, но и высшего военного образования, коего у меня нет и не предвидится. Кстати, даже и инженер-майором сделать так же не могут, по этой же причине. Так что, думаю, своего потолка я достиг.
  
— Вы, Юрий Викентьевич, не все нюансы учитываете. Полковника гвардии вам, действительно, не дадут. Но это звание числится в пятом разряде, и у вас до него есть ещё «пустой» шестой. И, поскольку вы не только в запасе, но, по причине пограничного статуса вашей дружины, ещё и в резерве, выслуга лет вам начисляется. А поскольку находитесь всё же вне действительной службы, то через пять… С учётом ордена — даже раньше, года через четыре, не больше, можете быть произведены в чин коллежского советника с сохранением воинского звания, просто статский чин у вас станет выше воинского, всех проблем — зелёного сукна с серебряной выпушкой петлицы на гвардейский мундир надеть. А там, к тридцати двум годам, если ничего особенного не случится, наподобие третьего кабинетского подарка либо второго благоволения, можете и пятый чин выслужить. Вот выше — уже выслуга становится делом сугубо вторичным, производство зависит только и исключительно он воли Государя Императора.
Я очевидным образом растерялся — как-то в голову не приходило, вообще, в принципе, что возможно такое вот совмещение военной и статской карьеры. Даже не думал в эту сторону! Граф же, заметив мою растерянность, коротко рассмеялся.
— Всё же, несмотря на все ваши таланты, вы, Юрий Викентьевич, ещё пугающе молоды и слишком неопытны, в кадровых играх — в том числе.
В голосе графа отчётливо слышались удовлетворение и даже покровительственные нотки, но пусть его, право имеет. Я же тяжко вздохнул.
— Надеюсь, этот ваш прогноз не сбудется. Ну, куда мне в генеральские чины лезть и, главное, зачем⁈ Ладно, на балу покрасоваться погонами да прочими шнурами с эполетами, хоть мне и это удовольствия не доставляет. Но случись что, придётся же соответствовать! А у меня ни знаний потребных, ни опыта, ни возможностей и желания это всё приобретать! В роду никогда не было никого, старше капитана, так и мне бы этого звания хватило, уж на девятый классный чин я бы вытянул, пусть и не сразу.
Евгений Борисович на этот крик души, пусть и высказанный вполголоса, только вздохнул, издал странный звук, не то хмыкнув, не то хохотнув и, покачав головой, отошёл чуть в сторону, на прощание ободряюще похлопав меня по плечу.
«Убедился, что ты на его авторитет покушаться не собираешься и „знаешь своё место“, вот и успокоился» — прокомментировал это дед.
Весь разговор вёлся вполголоса, но я не обольщался мыслями о том, что он может остаться между нами. Всё же чуткий слух — один из самых частых Даров, в пятёрку входит точно, и я не сомневаюсь, что не все его обладатели удержались от искушения полюбопытствовать. Более того, думаю, никто не удержался. Но я говорил то, что было сказано, не в расчёте на чьи-то уши, мне и в самом деле не нужны более высокие чины и звания, более того, они меня пугают!
После графа с поздравлениями стали подходить и все остальные, строго по иерархии: сперва бароны, все четверо приехали, начиная с соседей, потом старые знакомые, затем остальные. Причём все — строго в порядке убывания чинов и должностей, при том, что совсем уж ничего не значащих людей здесь не было. Понятное дело, что все дворяне района ни в один дом не влезут, потому и приглашения достались либо старым и близким знакомым, либо людям с положением, причём я и в Червень тамошнему военному коменданту гонцов заслал, а также тому поручику, что в бою с Волной картечницами командовал. Но комендант вежливо отказался, ссылаясь на дела службы, после чего ему был отправлен подарочный набор с серебряными стопками, а поручик использовал полученную награду и досрочно выслуженный чин штабс-капитана для поступления в военную академию, так что обошлось без «гостей с юга». Это их так дед назвал, при этом загадочно хихикая.
