"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

А такие блогеры, как Миколай Коболев, вообще расплескивают негатив щедрой рукой. Вставляя в свои блоги смешные заставки, они манипулируют общественным сознанием. Ведь если негатив сдобрен шуткой, то он легче воспринимается. А если там ещё и часть правды, то вообще заходит на ура.
– За ночь произошло многое, – заметил Дрон. – Если учесть, что мы всё больше набираем популярность, то скоро даже маска не будет спасать. Кирюха, надо над тобой чуть поработать. Да, твоя медицинская маска будет вызывать интерес. Уже прошла пара роликов с нашим участием.
  
– Но как?
– Да всё просто. Москва сейчас напичкана камерами, как дворняжка блохами. Нас засекли и выложили в сеть.
– Это понятно, как ты меня изменять-то будешь? Как собрался поработать? Пол менять не буду, даже не надейся.
– Да? Может, ещё подумаешь?
Дрон уставился на меня блестящими глазками. На его губах играла похотливая улыбка.
– Даже не вздумай, старый блудник!
– Я не старый, мы почти погодки. Только я гораздо умнее.
– На вид Дрон старый, – заметил Скиф.
– Идите вы оба… – обиженно заявил Дрон. – Я с вами больше не разговариваю.
Он замолчал на несколько секунд, а потом хитро взглянул на нас и заявил:
– И знаете почему?
Мы со Скифом расхохотались в голос. Утро было задано бодрым. Красные сектора продолжили своё неторопливое мерцание. Точки охотников застыли на местах. Возле нас пока не было ни одного охотника.
Моё изменение происходило следующим образом. За щеки были засунуты ватные тампоны, что сделало скулы менее выразительным. При помощи купленных Скифом лезвий мои волосы смылись в ванную. Обритую кожу холодил пробегающий ветерок. Капли клея «Момент» подтянули веки и сделали глаза более выразительными. Невидимые полоски скотча притянули уши к голове.
После этого он открыл женскую косметичку, которую тоже притащил Скиф из магазина. Макнув кисточку в одно из отделений с краской, он прищурился, как заправский художник перед нанесением первого мазка на чистый холст. После этого пришлось зажмуриться, так как руки «художника» замелькали с быстротой змеи.
На всё про всё ушло около получаса. После прохождения экзекуции Дрон довольно прицокнул языком и пододвинул мне зеркало. Из отражения на меня взглянул суровый скинхед. Нарисованный шрам на щеке был как настоящий. Наружность бандитская, но это был вовсе не я. Это был грабитель с большой дороги. Увидь такого на улице в темной подворотне – приготовился бы к нападению, а то и вовсе предпочел пойти другой дорогой.
– Ну как?
Мастер явно жаждал похвалы. Ну что же, пришла пора чуточку отомстить за его прошлые заслуги.
– Я себя узнал с первого взгляда. Как-то плохо получилось. Ты как будто выделил мои черты и выставил их на всеобщее обозрение. Смотрите, вот идет Палач! Лучше этого только нарисовать мишень на лбу.
Постарался сделать голос как можно более язвительным. Дрон вздохнул и начал высказывать мне всё, что он обо мне думает. Если исключить мат и обзывательства, то можно было уложиться и в минуту. А так мне пришлось выслушивать полчаса пространные рассуждения о парне, который рожден для того, чтобы испортить нервную систему одного невероятно мудрого и доброго человека.
Я за это время успел принять душ, почистить зубы и даже слопать нехитрый завтрак, принесенный в номер. Скиф же только посмеивался, глядя на нас. Он старался не попадаться на глаза Дрону, чтобы не попасть под горячую руку.
Когда же наш добрый андроид выговорился, то сказал:
– Вижу, что не смогу достучаться до ваших закостенелых сердец, поэтому скажу одно – собирайтесь и поедем на ту улицу, которая как для вас создана.
– Для золотарей? – невинно поинтересовался я.
– Именно. Это самая подходящая для вас работа. Если не умеете ценить прекрасное, то вам дорога только в выгребальщики дерьма. Чего вы ржете, кони неадекватные?
– Слушаем и повинуемся, – в один голос протянули мы со Скифом.
