"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Дили-дили-бом…
Дверь не поддавалась на толчки. Двери было плевать на потуги жалкого человечка. Постукивание по стенам тоже не принесло радостных вестей – так просто не проломиться. Зато смолкла надоевшая музыка и снова раздался металлический голос:
— Освободились... Мелочь, а приятно. Не так ли, Экзекутор?
— Что вам от меня нужно?
— Всего лишь поиграть. Как вы успели понять – я в восторге от игр в жанре «хоррор». Да-да, как наш незабвенный Потрошитель. Он уже стал легендой среди хоррорщиков – его последний квест это что-то с чем-то... Но я вам предлагаю отправиться в другой, не менее интересный квест. Одна игра и вы свободны, мистер Смит. Ещё одна игра и будет свободна ваша спутница…
— Моя спутница? — Кирилл попытался вспомнить – о какой спутнице говорит голос.
Где-то в глубине памяти мелькнул образ черноволосой девушки с короткой стрижкой.
Магнитофон «Весна 207» зашипел разъяренной кошкой. Неведомый ди-джей поставил запись.
— Великий маг Торалин, помоги мне! Меня заточили в подземелье Заронгарота и тут нет света. Спаси меня-а-а!! — последние слова потонули в визге, как будто девушка увидела нечто страшное.
Точно! Это она, та самая странная девушка, которую он должен был освободить от Вселенной. Это она, последняя из эльфиек-ролевушек. Кулак невольно сжался.
Снова шипение кошки и металлический голос вернулся. Если Кирилл правильно понял интонации, то сейчас неизвестный собеседник был доволен произведенным эффектом.
— Экзекутор, я вижу, что вы вспомнили о ней. Хорошо. Это будет вашим вторым призом. И в конце я предложу вам суперигру, от которой вы вряд ли сумеете отказаться.
— Что за суперигру? Слышь, мразота, отпустишь сейчас и я тебя помилую, — в этой ситуации остается только строить грозное лицо.
Ага, дверь открылась, и он выскочил на солнечную лужайку полную бабочек...
Нет. Конечно же нет. Ничего подобного не произошло. Лишь из динамиков старенького магнитофона донесся металлический кашель, как будто неизвестный собеседник подавился. Только спустя два бесконечно долгих стука сердца Кирилл понял, что ди-джей так смеется.
— Не торопите события, мистер Смит. Я уверен, что вам понравится. Игра начинается и тут должен звучать гонг, но я поставлю другой звук.
Снова раздался далекий детский смех. Очень знакомым показался этот колокольчиковый перелив, и Кирилл вздрогнул. Он любил его слушать раньше.
Макс!
Гадство, это же смех Макса! Смех сына!
— Уроды, я не знаю, сколько вас там, но если с его головы упадет хоть один волос…
— Прекрасно, Экзекутор. Теперь я уверен, что у вас хватит упорства дойти до суперигры. Тем более, что краешек приза я уже вам показал. Слушайте первое задание. Чтобы выбраться из комнаты, вам нужно разгадать четыре загадки. На всё про всё дается три попытки. С каждой потерянной попыткой вас ждет сюрприз и по мере использования попыток сюрприз будет увеличиваться. Вы готовы?
— Я тебя достану, утырок, — Кирилл ударил кулаком по двери. Из магнитофона снова раздался кашель.
— Слушайте первую загадку, Экзекутор: «Шея длинная такая, хвост крючком. И не секрет: любит всех она лентяев, а её лентяи — нет!» и на её разгадку даю вам прослушать мою любимую песенку всего три раза. Играем.
Дили-дили-бом…
Песня заиграла, а в голове у Кирилла растревоженным ульем начали звучать различные догадки. Жираф? А у него хвост крючком? И любит он лентяев? А как жираф ему может помочь здесь, в этой грязной и убогой комнате? И почему он? В загадке же она… Самка жирафа?
Нет, это вообще не жираф, тут нужно отстраниться и поискать другой вариант. Кто там ещё с длинной шеей? Про хвост крючком всплывает ассоциация со свиньей, но у неё шея короткая. Так что же это за загадочное существо?
Дили-дили-бом
Кричит ночная птица…
Точно, птица. Перебирались по памяти названия: гусь, журавль, лебедь, фламинго… Почему они должны любить лентяев? Потому что тем лень отламывать куски от батона, и они кидают весь батон? Нет, лентяи же их не любят… Так с какой радости начнут кормить этих птиц батонами? Нет, с птицами тоже не получается. Даже страус не помог.
