Токсичные желания (ЛП)

— Можно мне? — Она указывает на магнитофон.
Я тихонько смеюсь и включаю более высокую передачу, выезжая на дорогу.
— Не стесняй.
Мы слушаем две песни, пока возвращаемся в мой дом у озера, сокращая путь и проезжая тропинку справа от нас.
— Ух ты, только посмотри на это.
Я выглядываю из пассажирского окна и вижу, на что она смотрит.
— Природа, она такая красивая.
  
И ты тоже.
Черт, я почувствовал, как у меня в штанах все напряглось. Я встречался с самыми горячими женщинами, которые когда-либо ходили по этой земле, и что-то настолько тонкое, как то, что она ценит природу, заставляет меня возбуждаться.
— Забыла, какие здесь высокие деревья, — говорит она, не отрывая взгляда от улицы.
Подъезжая к подъездной дорожке, я вижу, что Боди все еще спит. Она следит за моим взглядом.
— Думаю, вся эта езда вымотала его. — Она говорит с улыбкой, которую я мысленно отмечаю, поскольку она едва уловимая, но искренняя. Я редко видел, чтобы она так делала. Улыбалась.
— Да, верховая езда может это сделать. — Наши взгляды встречаются. — Вся работа ног и мускулов, которую ты должен приложить для этого, может быть утомительной. — Я выдерживаю ее взгляд, и что-то странное происходит с моим телом.
Возьми себя в руки, Кольт.
Слабая улыбка появляется на ее губах, когда мы подъезжаем к моему дому.
— Спасибо, было весело.
— Тусоваться с моей мамой было весело? — Я поднимаю бровь. Должно быть, она действительно не часто выходит из дома.
— Да, — смеется она в ответ. — Чертовски уверена, что это лучше того, что я бы сделала сейчас.
— Что? — Я представляю, как она мастурбирует в той крошечной комнате в полном одиночестве. И моргаю, чтобы стереть картинку.
— Мне нужно подготовиться к завтрашней учебе и обустроиться, потому что к следующим выходным у меня будет не так много свободного времени.
— Почему?
— Я начинаю свою новую работу в «Оборотнях», барменом.
— О…, — «Оборотни» — это бар в центре города, и у него была плохая репутация, потому что он находился рядом с трущобами.
Кроме того, мысль о том, что мужчины будут приставать к Эбигейл всю ночь, мне не понравилась. Знают ли об этом ее родители? Почему они позволили ей работать в подобном месте? Но опять же, я не ее отец, и это не мое дело. Кроме того, я не знаю, почему я веду себя так, будто она намного младше меня. Между нами всего шесть лет разницы, раз она сказала, что ее день рождения в ноябре. Мой — в январе, так что когда ей исполнится двадцать два, мне уже будет двадцать девять.
— Тебе помочь с Боди? Я могу приготовить тебе что-нибудь перекусить, прежде чем сяду за компьютер.
— Нет, все в порядке. Я справлюсь.
Мы слышим слабый храп и оборачиваемся, чтобы посмотреть на заднее сиденье.
— Это очаровательно. — Она шепчет, глядя на него поверх спинки своего сиденья, рассматривая его так, словно он существо, которое мы спасли со дна океана.
Я смотрю на нее. Ее вьющиеся волосы каскадом рассыпались по спине, а крошечные шортики идеально облегают ягодицы. Солнечные лучи из лобового стекла падают прямо на нее, делая ее сногсшибательной, даже в такой простой день, как этот.
Она поворачивается ко мне лицом, как будто чувствует на себе мой взгляд.
— Еще раз спасибо за приглашение.
Ее слова просты, но в них чувствуется огромная благодарность. Спасибо, что позволили мне остаться здесь, относились ко мне с уважением и включили меня в свою жизнь. Не уверен, нравится ли мне, когда она чувствует себя желанной гостьей. В каком-то смысле мне нравится заботиться о ней. Нравится видеть ее беззаботной. Это заставило меня задуматься, какой она была, когда распускала свои вьющиеся локоны.
  
