Рысюхин, тринадцатый тост был лишним! (СИ)

  
Глава 2
 
Сам не заметил, как пришла пора собираться в Могилёв, на свадьбу. Долго думал, что подарить Васе Олеговичу, с которым на последнем курсе сошлись так, что могли бы считаться друзьями, а не просто приятелями и сокурсниками. Наконец — придумал. Причём сразу три подарка — для души, для хозяйства, ну, и чтобы выпендриться, разумеется, причём обоим. Для души сделал два метательных топорика, похожих на его «Вафельку», которой он явно не будет изменять ни с кем, кроме жены. Для хозяйства — положим конверт с наличностью, они-то всяко лучше знают, куда потратить, ну, а третий компонент… Тут пришлось делать звонок в Викентьевку, да.
  
Налёт журналистов вылился в большую, на разворот, статью в нашей районной газете, более того — этот лист был вложен в неё дополнительно, сверх обычного объёма. Там, к моему удовольствию, центральной фигурой был отнюдь не я: хвалили Волченка с «его» идеей, хвалили начальника пожарной охраны, что поддержал и изыскал средства, мэра, который тоже помог и часть тех самых средств выделил, а потом уже и меня, как человека, что «внёс решающий вклад вклад в реализацию проекта». Правда, мне показалось, что гостеприимство моё автор описывал с гораздо большим энтузиазмом, чем всё остальное, но это тоже неплохо — моим трактирам реклама тоже не помешает. Больше вроде как никто ничего не писал, во всяком случае, в тех газетах, что я выписывал.
Кстати, о трактирах. Под присмотром Ульяны проект преобразования трактира в Шипуново во что-то большее, что дед обзывал словом «мотель», активно продвигался. Построенная площадка для отстоя транспорта уже сама по себе увеличила количество посещений в полтора-два раза, и это ещё не построены мастерские с ангаром и конюшня в недостроенном виде. Зато пруд на месте болотины расширен и вычищен, беседка построена и вся зона отдыха отделана полностью, в чём Ульяне активно помогала женская часть семейства барона Шипунова. Женщины, что ещё скажешь? Вместо того, чтобы сначала сделать главное, а потом уже украшением заниматься, у них всё наоборот! Ну, ладно — сам дал самостоятельность, потому не буду вмешиваться, всё же проекта они в его содержательной части придерживаются. Впереди самое главное — реконструкция старого здания, в котором расположены кухня, обеденный зал и номера наверху. На время такой переделки придётся временно переместить всё хозяйство в здание, предназначенное под гараж. А времени на переделку до осенних дождей осталось всего ничего. Зато, блин, розарий разбит и ухожен полностью! Ладно, всё, успокаиваюсь — пусть и шишек набьёт, постояльцев можно перенаправить в «Прикурганье», зато есть шанс, что поймёт, что главное. Ну, и не сказать, чтобы это украшательство было полностью бесполезным — оно работало как своего рода реклама, завлекая проезжающих. Ну, и новинка в виде установленных на краю той самой зоны отдыха — с боем установленных, дамы упирали на то, что там необходимы клумбы с лавочками и живой изгородью — открытых жаровен, которые дед называл «мангал», и на которых можно было жарить над углями хоть мясо, хоть рыбу, хоть что угодно на шпажках и на решётке. Стоило одному кому-то прийти туда с приобретённым в трактире маринованным мясом — и запах завлекал новых желающих «отдохнуть на природе». Правда, в основном из числа уже остановившихся.
Ладно, не буду о грустном, перейду к самому грустному — надо ехать встречать тёщу. Ладно, шучу, ничего особо грустного в этом нет — если только у неё не случится рецидив или она не решит остаться погостить на пару месяцев. А так — Екатерина Сергеевна в наше отсутствие посидит с внуком: оставлять его на одну няньку не хотелось, хоть и было допустимо со всех точек зрения, кроме той, что бросать ребёнка без единой родной души рядом — не стоит.
