"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Василий Петрович, ну тут же дамы, — укоризненно прошелестела Фиола, прежде чем уйти в стелс.
Мускулистый варвар издал ржание дикого коня и помчался к боссу данжа, поднимая над головой секиру. Как и договаривались, он заходил с северной точки. Конорой скорее чувствовал, чем слышал, как рядом двигалась невидимая Фиола. Вот сейчас он саданет секирой по каменной башке и пусть ему помогут вселенские сисадмины с созданием критического урона…
Маг позади начал кастовать самое мощное заклинание, которое должно будет не только обездвижить на время босса, не только снять с него большую часть здоровья, но и ослепить. Со слепыми было проще справиться – гораздо чаще промахивались.
Тургрита приготовилась плескать здоровье на танка – он всегда огребал первым и без подпитки мог запросто вылететь из рейда. Конорой редко когда блокировал удары, предпочитая схлестнуться грудь в грудь.
До босса оставалось не более десяти шагов, когда Хирюн резко вскинул заросшую мхом лапищу. Танк остановился, словно налетел на незримую преграду. Чуть поодаль послышалось чертыханье невидимой Фиолы. Даже Парарельс почему-то замер, перестав плести сложную паутину заклинания.
Тролль неторопливо поднялся со своего трона. Послышался хруст и пощелкивание, как при начинающемся камнепаде. Хирюн Двоеборец выпрямился и обвел глазами клан. Через десять бесконечных секунд, на протяжении которых никто не смог двинуться с места, тролль заговорил глухим голосом, доносящимся как будто из подвала:
— Вы все причастны к смерти учеников. Ваша вина доказана и вынесен приговор. Дети Ночи придут за вами. Первым будешь ты… За Матвея Мостового!
Каменный палец показал на Конороя. В неровном свете свечей было заметно, как варвар вздрогнул. Холодок пробежал по мускулистой спине, уголок губы чуть дернулся. Если бы аватар игрока мог побледнеть, то Конорой стал бы белее костяного трона.
— Да пошел бы ты в задницу, гребанный урод, — прошипел варвар едва слышно.
— Что? Что он говорит? — прошептала Тургрита.
— Какую-то чушь несет. Скорее всего, это кто-то из админов стебется. Вложил слова в рот бота и теперь уссывается, — маг погрозил потолку сухоньким кулаком. — Ага, раскрыл наше место работы и хочет потроллить. О, тролль троллит, прямо каламбур. Уроды, нельзя так издеваться!
Клан пытался сдвинуться с места, но не мог. Все четверо смотрели на тролля. А тот неожиданно оскалился гнилыми зубами и гортанно расхохотался.
Когда раздался смех, то оцепенение спало и Конорой едва не полетел носом вперед. Он выставил перед собой секиру, пробежал на автомате оставшиеся шаги и с размаха ударил по каменному пузу тролля. Раздался лязг металла. Из-под секиры вылетели искры, но тем не менее – индикатор здоровья Хирюна уменьшился.
В воздух взвилась красная цифра:
– 362
— Валите его, чего смотрите? — проревел Конорой и снова взмахнул секирой. — Нна, сука!
– 523
И следом заструились другие красные цифры:
– 125
– 154
– 162
– 112
За спиной Хирюна из стелса вынырнула Фиола и начала вращать мечами со скоростью вертолетных лопастей. Здоровье тролля убывало с катастрофической быстротой, а уж когда маг шарахнул своим заклинанием, то и вовсе от индикатора осталась одна треть.
Хилерша так и не смогла воспользоваться своим умением, так как босс данжа и не думал нападать на бойцов. Он просто стоял и смотрел на Конороя. Здоровье таяло весенним снегом под лучами жаркого солнца, а Хирюн не сделал не то что попытки напасть – он даже не блокировал удары.
Конорой расстарался на славу и, меньше чем через минуту, все было кончено. Испещренный рубцами тролль с грохотом повалился на каменный пол. Его остекленевшие глаза всё также смотрели на варвара вплоть до момента, когда последняя единичка жизни вырвалась из индикатора.
