Токсичные желания (ЛП)

Она наклоняет голову и качает ею.
— Я же говорила тебе, что мы просто друзья.
— Да, но мне трудно в это поверить, — говорю я тихим голосом.
— Тебе не нужно беспокоиться о том, чтобы что-то разделить. Я ухожу, помнишь. Я подсоединила кабель к аккумулятору и готова к работе, поэтому, когда ты будешь готов, я буду признательна, если ты сможешь подъехать на своем грузовике к капоту моей машины, чтобы подключить меня.
  
Мое сердце замирает, когда слова слетают с ее губ. Значит, она уходит. Возможно, она права. Так будет лучше, потому что я не знаю, смогу ли контролировать себя, если она останется. Даже сейчас все, что я хочу сделать, это сорвать с ее тела эти чертовы обтягивающие штаны для йоги и трахнуть ее на моем кухонном столе, ощущая вкус пота на ее шее.
— Я собираюсь быстренько принять душ. Решила, что тебе скоро нужно будет заехать за Боди, так что, если ты сделаешь это первым делом, это не нарушит твоих планов на день.
Боди, черт.
Я забыл, что мне нужно сообщить маме, что я скоро заеду за ним. Должно быть, это вылетело у меня из головы, так как я был слишком занят фантазиями о своем члене внутри ее сладкой киски.
Она уходит, прежде чем взять напиток с моей стойки и передать его мне.
— Наслаждайся остатками своего напитка, Кольт.
Как только она скрывается из виду, я выливаю остатки напитка в раковину.
  
