Шайтан Иван 2 (СИ)

— УФФ, отлегло от сердца, и камень упал с души.
Очень милое и красивое лицо, с тонкими чертами.
— Адалат, ты красивая девушка, и любой мужчина возьмёт тебя в жены. Может лучше тебе вернуться домой.
— Нет, господин, я не хочу домой, я хочу быть с вами.
— Хорошо, собирай вещи, только самое необходимое. Аслан, присмотри.
Адалат, счастливо улыбаясь, не смогла сдержать слёз.
  
— Спасибо господин. — Повернулась и побежала в дом.
— А что, все так делают, если принято здесь, чего морду воротить. Могу себе позволить. — Успокаивал себя я. Очень надеюсь, что решилась моя серьёзная проблема, очень надеюсь. В доме послышался шум, кто-то громко разговаривал. Из дома вышла преобразившаяся Адалат. В кафтане до верхней трети бедра, шароварах, перетянутая в талии широким поясом. Все мои сомнения отпали, девочка что надо. Следом шёл Аслан с сумкой.
— Первая жена Зелим бея сильно ругалась на Адалат. — Пояснил он.
— Господин, можно я не буду носить тёмное платье и платок? — Спросила она, подойдя ко мне.
— Да, можешь не носить, так намного лучше.— Улыбнулся я.
— Аслан, присмотри за ней.
Он поклонился, и они ушли к временной кухне. Солнце скрылось за горой и стало сразу темно. Подошли Савва, Роман и Эркен.
— Лошадей отобрали, все вещи упаковали с нами девять человек. Одели, накормили, запас взяли, к выходу готовы. — Отчитался Савва.
— Трое в секрете на дороге, когда выйдем, отойдут, посты на местах. Дорогу Хату показал. Командир, а что за девка с Асланом ходит? — Спросил Роман.
— Что понравилась? Наложница моя, Адалат, — все заулыбались
— А что, дело нужное, ты ж командир нестарый и к тому же девка сама захотела. — Под итожил Савва.
— Знают все и спрашиваю для прикола, чурки с ушами.— Усмехнулся я
— Вопросов больше нет? Эркен, подбери простенькую кремнёвку, шашку, кинжал и лошадь неприметную. Позовите Азима.
Подошёл Азим, поклонился
— Ты звал господин?
— Я обещал тебе кое-что, вот выполняю обещание. Ружьё, шашку, кинжал и лошадь — я указал на оружие, сложенное у моих ног.
— Это мне, господин? — Растерялся Азим. Я кивнул.
— Тебя проведут до поста и можешь ехать домой. Если спросят, скажешь, что когда ты пришёл, то селение было захвачено. Тебя взяли в плен, а ночью ты убежал. По дороге нашёл мёртвого всадника из селения и взял его оружие и лошадь. Наверно у тебя все заберут, за долги, но хоть рассчитаешься. А это тебе чтобы с голоду не померла семья. — я протянул ему три серебряные монеты, — и ты поклянёшься, что не поднимешь оружие против меня и моих людей, —.
Азим встал на колено: клянусь, господин, никогда не воевать против тебя и твоих людей. Господин, я узнал, где ты живёшь, могу ли я приехать к тебе, чтобы поступить на службу?.
— Когда приедешь, там видно будет. — Перевёл Савва.
— Надо ускорить изучение черкесского, тем более учительница есть.
Савва с Азимом вывели за ворота лошадей и уехали.
— Стоило ли, командир, мальца одаривать? — Спросил Рома.
— Да, Рома, не будь таким жадным. И подарки не за наш счёт. Надо делать добро, и оно обязательно вернётся, главное — дожить до этого момента. — заметил я менторским тоном.
— Командир ничего зазря не делает, — глубокомысленно изрек Эркен.
  
