Кровь не вода (СИ)

Правда, так было недолго — ровно до момента, пока не пришёл Святозар, который сразу же, что называется, взял быка за рога.
— Давай, Семен, собирайся и Савелия с собой бери. Раз уж выдалось свободное время, займусь вашим обучением всерьёз.
— Савелия не рано? — на всякий случай уточнил я.
— Нет, ему в самый раз, это с тобой время уже упущено.
Делать нечего, подхватил деревяшки, с которыми тренируюсь, в том числе и вырубленные Святозаром, и на этом все сборы закончились.
  
Когда я сказал, что готов, Святозар, забирая у меня палки, неожиданно попросил меня захватить с собой косу, пояснив:
— Я тебя и твоего брата буду учить с железом обращаться, а ты меня научишь косить.
Я на это только плечами пожал, выполняя его просьбу, а про себя подумал: «началось, похоже. Святозар, предполагаю, только первая ласточка, и скоро желающие научиться косить, наверное, косяком пойдут».
Ушли мы от лагеря совсем недалеко.
Святозар повел нас какой-то хитрой тропой, которую в буреломе и разглядеть трудно, а потом мы вдруг вышли на небольшую поляну, густо поросшую травой.
Заниматься сразу не стали, сначала Святозар велел мне скосить траву на небольшом пятачке и объяснить ему попутно, как правильно обращаться с косой.
С задачей я справился быстро, и уже через полчаса здесь можно было наблюдать забавную картину: нас с братом, машущих каждый двумя палками, и Святозара, аккуратно, даже нежно работающего с косой, параллельно заковыристо матерящегося себе под нос.
Кстати, на моё замечание, что для брата такие дубинки тяжеловаты будут, Святозар ответил, что так и надо. Пусть сразу привыкает работать с правильным весом.
Странный, как по мне, подход к делу, но кто я такой, чтобы спорить.
Понятно, что брата надолго не хватило, минут десять, и он выдохся, да так, что на ногах стоять не мог, да и неудивительно: первое занятие, как никак, да ещё с такими дубинками.
Святозар не зверствовал и сразу же отвёл его обратно в лагерь, а вот со мной так миндальничать не стал и взялся за меня уже всерьез.
Если до этого он нас с братом нагружал чисто на физическое развитие, в частности уделил внимание движению и укреплению запястий, то теперь занятие развивалось совершенно по-другому.
Святозар начал в процессе комментировать и объяснять, своеобразно, конечно, но доходчиво:
— Пойми и запомни, Семен, пока ты в движении, ты жив. Остановился, и всё, сразу проиграл. В бою побеждает более резвый, быстрый и умелый, тот, кто не думает, как и что он будет делать, тот, у кого тело работает без участия разума, само по себе. Чтобы так вести бой, ты должен приучить тело работать самостоятельно.
Все это он вещал, пока я выполнял странные, как по мне, упражнения. К примеру, он сначала показал, а потом заставил меня в движении сбивать краями дубинок листочки с ветки дерева, притом сшибать я должен был их по одному.
Сам Святозар, демонстрируя, как это надо делать, отбивал дубинками только самые кончики листиков.
Жесть жёсткая на самом деле, потому что занятие это оказалось с подвохом. Я без проблем сносил целые ветки деревьев, а вот с листиками оказалась засада. Мало того, что попасть по отдельному листику было сложно даже стоя на месте, так они ещё и отрываться как надо не хотели. Казалось, их потоком воздуха от дубинки сносит в сторону при ударе.
Святозар же, глядя на мои мучения, только улыбался и объяснял:
— Семен, да не маши ты палками, как оглоблями, у тебя должна правильно работать кисть, и тогда все получится. Я же показывал, не нужно размахивать руками, кистью работай и локоть опусти, а то будешь выставлять его в сторону — срубят, и не заметишь.
В общем, вроде он и понятно все говорил, а все равно мало что получалось, а это неимоверно меня бесило.
Ладно бы так было только с этим упражнением, так нет, вообще все, что он мне показывал, начиная с правильного движения во время боя и заканчивая даже банальным хватом оружия, все получалось, мягко говоря, через жопу. Ничего не выходило, и это выматывало меня даже больше, чем сама физическая нагрузка.