25
 
ЭБИГЕЙЛ
Музыка смывает с души пыль повседневной жизни.
— Бертольд Ауэрбах
— Уверена, ты выглядишь великолепно, — говорит Мел в трубку.
Сегодня свадьба моей двоюродной сестры, и я знаю, что должна одеться так, чтобы произвести впечатление, и сделать макияж как можно лучше. Я никогда не пользуюсь тональным кремом, даже когда выхожу на улицу, но знаю, что будут безостановочные снимки, поэтому хочу быть готовой, независимо от того, какой ракурс застигнет меня врасплох.
— Помни, чему я тебя учила. Когда ты улыбаешься, не переигрывай. Это показывает морщины, а твоя правая сторона — лучшая, поэтому всегда наклоняйся влево, когда делаешь групповые фотографии.
Отец Мел работал со многими знаменитостями и моделями, поэтому она знала множество советов и хитростей, которые помогут камере полюбить тебя.
— Ты же знаешь, что мне все равно не понравятся фотографии.
— Прекрати. Ты прислала мне фотографию своего платья, и ты выглядишь чертовски сексуально. Я удивлена, что Кольт еще не изнасиловал тебя.
— Ты не могла бы остановиться? — взволнованно спросила я. — Это брат Джоша.
— Ну и что? Я встречалась с Джошем, а не с тобой.
— И бывший моей кузины, или кто они там. И я забыла упомянуть, что терпеть его не могу? — Добавила я.
— Он не должен тебе нравиться, чтобы трахаться с ним. И разве ты не ходила в гости к его матери с его сыном? — напоминает мне она.
— Да, но все было не так. Боди хотел, чтобы я пришла, чтобы он мог показать мне свою лошадь.
— Ага, конечно. Все дело в Боди, — дразнит она.
— Кроме того, я не уверена, что они все еще, ну, ты понимаешь...
— Что? Трахаются? — Спрашивает она, заканчивая мою мысль за меня.
— Да, а разве нет какого-то универсального правила? Все бывшие твоей семьи под запретом? Я подумала, что это относится и к лучшим друзьям.
— Да, может быть, там, в....
— Я живу в Миссури, а не в захолустье, — говорю я, закатывая глаза, радуясь, что мой жест скрыт телефоном.
— Ну, неважно. Насколько я понимаю, у них нет общих детей, и они никогда не были женаты. Если бы мы следовали этому правилу, то все мы были бы обречены. Уже сейчас трудно найти стоящего парня, и если мы исключаем мужчин из-за прошлого, то с таким же успехом мы могли бы стать мормонами, чтобы делиться мужчинами в наши дни. Кроме того, это не значит, что он принадлежит ей. И откуда ей вообще знать?
— Э-э, она моя кузина. — Я растягиваю слова. — Она это унюхает. И он известный игрок НФЛ.
— О, пожалуйста, он не знаменит, он просто спортсмен. Твои слова, не забывай. — Я слышу, как она срывает обертку, и предполагаю, что она откусывает от протеинового батончика.
— Все, что я хочу сказать, — это то, что ты там только на лето. Может быть, тебе нужно просто выкинуть его из головы, — говорит она с набитым ртом.
— Мне не нужно никого выводить из себя, — рявкаю я в ответ.
— Конечно, нужно. Джаред обращался с тобой как с дерьмом под конец ваших отношений.
Она была права, но я старалась не думать об этом, потому что когда-то мы с Джаредом были друзьями. Мы поговорили, открылись друг другу, и каким-то образом, ближе к концу, он стал полным мудаком, всегда заставляя меня чувствовать, что мне повезло с ним, а не наоборот.
— Да, но...
— Но ничего. Ни один мужчина ни к кому так не должен относиться. Теперь ты еще больше злишься на себя. Что плохого в том, что горячий игрок из НФЛ оттрахает тебя, — подчеркивает она часть о НФЛ. — И заставит почувствовать себя хорошо? Это идеальный вариант.
Жар поднимается в моей груди, распространяясь вниз, к сердцу, когда я думаю о широких руках Кольта Киллиана на мне.
— Во-первых, он даже отдаленно не заинтересован во мне в этом смысле.
— У него есть пенис, не так ли? — Я представляю, как Мел опускает свои дизайнерские очки, как будто она стоит прямо передо мной.
  
— И что, он никогда не делал ничего такого, что заставило бы меня думать, что это даже приходило ему в голову.
— Поверь мне, милая, вы практически живете вместе, и это приходило ему в голову. Разве ты не смотрела порно? У мужчин полно подобных фантазий.