30
 
КОЛЬТ
Люди не всегда были рядом со мной, но музыка была всегда.
— Тейлор Свифт
— Сейчас? — Спрашивает Эбигейл из салона своей машины. Я показываю ей поднятый большой палец, и она поворачивает ключ, но только для того, чтобы столкнуться с еще одной неудачной попыткой.
— Давай попробуем еще раз, — говорит она.
Я знал, что машина не заводится либо потому, что аккумулятор разрядился и его нужно было заменить, либо у нее были какие-то более серьезные проблемы. Но она настояла на том, чтобы попробовать еще несколько раз, так как была упряма. Двигатель глохнет каждый раз, когда мы пытаемся, а это уже пять раз.
— Черт.
Я слышу, как она говорит.
Я выхожу из машины и подхожу к ней.
— Я могу отвезти тебя в дом твоих родителей, если тебе нужна новая одежда. В этом нет ничего особенного. И мы можем вернуться, и мой приятель посмотрит на машину. Он владелец автомастерской.
— Нет, все в порядке, ты сделал достаточно. Я разберусь. Просто отвези меня обратно домой.
— Эбигейл, ты не обязана этого делать.
— Делать что? — Спрашивает она с ядом в голосе.
Я знаю, она думает, что должна уйти, потому что я не прошел с ней весь путь прошлой ночью, и все было бы неловко, но правда в том, что я вообще не хотел останавливаться. Единственная причина, по которой я это сделал, заключалась в том, что я думал, что поступаю правильно. Если я проигнорирую последствия и поддамся своему безрассудству, знаю, что не смогу остановиться. Я бы доставил ей удовольствие так, как не доставлял уже много лет. Не поймите меня неправильно, мне нравилось ухаживать за девушкой, но я должен был увлечься ею. А мне уже давно не нравилась ни одна девушка.
Даже Наоми.
Охотницы за джерси были идеальны в начале моей карьеры, но я был настолько измучен после смерти Блейка, что мне было трудно влюбиться, не говоря уже о том, чтобы думать о женщине как о чем-то ином, кроме как о средстве получить разрядку. Я учился быть игроком НФЛ, отцом Боди и справляться с неожиданной смертью моего брата, и все это в течение одного года. Падающие в обморок женщины были последним, что меня интересовало.
— Притворись, что тебе не нужна моя помощь. Все в порядке. Я не стану обижаться на тебя.
— Мне не нужна твоя помощь. Я в порядке. Кроме того, тебе нужно забрать Боди, просто отвези меня к родителям. И я думаю, что у меня все еще высокий кредитный рейтинг. Он был у меня, когда я жила в Калифорнии. Я позвоню им по дороге в родительский дом.
Я пристально смотрю на нее. Никогда не встречал никого, особенно молодую женщину, кто был бы таким упрямым. Я вижу смятение в выражении ее лица. Это проникает до глубины души.
Почему она не позволяет мне помочь ей?
— Эбигейл...
— Я возьму свой чемодан, и мы можем ехать, — говорит она, прерывая меня. Я смотрю, как она хватает свою сумку с заднего сиденья и вытаскивает ее. Я открываю заднюю дверь своего грузовика.
— Вот, позволь мне, — говорю я, забирая у нее чемодан и забрасывая его в грузовик.
— Спасибо. Я действительно ценю все, что ты для меня сделал, но мы оба знаем, что мне здесь не место.
Ей нужно было перестать так говорить. Это начинает меня бесить. Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, она уходит, садясь на пассажирское сиденье.
Всю дорогу она смотрела в окно, так что упоминать Блейка сейчас было плохой идеей, хотя у меня все еще оставалось много вопросов. В голове промелькнул образ ее татуировки с прошлой ночи, и я все еще задавался вопросом, как она ее сделала или они ходили делать ее вместе.
В то же время мне хотелось оттолкнуть ее и прижать к себе. Так что мне пришлось подбадривать себя всю дорогу.
Скидывай свое барахло и иди домой. Она не моя забота. Я молился, чтобы она жила в приличном доме, потому что, если бы она жила в каком-нибудь трейлерном парке, я бы даже не остановился и не подумал об этом.
Я удивлен, когда мы подъезжаем к дому ее родителей. Я представил себе какую-нибудь захудалую свалку. Крошечный дом. Но это был район для представителей высшего среднего класса. Почему ей не захотеть остаться здесь, а не в той крошечной квартирке в моем домике у озера? Моя квартира была всего 850 квадратных футов. В этом доме должно было быть больше 3000. Я заезжаю на подъездную дорожку к дому ее родителей и паркую машину. Она поворачивается ко мне, бросая озадаченный взгляд.
— Ничего, если я зайду и воспользуюсь туалетом твоих родителей? Я выпил много кофе, а потом этот полезный коктейль, который ты приготовила, прорвался сквозь меня, — спросил я ее.
Она сдерживает улыбку. Но ее глаза выдают ее.
За то короткое время, что я был рядом с ней, заметил, что они загораются, когда она рассказывает смешную шутку или когда ее уважают. Или когда она смотрит на Боди, когда он говорит. Или когда она слушает песню по радио и покачивает головой в такт, когда думает, что никто не смотрит.
— Да, конечно, — говорит она, открывая дверцу моей машины. Я следую за ней. Она набирает код на боковой стене своего гаража, позволяя двери гаража открыться. Мы вошли внутрь, и я был потрясен тем, сколько всего было в гараже. И это при том, что дом не был аккуратным, как можно было бы подумать, ведь он так красив снаружи.
А еще отличный ландшафтный дизайн.
Мы вошли в гараж, и она открыла дверь, ведя нас в прачечную.
— Ванная комната дальше по коридору налево, — говорит она.
Я слышу, как женщина разговаривает сама с собой, а потом мужчина кричит:
— Закрой гараж! Ты пустишь жуков внутрь.
Ее родители всегда так встречают ее? Не очень приветливо. Я решил, что воспользуюсь туалетом, а потом представлюсь, поскольку мой мочевой пузырь был готов взорваться.
Закончив справлять нужду, я поискал Эбигейл, чтобы попрощаться с ней.
— Да, ты можешь в это поверить? — Дама останавливается, увидев меня в коридоре, и говорит. — О, я думала, ты Эбигейл. Я слышала, как она вошла. Ты здесь из-за лужайки? Майкл, ты звонил сегодня работнику по поводу двора? — Она кричит, задирая подбородок над моим плечом.
— Нет, — я хмуро смотрю на нее. — Я один из друзей Эбигейл. У нее заглохла машина, и я отвез ее домой.
  
— О, отлично. Она может попросить помощи у своего отца, но сомневаюсь, что он даст ей денег на починку. Я все время говорила ей, что она должна заботиться об этой машине, так как это последняя машина, которую она увидит от отца. Замена масла — это все.