И пришла Игра (СИ)
— Ложная тревога. Но раз уж встали — можно и позавтракать.
Мужчины ушли на утренние процедуры, а в комнату вползла Малири — опухшая, сгорбившаяся и растрепанная. В изнеможении опустилась на стул и уставилась на подрагивающие пальцы, словно видела их впервые в жизни.
— Рассольчику? — мама поставила рядом полупустую банку помидоров.
— Да я в порядке, — девушка поморщилась. — Просто не привыкла так рано вставать.
— Ну и хорошо. Ешьте больше, раз уж собрались в поход.
— Не волнуйся, мы быстро, — включил газ под чайником. — За полчаса управимся.
— Конечно, — женщина всхлипнула и потерла веки, но не стала стращать и отговаривать, а продолжила готовить яичницу — после вчерашнего застолья из еды почти ничего не осталось. — Сколько раз говорила — не доведут игрушки до добра!
— Да ладно тебе! Так даже лучше. Я куда сильнее обычного человека, и твари мне нипочем. Вот подкачаюсь — и всем рога пообломаю.
Малири: Папкин бродяга, мамкин симпатяга)))
Пуфель: Тебе ничего странного не снилось?
Малири: Нет, а что?
Пуфель: Ничего.
— Чай или кофе?
Настя взглянула на початую банку дешевого сублимата и коробку пакетиков по акции.
— Воды.
Вернулся отец и включил телевизор — узнать, что в мире творится, однако на всех каналах мерцали радужные заставки технических работ.
— Башню, что ли, свалили? — спросил, явно намекая на Останкинскую.
— Думаешь, столицу взяли? — Виктор сел рядом с дочерью и положил пистолет на стол.
— Хрен знает.
И в интернете не проверишь — мой смарт пропал невесть куда, у гостей все осталось в разрушенном особняке, а со старой «нокии» лезть в сеть бессмысленно. Разве что позвонить куда-нибудь и узнать обстановку, но никто не отважился это сделать, разумно посчитав, что аппетита правда не добавит.
— Всем доброе утро, — вошла Элеонора, кутаясь в халат. — Как спалось?
— Неспокойно, — со вздохом произнесла мама.
— Да как уж тут успокоиться. Настя — может, подождете? Вдруг военные прилетят и помогут?
— Чего резину тянуть? — отмахнулась эльфийка. — Там мелочь первого уровня, а я — десятого. Раз плюнуть.
— Я вчера перетер с Ахметом, — Виктор оглядел всех исподлобья, точно собирался предложить подельникам прибыльное дельце. — Он мне торчит и без проблем подгонит тачку. Как разберемся с этими вашими чертями — сразу же рванем на юга. Если хотите — айда с нами. В дороге поддержим.
— Мы поедем за Урал, — папа шумно хлебнул чаю. — Там тварей совсем мало.
— Это пока, — бандит подался вперед и постучал татуированным пальцем по ТТ. — Предлагаю махнуть в Грузию, а оттуда — в Турцию. Где за бабки, где по зеленке — неважно, главное уйти из страны. Натовские тянут войска к границам, движуха конкретная, никакой гоблин не пролезет. Там мы будем, как у боженьки за пазухой, а тут — хана, без вариантов. Помогать никто не станет, даже Китай, а свои не вывезут. Птички чирикают, что тварей становится все больше, и некоторые рвут «арматы», как бумагу. Соседи сперва дождутся, пока нас не резанут под корень, а потом все промеж собой поделят. Делать тут нечего. Решайте сами.
— Мы уже решили, — отец с вызовом глянул бизнесмену в глаза.
— Как знаешь, братан, — Виктор криво ухмыльнулся. — Дело твое и семья твоя.
— Пойду переодеваться, — Малири встала и направилась к двери. — Раньше начнем — быстрее закончим.
— Не нравится мне все это.
Мама снова пустилась в причитания, хотя могла бы и привыкнуть, что пусть и люблю интернет-культуру, но отнюдь не домосед, и на забивки бегаю с первого класса. Сеть — просто модное увлечение в наших диковатых краях, а козырнуть перед пацанами хотя бы часом в «Алиоре» — это вообще респект и уважуха. Так что я не задрот, а интересующийся, и навалять хоть обнаглевшей шпане, хоть гоблинам — за милую душу.
