Токсичные желания (ЛП)

— Я не настолько невинна.
— Правда? — спрашивает он.
— Некоторые могут назвать меня токсичной. — Не уверена, откуда это взялось, поэтому проигнорировала вопросительный знак, стоящий у меня над головой.
— Да? — он вытаскиевает пальцы. Хватает меня за бедра, приподнимая и прижимая к стене. Его член длинный, тяжелый и готовый, и я чувствую, что он дразнит мой вход.
ДА!
  
— Привет, пап, — мы оба поднимаем головы. Кольт опускает меня на пол.
— Черт, — шепчет Кольт.
— Папа, ты здесь? — Он качает головой, давая мне знак, чтобы говорила я.
— Эй, Боди! — кричу я.
— Эбигейл? — Зовет он голосом маленького мальчика, и мое сердце чуть не разрывается.
— Да, приятель.
— Ты не видела моего папу? Он сказал, что приготовит мне десерт перед сном, но фильм, который он включил, застыл на экране. Я не знаю, как это исправить.
— О, э-э, хорошо, я сейчас выйду. Я могу тебе помочь.
Кольт подает сигнал продолжать.
— И нет, я не видела Кольта. Возможно, он в ванной. Ты же знаешь, как он любит делать длительные перерывы в уборной.
— Да, он такой отвратительный.
Я смеюсь, и Кольт прикрывает рот, чтобы его не услышали.
— Возвращайся в дом, и я сейчас приду. Хорошо?
— О'кей, — бодрым тоном говорит Боди.
Мы слышим, как хлопает дверь, и Кольт роняет голову мне на плечо. Накал страстей проходит, его место занимает смущение.
Спасибо, Боди, подумала я.
Я знала, что он понятия не имел, поэтому мне было трудно злиться. Вместо этого взрыв смеха наполнил мою грудь, когда я попыталась сдержать то, как близко мы были к тому, чтобы быть пойманными. Я чувствовала себя такой непослушной, но в то же время и возбужденной.
— Я думала, ты запер дверь? — Спросила я.
— Я тоже так думал, — говорит он.
— Продолжение следует, я полагаю? — Спрашиваю я.
Кольт смотрит вниз на свою твердую эрекцию.
— Да, потому что я с тобой еще не закончил. Даже близко.
  