В ту же секунду перед глазами участников клана появилось системное сообщение:
Клан «Двоечники» очистил подземелье Заронгарота
Награда за Первое Убийство: опыт + 20000
Награда за очистку подземелий от Монстров Тьмы:
+ 3000 золотых монет
+ 10 малых зелий здоровья
+ 10 малых зелий маны
+ 5 средних зелий здоровья
+ 5 средних зелий маны
+ 1 большое зелье здоровья
+ 1 большое зелье маны
Лук Стромпа + 41 к меткости
Меч Ледяного Ужаса + 102 к удару
Шар Трепета + 23 к силе заклинания «Воспламенение»
Модифицированный Зверобой + 10 к лечению Отравления
Дальше шли очки навыка и умений. У всех получилось примерно одинаковое число, даже у хилерши, которая не принимала участие в атаке на босса.
— Ну что же, неплохой исход, — прокомментировал лидер клана. — Нашего опыта хватит, чтобы перейти в серебряную лигу!!!
— Ура! — вскинул ручищи Конорой, а Фиола с Тургритой даже зааплодировали.
Клан долго ждал этого момента, старательно набирая опыт и порой отказываясь от дуэлей на арене, если те могли повлиять на статистику. В основном же «Двоечники» прокачивались на истреблении животных и изредка нападали на небольшие лагеря гоблинов, если основательно запасались зельями маны и здоровья. Сейчас же их групповой коэффициент мог перешагнуть ту заветную границу, за которой открывались новые возможности.
— Да, как раз сегодня вечером я и начну соединяться с админами на предмет перехода. Думаю, что не возникнет никаких проволочек. Мы это заслужили. Коллеги, спасибо за игру, но осталось ещё немного. Давайте сейчас не будем расходиться, а поищем тайники? Обидно будет потом читать во флудилках, что мы не нашли легендарное оружие, а довольствовались обычным лутом. Это новый данж, тут по-любому должны быть спрятаны сокровища, — проговорил маг, когда овации чуть поутихли.
— Разумно, — согласился Конорой. — Чур, я обстукиваю вон ту стенку.
Варвар показал на стену за троном.
— Василий Петрович, — окликнула его Тургрита, — а о чем говорил этот тролль? Что за Матвей Мостовой?
Лицо варвара перекосилось, как будто он откусил половинку зрелого лимона. Конорой открыл было рот, но оглянулся. Позади него никого не было, но тем не менее он застыл, как будто прислушиваясь. Потом повернулся к клану и сказал:
— Ребят, давайте тут без меня, а? Мне кто-то звонит в дверь, надо бы открыть. Долю потом пришлете, если что найдете?
— Хорошо, Василий Петрович, — кивнул Парарельс. — Мы тут быстро всё обойдем и тоже на выход. Завтра увидимся на работе.
— До завтра, Василий Петрович, — тихо произнесла Фиола.
— После второго урока у седьмого «Б» прививки, — напомнила Тургрита. — Так что никого по освобождению не отпускайте. Пусть сидят, ждут.
— Всем пока, — кивнул варвар, поднес руки к голове и растворился в воздухе.
Василий Петрович оказался в своей небольшой двушке на Псковской улице дом пять. Прошло секунд десять прежде, чем глаза привыкли к простой обстановке обычного учителя питерской школы. Диван, тумбочка, телевизор, шкаф… Это уже не просторная пещера Вселенной, это была уже реальность. И в этой реальности надрывался дверной звонок.
— Да иду я, иду! — досадливо выкрикнул Василий Петрович в сторону двери.
Он отстегнул карабины на поясе вирткостюма, снял виртуальные очки и, надев тапочки, пошел в сторону выхода.
Всё-таки после ярких красок Вселенной трудно привыкать к серой действительности. Так думал Василий Петрович, пока шаркал по вытертому линолеуму. Петербуржское утро сегодня не баловало яркими красками. За окном висела предрассветная хмарь. Он заглянул в глазок и чертыхнулся.
Надо же, кого принесла нелегкая в воскресный день!
После пары оборотов замка Лазарев распахнул дверь.
— Ты? Ну и чего тебе надо? — это была последняя фраза, которую произнес в своей жизни Василий Петрович Лазарев, мужчина сорока пяти лет, работавший физруком в школе номер двести тридцать четыре города Санкт-Петербурга.