Мы (не) твои. Тест на родство (СИ)

Кристина 
Нервный рык. Дьявол явно снова вышел из себя.
А я плачу не из-за него, а потому что докатилась до такой ситуации, что ребенка негде и не с кем оставить. Никому моя малышка не нужна. Ни отцу. Ни бабке с дедкой.
Нервно осматриваюсь по сторонам, думаю. Может, предложить Егору приготовить что-нибудь. Если он перекусит, то станет добрее.
– Малышкина, ты же совсем не такая какой придуриваешься! – рявкает хозяин.
  
Недовольный жесткий голос мужчины накрывает с головой.
– Если я соглашусь на твое сумасшедшее предложение, тогда ты поможешь мне в одном деле?
– А ты у нас находчивая. Деловая?
– Дай обещание.
– Даю, – отвечает снисходительно.
– И еще одно. Не хочу, чтобы ты нас муштровал, делал из нас своих кукол, марионеток.
– Постараюсь, – едва сдерживается, чтобы не показать эмоции, которые обуревают его в данный момент.
– И ещё… если перейдешь границы дозволенного, мы с дочкой уйдём. Мне не понравилось, как ты глядел на мою грудь.
– Будешь условия ставить?.. – неожиданно Егор срывается с места. Кажется, его сильно зацепили за живое мои последние слова.
В следующее мгновение сильные мужские руки подхватывают меня, несут как вещь к дивану.
– Отпусти. Прошу!
Егор тяжело дышит. Прерывисто.
Становится нереально страшно. Сердце ускоряет ритм, и вместо лица старшего Воронова вспоминаю лицо младшего. Ромки.
Из уголка глаза вытекает слезинка. Одна. Еще одна…
– А что это вы тут делаете? – слышу нежный, заспанный голосок любимого чада.
Вскидываюсь на хозяина дома, по-прежнему нависающего надо мной грозной тушей. Толкаю в грудь, чтобы встал с меня.
– Играем, – отвечает виновато хозяин, поднимаясь на ноги.
Аришка шлепает босиком по полу к мужчине. Подходит. Запрокидывает наверх головку, глядит на него с укором:
– Только папа может так играть с мамой. Другим дядям нельзя!
– Ты моё золотце. Умница, – шепчу, поднимаясь с неуютного жесткого дивана. Отряхиваюсь, расправляю плечи, гордо иду к дочери.
– Пить хочешь? Или пи-пи?
– Папу хочу. Па-па… – шепчет Ариша, надувая губки.
На меня смотрит несчастная мордашка, а я не знаю, как исправить неисправимую ситуацию.
Так у нас в семье повелось, когда дочери снится кошмар, она зовет рыцаря – папу.
Только у нас больше нет защитника. Он нас предал.
– Я сам, – Егор поднимает племянницу на руки, несет наверх.
А я бреду за ними, гляжу на них с нескрываемым чувством вины. Может, зря не сказала, что они – родня?.. Дядя и племянница.
Видно же, что оба остро нуждаются друг в друге. Ариша – в заботе сильного мужчины. А Дьявол – в любви маленькой, нежной девчушки.
Корю себя. Но понимаю, что поступила верно, продумав любые возможные осложнения от обнародования правды. Нельзя давать Воронову власть над собой. Он слишком деспотичный. А доказанное родство сделает нас его заложниками.
Он же сам сказал, что желает использовать нас для имиджа.
Себя мне не жалко. А вот за дочь сердце болит. Когда Дьявол наиграется, бросит ее, будет горько страдать. Ведь к тому моменту она успеет привязаться к нему.
Впрочем, мою дочь ждет большое разочарование уже завтра. Папа не придет. Не позвонит. Не напишет. Не обнимет. Не поцелует. Не прочитает на ночь сказку. Не защитит от ночного тролля.
Мой бедный ребенок.
Выдержит ли маленькое сердечко этот удар.
Ариша любит нас всех безоговорочно. Ей невдомек, что они с папой не одной крови, а значит, для него она чужая. Не своя. Не нужная.
Тем более сейчас, когда Марина ждет от Влада малыша.
На глаза наворачиваются слезы.
  