Никто процедуру не затягивал — столы манили, особенно тех, что уже успел принять «для настроения». Поэтому пусть в десять минут не уложились, но всего чуть-чуть. Затем было размещение гостей и застолье с тостами. Даже под холодные закуски, среди которых был и салат с изнаночной травой, успели поднять по три рюмки, спасибо деду за идею с чаем в бутылке. Я ещё её творчески доработал, и пил настой иван-чая: это гадость такая, что морщился я совершенно натурально, притворяться не приходилось.
После первого горячего устроили перерыв для физической активности, чтобы утрясти съеденное и развеять хмель. К сожалению, танцы устроить не получалось, в совмещении бального и банкетного зала в одном помещении есть недостатки, потому пришлось выдумывать кое-что иное. Хотя — зачем выдумывать? Вон в паре сотен метров беспроигрышный и постоянно действующий аттракцион, собственная изнанка! У нас тут уже вечер, и холодно, и сыро, а там — середина августа! Лето! Тут тебе и променад, причём не только до портала и обратно, выйти за ворота форта, пусть и оставаясь под куполом, тоже почти все захотят. А там, помимо летнего тепла и высоко стоящего солнышка — экзотические растения и животные, причём последние отчасти ручные!
Единственная сложность — как добраться от усадебного дома до форта, погодка та ещё, хоть мороза и нет, но и три градуса тепла, это тепло весьма условное. И бальные наряды на подобное никак не рассчитаны. Можно гостей автобусами перевезти, но тогда какой моцион? Так что заготовили широченные, чтоб на любой платье накинуть можно было, плащи на случай дождя, зонты для той же цели и — простенькие согревающие артефакты в виде подвески на пояс. Благодаря работе мясного цеха «нулевых» макров от кенгуранчиков у меня было с избытком, амулет на самом деле простейший, мы их на факультативе на лабораторных делали. За одно занятие нужно было и теорию изучить, и амулет сделать, и отчёт написать. Разве что мы делали предельно упрощённые, одноразовые, на растительных макрах. Но и усложнённый, в пересчёте на животный макр с возможностью подзарядки, и даже рассчитанный на управление «нулёвкой», я такой сам минут за пять делаю, вот и налепил за неделю по вечерам, с запасом даже. После приёма останутся гостям в подарок, как памятный сувенир. Для меня не накладно, себестоимость копеечная, а людям приятно. Да и в лавке такой стоит от пятнадцати рублей и до пятидесяти, в зависимости от отделки, фамилии мастера и модности лавки.
Аттракцион ожидаемо понравился. И сам факт выхода в другой план мира, и погода там, и экзотика. Кенгуранчики в вольере вызвали ожидаемое умиление, особенно когда их начали кормить и предложили гостям угостить зверушку. Мало кто отказался — как же, возможность потом рассказывать всем желающим (и не очень желающим, но вынужденным слушать), как буквально с руки кормил изнаночного монстра! Привезённые из Панцирного в качестве живых консервов несколько черепах с панцирями поперечником чуть больше полуметра вначале тоже были восприняты как милые зверьки, кое-кто даже хотел погладить. Но то, как они стремительно словили и сожрали брошенного в вольер местного зубастого гуся с подрезанными крыльями, резко изменило отношение. И выставленный в холле недавно добытый панцирь шириной почти в три метра тоже стали вспоминать иначе. Уже не в стиле «не жалко ли было», а «как умудрились с такой тварью справиться».
  
Осмотрели и расположенные здесь же, у южного выхода, экспериментальные теплицы (да, их уже две), познакомились с распорядительницей хозяйства Оксаной, одетой для такого случая в мундирное платье, дамы обсудили предполагаемые размеры теплиц уже товарных и ожидаемый урожай. Затем посмотрели выезд патруля через северные ворота, послушали о том, куда ведут дороги и сколько народа живёт у меня на изнанке, после чего стали собираться обратно на лицо мира, к следующей перемене блюд.