Love Like Death (СИ)

У меня не было слов, чтобы сказать ему хоть что-то в ответ. Взгляд падает на стеклянную, тонированную дверь и я вижу свое отражение. Измученное лицо, с залегшими от усталости синяками под глазами, раскрасневшаяся кожа от дурацкого кофе, волосы, что торчат в разные стороны, и это абсолютно нелепое, грязное пятно на моей новой кофте. Неужели именно в таком виде я должна встречать кумира всей моей жизни? И есть ли в этом какой-либо смысл, если каждый раз мистер Харрис будет высказывать свои колкости на счет того, что я такая-сякая, ничего у меня не выйдет, да взял-то он меня лишь из жалости. А еще это посещение доктора, которое никак не помогла в моей ситуации…. 
И тут меня накрыло. Буквально. Из глаз хлынули слезы, что коснулись сначала щек, а потом градом полились по подбородку. Время в этот миг словно замедлилось. Как будто бы, меня поглотила печаль, а все остальное перестало существовать. Только я и эта жалость к своей никчемной натуре. Это было так странно, ведь раньше в голову не могла бы прийти мысль о том, чтобы вот так проявлять свои чувства, прямо перед чужим человеком. Нет, конечно, можно порыдать в подушку в своей комнате, но чтобы вот так, прилюдно плакать, как будто бы у меня и без этого проблем нет. 
А слезы все никак не могут остановиться. Они текут в три ручья, и тушь тоже осыпается с ресниц, но разве это может остановить девушку, доведенную до отчаяния? О, нет, только не в моем случае. Дело в том, как мистер Харрис это сказал. Будто бы я сама не знала, без его гадких слов, что ничего не стою. Именно это осознание вызвало буйство чувств. Словно, все эти стрессы, что накопились за прошедшее время, вырвались наружу, а катализатором стал как раз-таки этот строгий тон моего начальника. 
Я не могу заставить себя поднять взгляд на него, так как где-то внутри, чувствую, что как только увижу это каменное лицо, то буду рыдать еще сильнее. Тот человек, что не способен сказать и пары ласковых слов, никогда не проникнется сочувствием к какой-то там дуре-ассистентке, что решила устроить глобальный потоп. 
«Возможно, что это и к лучшему. Сейчас прорыдаюсь, он меня уволит и дело с концом, буду жить пока не помру в своей квартире…» - идиотская мысль проносится в моей голове. 
Но вдруг странное прикосновение шелкового платка к щеке, заставляет вздрогнуть и поднять свои заплаканные глаза. Я как рыба открыла рот, не в силах сказать хоть чего-то вразумительного, ведь передо мной стоял мистер Харрис и вытирал мои слезы. Это казалось каким-то безумием и сюрреализмом. Не в одной из существующих реальностей, такое событие просто не могло произойти. 
- Мне очень жаль, - послышался его голос со стороны. – Я не должен был так давать на вас. Но я был зол из-за того, что вы не позвонили. Мне бы хотелось, чтобы у нас сложились доверительные отношения. Это важно в нашей работе, - он вложил носовой платок мне в руку и отошел на расстояние, ведь ситуация и без того была неловкой до невозможности. 
То ли удивление, то ли какое-то другое чувство, заставили меня в одно мгновение остановить весь этот поток эмоций и вытереть слезы. Такого, я точно не ожидала. Мне казалось, что такие люди, каким на первый взгляд казался мистер Харрис, лишены каких-либо чувств, а за месяц работы, у нас не то, что доверительных отношений не сложилось, отнюдь, мы вообще практически не общались, разве что только типичные фразы, касающиеся рабочих моментов. 
- Зайдите ко мне в кабинет, - в этот раз смягченным тоном произнес редактор и открыл дверь, приглашая меня. 
Что сказать, его кабинет был шикарным и тут добавить нечего. Огромное панорамное окно во всю стену, а какой же открывался впечатляющий вид, просто вау! А каким он еще должен быть на 25 этаже? Обстановка же оставалась минималистичной, даже описывать нечего. Лакированный письменный стол, огромное кресло начальника, два кресла напротив стола для приглашенных гостей, а так же шкаф в углу, где хранились какие-то документы. Оу, ну, да еще картина на левой от входа стене с изображением какой-то абстракции, что возможно и несла сакральный смысл, но не вызвала никаких восторженных эмоций. Мне уже множество, раз доводилось бывать там, ведь с утра всегда первым делом шла к нему, чтобы все подготовить для работы. Но почему-то именно сегодня это помещение стало казаться больше и светлее, как будто бы солнечные лучи, наконец-то проникли сквозь мрак жалюзи и смогли создать действительно приятную атмосферу. Меня поразило до глубины души его приглашение, потому что я не знала, что будет дальше. Возможно, как только успокоюсь - бросит мне приказ на увольнение и тогда ничего не поделать, кто захочет держать у себя в штате истеричку? 