Дили-дили-бом…
Надо зайти с другого конца. С лентяев. Что любят лентяи? Понятно что – лениться. А что не любят? Трудиться. Пока что всё логично. Может, это кнут? Длинношеее существо с хвостом. Лентяев же погоняли надсмотрщики при постройке пирамид? Погоняли. А если свернуть кнут, то как раз и получится хвост крючком. Но вот «она»… Плеть? И как она здесь поможет?
— Дили-дили-бом, — в третий раз заиграла песня.
Времени остается всё меньше. Уже два раза песня сыграла… Два раза сыграла? Шея длинная, хвост крючком? И ставят её лентяям…
— Это цифра два! — крикнул Кирилл в сторону магнитофона.
— Дили-дили-бом — ответил ему магнитофон и допел песню до конца.
— Это цифра два, — уже менее уверенно сказал Кирилл.
Сердце бухало в груди. Магнитофон молчал. И ничего не происходило долгую минуту. Минуту, которая казалась вечностью.
Одна из стен издала сухой щелчок и от стены отвалился кусок штукатурки. Упал ровный прямоугольник, который оказался одной из стенок вмурованного чемодана. И из этого чемодана на пол высыпалась тысяча мелких янтарных бисеринок.
Муравьи... огромное количество...
Спустя мгновение янтарные бисеринки начали движение к застывшему Кириллу. Он не очень силен в ботанике, но понял, что эти муравьи вряд ли безобидны. А их стремительное движение к нему нельзя было назвать обычным дружелюбием.
Давить! Давить! Давить!
Его пляска по многочисленным телам насекомых напоминала ирландские танцы. Но одно дело сидеть у телевизора с пивом в руках и пялиться на лихо выкаблучивающих блондиночек с длинными ногами, и совсем другое дело – бороться за жизнь в замкнутом пространстве.
— Я же правильно ответил! — крикнул Кирилл, когда количество шевелящихся бисеринок заметно уменьшилось.
— Экзекутор, первая ваша попытка провалена. Я включаю ещё раз музыку…
Дили-дили-бом…
Цифра два. К чему её можно здесь применить? А что здесь есть? Магнитофон, кресло, лампочка и крючья?
Хвост крючком!
Вот и подсказка!
Вот только какой из крючьев второй?
Второй к двери?
Второй к стулу или к магнитофону?
Цепи свисали с потолка и только сейчас Кирилл заметил, что они не прикреплены к осыпающемуся бетону, а уходили в него. Так якорная цепь исчезает в отверстии на борту корабля.
Девять цепей, девять крючьев. Если провести через отверстия прямые линии, то получится квадрат с пересекающимися диагоналями.
Какой крюк дергать?
Справа от двери? Слева от магнитофона?
Экзекутор дернул второй от магнитофона. Если идти по часовой стрелке, то получается вот этот.
Дзинг!
— Вторая попытка провалена, Экзекутор! — радостно заявил металлический голос.
Снова упал пласт штукатурки и открылся чемодан в три раза больше предыдущего. Содержимое то же самое, но теперь и количество бисеринок больше в разы. Муравьи явно были недовольны заточением и думали плохо именно об серафиме.
Тут уже не ирландские танцы пригодятся, а дикая Камаринская плясовая, с охлестыванием щиколоток и сбрасыванием налетевших насекомых. Цепи покачивались и звякали, когда Кирилл пробегал мимо и нечаянно касался ржавых звеньев.
Как он не старался, но некоторым муравьям всё же удалось забраться на кроссовки. Огненное жжение охватило места укусов, как будто он прогуливался по углям. Кирилл топтал своих врагов. Враги хотели затоптать Кирилла. Всё закономерно. Если не он, то они...
Пол вскоре покрылся раздавленными трупиками. Сейчас пол напоминал своеобразное поле битвы, где нашли свой конец храбрые трудяги. Сколько времени прошло? Пять, десять минут? Или полчаса? Кирилл продолжал танцевать на янтарной массе. Ноги зудели так, что хотелось скинуть кроссовки и опустить ступни в холодную воду. А лучше встать в снег и услышать шипение тающих кристаллов.