Глава 8
 
Егор
– Ты не против, если я лягу с дочерью на одну кровать. Она уснула. Но, если проснется, и обнаружит, что снова одна, а папы нет рядом, то будет бояться спать неделю, – говорит шепотом Кристина, показывая глазами мне на дверь.
Понял, не дурак. Меня просят удалиться за дверь. И это происходит в моем собственном доме. Мать его!
Конечно, я против подобного расклада.
Потому что, почувствовав под собой шикарное, манящее тело соседки, хочу её. Теперь уже по-настоящему.
Это в первый раз я разыграл театральное шоу, чтобы поставить блондинку на место. Ишь ты, пришла в чужой дом, и командует.
На правах кого?..
Тяжело вздыхаю.
Там на кухне между нами произошел какой-то внутренний диалог, и на мгновение показалось, что Кристина – та самая женщина, которая мне нужна.
Подходит внешне.
Да и остальные характеристики ничего так себе. Не Аudi последней модели, но в целом вполне достойная «марка».
Насчет секса я точно уверен – подойдет. По росту, габаритам.
Замужняя?
Так это ненадолго. Скоро разведется, возьмет девичью фамилию. И упорхнет из дома мужа, которому нафиг не сдалась вместе со своим забавным ребенком.
Дочка конечно не айс. Во-первых, девочка. Во-вторых, слишком разумная и шебутная. В-третьих, вырастет умной и красивой. Сложно будет выдать такую замуж. Красивая баба без мозгов – подарок для мужчины, а раскрасавица мозговитая – беда.
Вот если бы пацан родился…
Неожиданно перепрыгиваю в мыслях на момент рождения ребенка. Раньше я любил делать детей. До того момента, как моя жизнь рассыпалась, утекла как зыбучие пески сквозь пальцы.
Сегодня впервые мое тело вспомнило, как же это классно – быть в моменте.
Вспоминаю, как ощущал себя, когда касался Кристины, нависая над ее стройной, но офигенно аппетитной фигуркой.
Осознаю, о чем именно думал и мечтал в тот яркий момент – оказаться на месте биологического отца Ариши.
Почему нет?
Я бы так не сглупил, не сплоховал. У меня бы обязательно получился пацан, а не эта зеленоглазая прохиндейка, которая верит в сказки и прячется по кустам, как мышь.
Странная дикая мысль пронзает всё моё существо…
Сын.
Наверное, у Кристины получился бы неплохой мальчик, если бы ей достался достойный мужик.
Перед глазами стоит наивное милое лицо Кристины. Подушечки пальцев до сих пор колет при одном воспоминании о бархатной коже молодой женщины. Наверное, она вся такая…
Мысленно склоняюсь к светлым, мягким волосам соседки, вдыхаю жадно умопомрачительный воздух. Пьянею.
– Мы спать хотим! – ядовито шипит Кристина, напоминая мне, что я здесь лишний.
Выключаю в детской комнате свет. Но не ухожу. Так и остаюсь стоять в дверях, лаская пальцами силуэт Малышкиной.
У Крис слишком шикарное тело, чтобы я смог взять, и отказаться от него.
Чересчур подходящий характер и гены, чтобы забыть о промелькнувшем в голове плане…
«Пусти» – нежный голосок, застрявший у меня в голове, не дает покоя сердцу, которое как сумасшедшее бьется в груди. Трогает каждый нерв. Окутывает тонкой незримой сетью металлический стержень Егора Воронова, размягчает его.
Но я сопротивляюсь как могу, потому что жестокие игры – часть моего мира, и я должен соответствовать своему прозвищу.
Дьявол.
Заставляю себя выйти из детской и закрыть за собой дверь. Иду к себе, принимаю душ. Ложусь спать. Спустя мгновение понимаю, что не засну. Слишком много мыслей бродят в голове, но самая главная, как использовать Кристину в своих целях. А их у меня очень много, и я понимаю, что соседка прям вписывает в мой план по использованию людей.
До утра лежу в постели, строю стратегические планы. Ровно в пять поднимаюсь, так и не сомкнув глаз, зато придумав поэтапный план.
Приняв душ, одеваю домашние брюки, футболку, спускаюсь на кухню, где уже орудует Валера.
  
– Что лопают дети по утрам?
– Смотря какие,  – Валерий продолжает варить для меня овсяную кашу.
(Домработница у нас приходящая, раньше двенадцати не появляется, поэтому завтраки и поздние ужины лежат обязанностью на моем телохранителе-охраннике Валере).