38
 
КОЛЬТ
Почему бы просто не жить настоящим моментом, особенно если у него хороший ритм?
— Голди Хоун
— Это было восхитительно! — Говорит Боди, поднимаясь со стула. Не знаю, как ей это удается, но поскольку наше сексуальное времяпрепровождение закончилось недавно, она приготовила полезные макароны с сыром. Я даже не знал, что макароны с сыром можно приготовить полезными, но она добавила морковь и цветную капусту в сырный соус, и Боди понятия не имел, что можно есть все это с гамбургерами, которые я готовил на заднем дворе.
— Это точно было вкусно, — говорю я ему. — Ты поблагодарил Эбигейл?
— Спасибо, Эбигейл. — Боди подошел к Эбигейл, которая сидела на диване.
— Уф, — стонет она, глядя на что-то в своем телефоне.
— Что случилось, Эбигейл?
— Эй, приятель, ничего. — Она глубоко вздыхает. — Ничего важного.
— Миссис Кэрол говорит, что, когда у тебя плохой день, объятия всегда помогают. — Боди наклоняется и обнимает Эбигейл, и мое сердце чуть не взрывается. Как будто мое будущее мелькает перед глазами. Я вижу ее в этот момент, как она ведет со мной обычную жизнь, подобную этой. Адреналин разливается по телу, и ощущение невозможности дышать переполняет меня, когда чужеродное чувство проникает в мое тело. Я смотрю на их затылки, пока Боди прижимается к Эбигейл.
— Ты такой милый, Боди. Спасибо, это как раз то, что мне было нужно. — Она целует его в макушку, и я поражаюсь тому, насколько естественно наблюдать за ними вместе.
Когда она отстраняется, то останавливается на полпути, я уверен, удивляя саму себя. Должно быть, она чувствует меня, потому что оглядывается через плечо и улыбается. И чувство, которое я испытал секунду назад, пронзает мой мозг и кончики моих пальцев. Что эта девушка делает со мной?
— Ладно, приятель, пора готовиться ко сну.
— Уф, сегодня вечером кино не будет?
— Нет, уже 8:00, а нам все еще нужно принять ванну и почистить зубы. — И я умираю от желания засунуть свой член в Эбигейл и закончить то, что мы начали ранее. — Если ты хочешь, чтобы я прочитал тебе две книги сегодня вечером, тогда тащи свою задницу в постель.
— Уф, ладно. — Он начинает отстраняться от Эбигейл, затем оборачивается и говорит. — Эбигейл, ты не могла бы почитать мне сегодня вечером?
Она секунду смотрит на него, ошеломленная его вопросом.
— Д-да, конечно, если твой отец не против.
Она снова смотрит на меня.
— Я не против, — говорю я, вытирая тарелку и ставя ее обратно в шкаф к остальным тарелкам.
— Но папе придется искупать меня, потому что у меня есть пенис, а у девочек есть влагалище, и ты не можешь видеть мой пенис.
Эбигейл фыркает, и я не могу удержаться от смеха вместе с ней.
— Откуда ты обо всем этом узнал? — Спрашиваю я его.
— В футбольном лагере «Пи-Ви». Какой-то мальчишка подшучивал над одной из сестер Нолана на поле, когда мы пинали мячи, потому что она сказала, что ее отец до сих пор иногда принимает с ней ванну и душ.
Я подхожу к Боди. Мы с Эбигейл обмениваемся взглядами.
— И я сказал ему прекратить, потому что это было некрасиво.
— Кто была та девушка, над которой они смеялись? — Спрашивает Эбигейл, на ее лице написано беспокойство.
— Ее зовут Сабрина, она моя подруга. Мне стало жаль ее, потому что она выглядела грустной, и я думаю, что она начала плакать еще до того, как учительница увидела, что происходит.
Я сделал мысленную пометку сказать что-нибудь маме Нолана завтра в лагере.
— Мило с твоей стороны вмешаться, Боди, — говорит Эбигейл, держа Боди за руку.
— Да, мне нравятся Сабрина и Нолан. Мы с друзьями в школе усвоили, что никогда не должны дразнить других детей.
— Совершенно верно. Если только они не ударят тебя, тогда ты побьешь их...
Эбигейл смотрит через плечо Боди и сердито смотрит на меня. Я кашляю.
— Я имел в виду, что ты уйдешь. Насилие никогда не является решением проблемы. — Эбигейл качает головой, борясь с улыбкой.
— Ладно, Медвежонок Боди, давай немного отдохнем.
— Хочешь, чтобы я закончила уборку?
— Нет, я сам это сделаю, — бросаю я через плечо, поднимаясь вслед за Боди по лестнице. — Кроме того, я хочу, чтобы у тебя было немного энергии на потом.
Огонь горит в ее глазах, согревая щеки. Она такая чертовски милая, когда краснеет.
Эбигейл спускается по ступенькам, когда я вытираю столешницу. Я закончил убирать беспорядок, который мы устроили ранее. Ее голова приклеена к экрану телефона, она не поднимает глаз.
— Так раздражает, — говорит она себе под нос.
— Что-то не так? — Я опираюсь бедром на край кухонной стойки, скрещивая руки на груди.
Она вздохнула и села в одно из кресел напротив меня, лицом к островку.
— Нет, я просто этого не понимаю.
— Чего именно?
— Социальные сети. Люди. Я имею в виду, что выношу ценную информацию на обсуждение. Стараюсь поделиться всеми знаниями, которые я получила не только из своего образования, но и из своего опыта. А тут появляются люди, которые говорят с набитым ртом, жуют и говорят ни о чем. Только о своем дурацком дне и получают миллионы просмотров и подписчиков.
— Сейчас ты пытаешься стать инфлюинсером?
— Нет. Да. То есть, вроде того. Все еще не уверена, хочу ли я стать психологом или диетологом, и учитывая, как устроен мир в наши дни, хотела стать виртуальным диетологом, но это означает, что мне нужны подписчики.
Делая вид, что я не заглядывал на ее страницу в Instagram, сажусь рядом с ней.
— Дай-ка посмотреть.
Она тут же начинает защищаться, хватая телефон со стола.
— Серьезно? — Я прищурился, глядя на нее.
  
— Хорошо, — говорит она, неохотно передавая мне телефон. Я просматриваю ее телефон и вижу, что большинство ее видео безликие, голос за кадром звучит, когда она готовит еду, или какое-нибудь видео с тренировкой, где едва можно разглядеть ее лицо, так как она далеко.