Глава 6
 
Поднялись засветло. Наш караван двинулся к подножью дальней горы. Тропа начиналась среди кустарника, достаточно широкая, чтобы один человек спокойно передвигался по ней. В голове шли Хату и Осип с двуми бойцами, через пятьдесят метров основной караван. Я с десятком Саввы и стрелками Романа ожидали своей очереди на подъём. Уже окончательно рассвело, и было видно, как к нам скачут три всадника, застава на дороге. Когда подъехали, старший доложился.
— Командир, когда мы собрались уходить, вернулся Азим и сказал, что в нашу сторону двигается больше двух сотен всадников, часа через два будут здесь. Его никто не видел.
Я посмотрел на наш караван, который медленно поднимался в гору.
— Часа через два они должны, дойти до середины и из ружья не достать. Мы поднимемся немного и устроим засаду, полтора десятка хватит за глаза. — Размышлял я.
— Бирюк, догонишь караван и скажешь, чтобы шли, не останавливаясь, даже если услышат стрельбу, за перевалом ждёте нас. Мы тут немного повоюем—он кивнул и, взяв лошадь по уздцы, пошёл по тропе.
— Понял Роман, зачем мальца одарили, вот и вернулось добро. Вон к той россыпи поднимемся и устроим засаду. Всей толпой не кинуться, места маловато, да и спешиться придётся. Все пошли обустраиваться.
Метров сорок подъём был пологий, а дальше понемногу градус увеличивался. Каждый стал оборудовать себе место, складывая из камней небольшой вал. С нами остался Азамат, отказался уходить, сказал, что он воин и тоже будет защищаться. Глядя на нас, стал обустраивать себе ячейку для стрельбы. Он уговорил, раненого Илью, одолжить ему ружьё с боеприпасами, и теперь ему не терпелось испытать его в деле. Сначала Илья категорически отказался отдавать оружие, и только после моего приказа, он с неохотой уступил. Аслан тоже хотел остаться, но после приказа присматривать за женщинами нахмурился и ушёл с караваном.
— Роман ты со своими отстреливаешь начальников и самых красивых. Подпустим поближе, стреляем по моей команде. Савва, Эркен, приготовьте гранаты. Бросать, только когда скажу. Всё отдыхаем и ждём.
Роман со своими поднялся чуть выше нас, распределились и затихли. Отдал трубу Азамату, пусть балуется и заодно наблюдает. Удобно устроился и закрыл глаза. Хорошо, солнце приятно греет, незаметно задремал. В памяти всплыло, как в Афгане, также на тропе, вдвоём с Димоном, держали толпу духов, больше часа. Пока основная группа, с пленным, уходила к точке эвакуации. Держаться в таких местах можно долго, лишь бы боеприпасов хватило и воды. Как же я мучился без неё. Ну ничего обошлось. За тот бой мы с Димоном получили первые награды, За отвагу. Боже, как давно это было или будет. Впрочем, уже не имеет значения.
— Командир, Пётр, смотри, едет, много едет. — Услышал взволнованный голос Азамата. Выглянул из-за вала. Вдали виднелась большая группа всадников, двигающаяся к селению. Достал часы, ого, проспал больше полутора часов. Не спеша, завёл их, присел и слегка размялся.
— Ну ты и горазд спать, командир, — позавидовал Савва.
— Сейчас в селение заедут, пока разберутся, что к чему, ещё час точно пройдёт. — сладко потянулся.
— Не ссы пластуны, прорвёмся, главное — не суетиться и беречь патроны. Один выстрел, один труп. Зря не рисковать, не дай бог, если убьют, потом найду и уши обрежу. Можно перекусить, если есть чем.
Раздались запоздалые смешки. Времена другие, и шутки мои не сразу доходят.
— Командир, а сколько держать их будем? — Спросил Рома сверху.
— Часа три, когда наши на ту сторону перевалят. Я дам знать.
Решил поесть, достал чурек и кусок вяленого мяса. Предложил Азамату, но он отказался, продолжая пялиться в трубу.
— Командир, дорого такую шпагу, как у тебя, купить? — спросил Савва, который обустроился в трех шага, справа от меня.
— Не знаю, это подарок.
— Знатный клинок, страсть как хочу такой. — С грустью сказал Савва.
Почти все в сотне знали историю моего именного клинка, разрешал посмотреть и то не всем, а пользоваться никому.
— Возьми саблю, эфенди, она из дамаска.
— Так там кривизна ещё больше чем у шашки, — ответил Савва.
— Ладно, Савва, будем в Москве, попрошу зятя посодействовать.
— Смотри, командир, сам обещался меня в Москву взять. — Приободрился Савва.
— Как только так сразу, уговор дороже денег. — Успокоил я его.
— Эй, пластуны, не обмочились случаем. — Подколол я бойцов.
— Обижаешь, командир. — Ответил кто-то.
Не чувствовалось напряжения и страха.
— Едут, больше двух сотен. — За переживал Азамат. Это первый бой у него, поэтому он так волновался. Я забрал у него трубу и стал рассматривать приближающихся всадников.