 
- Я понимаю, что меня не любят в издательстве и считают, что я здесь только потому, что кто-то сверху подсуетился. Именно поэтому я взял вас. Вы хоть и не новичок в нашей среде, но так как работали почти все время на дому, то я подумал, что не будете поддерживать или более того распускать какие-нибудь слухи о своем начальстве. И мне хочется, чтобы все было идеально. Как вам известно, я ведь тоже, своего рода, на испытательном сроке. Поэтому от того, какой имидж создам, будет зависеть смогу ли остаться во главе «Мерион» и как другие сотрудники будут воспринимать меня. Поэтому и делаю вам замечания, чтобы вы становились лучше, а вместе с тем и я. Давайте постараемся сделать все возможное для того, чтобы получить эффективный результат, - его голос, не смотря на то, что оставался эмоционально стабильным, но как мне показалось, стал чуть теплее. 
- Мистер Харрис, мне действительно стыдно. Если вы думаете, что я пытаюсь подвергнуть вашу репутацию каким-то слухам или еще чего, то это не так. Я и сама, только недавно стала здесь работать, как вы и сказали: официально. Одно дело – сидеть дома и редактировать тексты других журналистов, и совсем другое – работать непосредственно здесь. И я стараюсь, по мере своих сил, сделать так, чтобы все было на высшем уровне, выполняю все ваши указания. Для меня это в новинку, многое неизвестно и непонятно, и если вы еще будете цепляться ко мне по пустякам, то это не принесет никакого результата – тихо отозвалась я. 
Во время моего душещипательного монолога, сам мистер Харрис подошел к одному из шкафов, где обычно лежали папки с документами, открыл дверцу, я увидела, что там висел запасной, как всегда элегантный, костюм. Он легко снял его с вешалки и протянул мне белую рубашку. 
- Я знаю, но есть вещи, которые мне должны быть известны, в особенности то, что касается здоровья моего личного помощника. В конце концов, я признаю, что вы делаете много всего того, что в целом облегчает мою жизнь. Поэтому, когда вы посещаете больницу, то могли бы написать хотя бы одно предложение о том, что все в порядке, - что-то в его голосе показалось мне сомнительным, но переспрашивать я не решилась. 
«Что? Неужели, он пытается мне сказать, что беспокоился? Господи, да это даже более странно. То есть он всерьез переживал из-за меня? Этот человек, который едва ли знает, что такое заботиться о ком-либо?» - прежде чем посмотреть на него, я проморгалась несколько раз, чтобы убедиться, что я не сплю. 
- Ох, да…Простите, я постараюсь больше так не делать, то есть, не в смысле…Ну, в общем, я приму к сведению, чтобы перезванивать, если вы звонили, ну или писать смс-ки. 
- Кажется, вы ничего не поняли, - он спокойно улыбнулся в ответ. – Между нами не должно быть никаких тайн. Я имею в виду, то что касается здоровья. Мне бы не хотелось чувствовать себя злодеем, если с вами что-то случится, то есть если из-за работы вы не сможете позаботиться о своем состоянии здоровья. И да, рубашка, вот держите, вам нужно переодеться, прежде чем придет госпожа Грейс, наденьте ее, - поспешно добавляет главный редактор, чьи слова шокируют меня до глубины души. 
- Ох, спасибо, но я не могу… То есть это ведь…Какого черта у вас здесь второй костюм? 
- Взял в привычку, иметь сменную одежду, на случай, если вы снова решите забрызгать меня кровью из носа, - впервые за время нашего непродолжительного знакомства он пошутил, а я просто улыбнулась в ответ. – А теперь идите, приведите себя в порядок. И да, я надеюсь, что вы правильно меня поняли. Кстати, распечатайте на подпись документы от рекламодателей, - быстро добавляет Харрис, снова возвращаясь в свое привычное рабочее состояние.