Тяжёлым для меня выдался этот день, очень напряжным.
Святозар в принципе не позволял отдохнуть, если не считать времени, потраченного на обед, и короткие мгновения водопоя. Одни упражнения сменялись другими. Когда сил совсем не оставалось, я просто тупо передвигался, имитируя показанные Святозаром связки и переходы с пустыми руками, а потом снова упражнения и их смена.
По словам Святозара, чем больше я устану, тем скорее научусь двигаться именно как должен, а не как хочется.
В общем, к концу дня я был действительно выжат как лимон и уставший как загнанная лошадь.
Были мысли ночью воткнуть сетку в озеро, но сил на это просто не хватило.
На следующий день все повторилось, только уже на другой поляне, и Святозар добавил в перемену деятельности работу с пикой, причём настоящей, и с ней у меня на его удивление (да и на моё тоже) получалось в разы лучше, чем с дубинками заменяющими клинки.
Он, кстати, вполне освоился с косой и даже занервничал, когда пришло время возвращать в лагерь Савелия, так ему не хотелось отвлекаться от работы. Всё-таки тяжело мальцу играться с такими палками, а о том, чтобы их заменить на более легкие, Святозар и слышать не хотел, упёрся как баран, что надо сразу работать с правильным весом, и все тут.
Так вот, в этот раз нам после обеда пришлось перебираться на третью поляну, потому что на второй закончилась трава, которую можно косить.
На следующий день с утра пораньше по лагерю разлетелась новость, что татары ушли.
После завтрака заглянувший к нам Святозар уведомил, что сегодня занятия будут без него, и рассказал, что людоловы прошли через наши края сразу тремя сильными отрядами, которые шли в разбежку через несколько часов друг после друга — как будто в надежде, что на них кто нибудь нападёт. Хитрили татары, и очень хорошо, что никто на них и не думал нападать, а то можно было бы и нарваться.
Несмотря на то, что обстановка вроде как нормализовалась, казаки все равно рекомендовали жителям пока не возвращаться в слободу на постоянку. Предложили ходить туда только при свете дня и под охраной, потому, что дать гарантию, что больше татарских отрядов не будет, по понятным причинам никто не мог. Есть ещё опасность, что они могут внезапно налететь, теперь уже небольшими силами. Татары вполне такое практикуют, они хитрые падлы.
Несмотря на определенный риск, народ все равно ломанулся по домам. Просто у всех есть огороды, которые требуют внимания, да и интересно было людям, во что превратились их жилища после того, как через слободу прошли татары, а то, что они там были, это точно. Разведчики, наблюдающие за врагами, об этом успели рассказать.
Бабушка тоже было намылилась отправиться домой, но больше не из-за огорода, которого у нас, считай, нету, только по мелочи совсем, а из-за рыбалки. Вот уж подсела на это дело, покруче детей.
С трудом удалось уговорить её не торопиться, пообещав организовать ей подобное развлечение здесь, на озере.
Сам же я, естественно, усидеть на месте не смог. Да и дела неотложные образовались у меня в селении, когда я увидел, что и Кузьма направился к озеру, а значит, домой. Нужно воспользоваться моментом и попросить его заняться изготовлением рыбацких крючков.
Добравшись домой, я сначала выругался как сапожник, а потом подумал, что, может, и к лучшему, что дома у нас теперь, по сути, нет.
Хрен его знает, зачем это нужно было татарам, но чуть не половину домов в слободе эти скунсы разрушили. Притом не сожгли, как можно было подумать, а именно разрушили.
  
Они, похоже, цепляли кровли верёвками и при помощи лошадей сворачивали их набок. Хрен его знает, зачем они это делали, может, надеялись нычки какие отыскать или из природной вредности, но нагадили неслабо.
Народ, кому не повезло лишиться домов, на удивление почему то особо не нервничал, так, поругали малость супостатов и занялись наведением порядка.