На вокзал приехал сильно заранее, а точнее говоря — на станцию. Договорился, чтобы о прибытии груза алюминия сообщили сразу же и оставил номер городского телефона, поскольку мобилета у работника станции не было и контакт свой передать ему я не мог. Металл, кстати, придёт не из Нижнего, а из Подмосковья, где, собственно, и располагалось производство. Вообще история с алюминием одновременно банальная и поучительная, которая стала одним из следствий делегирования полномочий, при котором неизбежно теряются «мелкие» и «несущественные» подробности. Сначала я, сам и руками управляющих, выбрал все запасы, имевшиеся в Смолевичах. Там и было-то — складские остатки и неликвиды в кладовках у нескольких фирм, потом стали покупать в Минске. Причём управляющие каждую закупку рассматривали как единичную акцию, не зная о моих планах, и контрактов на поставки не заключали. Ну, и в один прекрасный момент получилось так, что и в Минске склады опустели — не нашими усилиями, что вы, наши закупки там были мелочью. Продавцы предложили или ждать примерно пять-шесть недель до планового пополнения складов или заказать срочную доставку — три недели и двойной ценник.
И тут кому-то (надо найти этого «комута» и премию выписать) пришла в голову простая мысль — найти производителя металла. А тут как раз попались на глаза материалы, посвящённые промышленной ярмарке в Нижнем, там нашли продавца. Позвонили по указанному номеру, поговорили. Причём контора ставила себя как серьёзную организацию: расчёты только через банк и продажи от одной тонны, более мелкими партиями не занимались. Это нас не испугало, заказали тонну. Услышали цену, не поняли, переспросили, а когда после долгого молчания услышали неуверенное:
— Ну, больше пяти процентов сбросить не можем, всё же партия минимальная… — заказали сразу пять.
Начали договариваться о форме и адресе поставки — тут-то и выяснилось, что контора — в Москве, а производство в каком-то уездном городе, я название толком не расслышал и не запомнил. Запомнил только, что там недавно электростанцию построили рядом. Смех в том, что пять тонн от производителя с доставкой обошлись чуть-чуть дешевле, чем две тонны в Минске с самовывозом! Мы все, конечно, удивились… Дед долго объяснял, что у них, дескать, профессиональный риск, от которого они страхуются: мол, можно закупить по опыт прошлых лет сто тонн условного металла «Чугунина Б», а его никто покупать не станет, всем окажется нужна «Чугунина А», и не в чушках, а в прутках, и деньги лягут мёртвым грузом на складе, а банки выплаты по кредитам чугуниной не берут… Но потом тоже признал, что таки да: перекупы «немного охренели в край». Я уже привыкаю к дедовым оксюморонам, наподобие этого «немного в край», и даже сам начинаю иногда их использовать.
Пока вспоминал про перипетии с алюминием, подошёл тёщин поезд. При виде количества вещей, которые привезла с собой Екатерина Сергеевна на неделю, я сразу понял, в кого пошла моя жена и на какое-то время испугался, что в «Жабыча» всё не войдёт и надо было ехать на пикапе. Но — ничего, кое-как утрамбовал, заняв всё свободное место, спасибо, на крышу ничего привязывать не пришлось, хоть дед и предлагал варианты реализации этой идеи. Ехала она, кстати, не через Минск, как ездим всегда мы, по привычке, а через Оршу. Чистое время в пути получалось больше, зато пересадка быстрее, чуть больше часа между поездами, и прибытие поезда что на пересадочную станцию, что в Смолевичи во вменяемое время, а не в четыре и не в пять утра (расписание зачем-то менялось два раза в год). И никаких дачных поездов, нормальное купе. Надо будет тоже при случае этот вариант опробовать, общее время в пути почти такое же, а что чуть дороже обходится — здоровье, оно тоже не бесплатное.
  
Но пробовать будем не сейчас — мы туда и обратно поедем на фургоне, из которого нужно будет временно убрать, а потом поставить обратно все атрибуты передвижной детской. Проще было ехать на «жабенвагене», но его дамы сочли «недостаточно представительным», да и комфорта для пассажиров в старом автомобиле куда как больше. Забавно — я на самом деле уже воспринимаю свой автофургон как «старый автомобиль»! Видимо из-за того, сколько всякого разного автотранспорта соорудил после него. Кстати, идею сделать дельталёт с кабиной на пилота и двух пассажиров зарубили на корню, и не только Ульяна, но и Маша, которой летать очень нравилось. Аргумент был простой: у Ромки хоть кто-то из родителей при любом раскладе остаться должен. Хотя Маша при падении дельталёта выжить может запросто, а при некоторой удаче — и аппарат спасти, но не стал я на это упирать. Как и торопиться с приобретением уже изобретённого в Империи парашюта.