Дрон посмотрел на нас, но ни в одном человеке не увидел покаяния и желания целовать его ноги. Он горестно вздохнул и отправился одеваться.
Как бы я не говорил о его работе, но девушка на стойке ресепшена удивленно вскинула брови, когда я отдавал ключи от комнаты. Она посмотрела на меня удивленно, взглянула на Скифа с Дроном. Покраснела, но промолчала.
– Вот видишь, она не узнала тебя. А могла бы и спросить – почему заходил и брал ключ один человек, а уходит и отдает другой? – сказал Дрон, когда мы вышли на улицу.
– У тебя на всякий случай приготовлен свой отмаз? – спросил я.
– Она не вызвала полицию для Палача, а это уже много значит, – отрезал Дрон.
Я не стал спорить. Ещё полчаса нытья по поводу несовершенства этого мира мне не выдержать.
Ровно столько занял наш путь до Золотой улицы. Да уж, золотом тут и не пахло. По краям чуть высовывались из-за череды гаражей и заборов кирпичные строения фабрик. Впрочем, золотарями тут тоже не пахло. Шиномонтаж оказался небольшой богадельней в длинном ряду гаражей. О его существовании говорили плакаты с информацией о заправке кондиционеров, пара-тройка старых шин с пятилитровой бутылью омывайки.
Таксист получил мзду и уехал. Мы же зашли в полутемное помещение, пахнущее маслом и резиной. Внутри стойки с необходимыми для шиномонтажа деталями. У стены возвышались два автомата для работы. Навстречу встал с табурета мужчина в замасленной спецовке. Короткие волосы взъерошены, как после удара током. На вид лет сорок. Под ногтями залежи чернозема.
– Здравствуйте, уважаемый повелитель быстрых кругов! – приветствовал его Дрон.
– Чего? – буркнул мужчина. – Вам резину перекинуть?
– Нам нужен привет от одного душевного человека, – подмигнул Дрон.
– Чего-о-о? Заплатку поставить или кондей заправить? Не говорите загадками, уважаемый.
– Нет, нам нужна весточка от Михаила Анатольевича, – вмешался я, пока Дрон в очередной раз не построил цветастую фразу.
Упрощение облегчает понимание. Это я заметил при появлении на лице мужчины легкой улыбки.
– Так это вы… А я уже вас и не ждал. Думал, что не придете. Сейчас…
Мужчина кивнул и порылся в закромах испачканного стола. Оттуда он извлек коробочку. Темный пластиковый прямоугольник с красной кнопкой под стеклянной крышечкой. Мужчина щелчком откинул крышку и нажал на кнопку. Ничего не произошло. Мужчина недоуменно взглянул на нас, на коробочку, потом снова нажал на кнопку. Снова ничего не произошло.
Вид у мужчины был такой, словно он заложил бомбу под поездом, а она не взорвалась. Я же невольно почувствовал укол в затылке. Ровно в том месте, где был вшит новый чип. Как будто пчела укусила.
– Может быть сломалась? – спросил Дрон. – Что должно произойти?
– Не знаю. Просто сказали, что когда вы придете, то надо нажать на эту кнопку и потом отдать записку.
Дрон взглянул на поисковик. Присвистнул. Я невольно взглянул на него.
– Красные ячейки исчезли. А вместе с ними ещё десять человек…
Я тоже бросил взгляд на поисковик. И в самом деле уже ставшие привычными красные ячейки сетки уже не мерцали. Красным были заполнены другие отделы. Мы в них не попадали. Пока… Однако вот число охотников сократилось до двадцати семи. И снова проценты показывали полную заполненность. Сто из ста.
– О чем это вы? – спросил мужчина.
– О том, что известно только нам. В общем, мил человек, давай-ка нам записку. Не нужно тебе знать, что только что убил десятерых, – сказал Дрон.
– Чего-о-о? – протянул мужчина недоверчиво.
– А того! Какого хрена нажимаешь непонятно что? Кто тебе велел? В глаза смотри! – прикрикнул Дрон.
Мужчина растерялся, отступил на шаг от напора разъяренного старичка.
  
– Я… я не знал. Мне сказали… мне сказали, что это просто устройство для розыгрыша двоих. Что придет старик с мужчиной и спросят про записку от Михаила Анатольевича. А я должен буду нажать на кнопку и тогда вас обрызгает синей краской. Вроде как шутка такая.
– Шутка? А если тебе скажут, что это для того, чтобы ромашки лучше цвели, а на самом деле отправишь ракету в сторону Америки? Тоже шутка? – нахмурился Дрон.