С другой стороны, стычка с реальными бандюгами закончилась не в мою пользу. Возможно, не такой уж я и крутой и борзый, а просто храбрился, ведь гнетущее ощущение не покидало и самого. Но выбора нет — волшебник не прилетит в голубом вертолете и не решит все наши проблемы. А если родители и соседские старики смогут спокойно ходить по улицам и заниматься хозяйством — это уже весомый повод рискнуть. Ибо кто, если не мы? Не исключено, что мама это тоже подсознательно понимала, но еще не могла смириться, что сын — больше не простой парень из путяги, а защитник Родины от иноземного вторжения.
— Я готова, — Настя вышла из комнаты в полном боевом облачении, придерживая болтающийся в поясной петле клевец.
— Может, курточку накинешь? — заботливо поинтересовалась Тоня. — Сегодня прохладно.
— Спасибо, — девушка закуталась в плащ. — И так норм.
— Ладно, — подтянул кушак и стукнул посохом в пол. — Не прощаемся.
— Я с вами, — батя закинул «сайгу» на плечо. — И не спорьте. Вы — против монстров, я — против людей. А ты, Витек, присмотри за женами.
— Без базара, — магазин с щелчком вошел в рукоятку.
Нас провожали, как солдат на фронт. Мамы шли рядом, позабыв о классовых различиях — деньги деньгами, статус статусом, а человеческие ценности едины для всех. И хоть вернулись бы край через час, все равно обняли и долго не отпускали, шмыгая на уши и утирая влагу с век. И сколько не объясняй, что дело плевое, все равно не поверят, поэтому мы не спорили и не сопротивлялись, а смиренно впитывали родительскую заботу, косо поглядывая друг на друга. И самое удивительное — Малири молчала и не язвила в чат.
Дверь медленно, со скрипом отворилась — отец первым шагнул на опустевшую улицу, держа «сайгу» наготове. Ореховка выглядела относительно спокойно — все, кто мог, уехали, а покинутые дома разграблялись в тишине. Лишь изредка да издали доносились щелчки пистолетов и уханье ружей, а в остальном поселок словно вымер. В центре людей встретилось побольше, но почти все прятались за оградой поликлиники, а у ДК ошивались только гоблины.
— Короче, — паладин сняла с плеча щит и крутанула клевец в ладони. — Где капсула?
— Сразу у входа, — указал кристаллом на помутневшие от пыли и слизи стекла фасада. — Не пропустишь.
— Ок.
— Треш будем выносить? Я бы подкачался.
— Некогда, — спутница устало побрела к цели. — Гоблины по всему поселку разбежались — найдешь, чем заняться.
— Ну да… — вприпрыжку припустил следом. Хотел кое-что уточнить, но отец шел рядом, а слышать ему это вовсе не обязательно, поэтому перешел в чат.
Пуфель: Значит, Турция?
Малири: И что? Сам тоже валишь.
Пуфель: Провожу родителей в безопасное место и смоюсь. Начну со всякой мелочи, прокачаюсь, оденусь, прибьюсь к топовому клану… Будем потихоньку ломать капсулы и освобождать города — небольшие, крупные, миллионники. А там, глядишь, и до Москвы дойдем. И через год-другой зафармим финального босса.
Малири: Лучше зайди на любую датабазу по «Алиоре». Открой профиль любого игрока сотого уровня. И посмотри, сколько раз он погиб. Вот только в игре ты потеряешь немного опыта, а здесь — жизнь. И вероятность докачаться до капа и убить Цеметру с первого трая не просто мала, а стремится к бесконечности. Так что я буду чилить на море, попивать коктейли и тусоваться с загорелыми пляжными мальчиками, а ты сольешься, как лох, в первом же рейде.
Пуфель: Если мы не остановим заразу — ее никто не остановит. Погляжу, как тебя спасут пляжные мальчики, когда эта дрянь расползется по всей планете.
Малири: Мне пох. Отгребись.
Замер, как вкопанный, но вовсе не из-за ответа подруги. На что-то подобное и рассчитывал, а вот чего точно не ожидал, так это услышать нарастающий гул. Настя тоже остановилась и развела руки — мол, фигли встал — но эльфийские уши уловили стрекочущий звук, странный и в то же время подозрительно знакомый. Определенно слышал похожее, но где? И лишь задрав голову в направлении звука, увидел в небе увеличивающуюся точку.