Кровь не вода (СИ)

Понятно, что спорить на эту тему я с ним не стал, хоть и хотелось, но не тот случай. Просто обозначил, что посвящение проходить не буду и даже обосновал это своим желанием в будущем посетить московское княжество, где мне это может только навредить.
Тот, кстати, спокойно принял отказ. Взглянул только на меня остро и кивнул. И это была вся реакция, которую он себе позволил.
  
Правда, сразу после этого начал собираться, но перед тем как уйти, всё-таки сказал:
— Завтра утром я зайду и покажу, с чего тебе следует начинать, ну и расскажу кое о чем, а там дальше посмотрим, что у нас получится.
Собственно, сейчас и закончился, если его можно так назвать, первый урок.
Святозар действительно сначала показал некоторые хваты оружия, базовые стойки и способы движения во время боя. Потом заставил меня очень аккуратно и медленно повторить показанное, предупредив, чтобы я пока не нагружал раненую ногу. Убедившись, что я более-менее все понял и запомнил, он объяснил, как правильно тренировать запястья и закончил все это небольшой лекцией.
Вроде на первый взгляд ничего такого, он пробежал совсем по краям, но на самом деле даже одним этим коротким уроком он дал мне немало. Показывая, что, как и почему, он параллельно все очень толково объяснял, что в свою очередь позволило не просто посмотреть и запомнить, но и ПОНЯТЬ, почему нужно делать именно так, а не иначе.
В общем, повезло мне с таким наставником нереально. Не знаю, как будет с дядькой Матвеем, когда он вернётся, но вот Святозар — это прям дар божий, по-другому и не скажешь.
Так и сидел я, размышляя о произошедшем, и, наверное, затянул бы эти посиделки ещё надолго, если бы не кузнец Кузьма, который снова подошёл так, что заметил я его только в последний момент. Он, оказывается, принёс заказанные раньше кольца для сети, ну и уточнил ещё некоторые моменты по изготовлению тиглей.
Понятно, что все с точностью до наоборот, и кольца только предлог, но это неважно, главное, что он своим появлением напомнил: жизнь продолжается, а дела сами себя не переделают.
Поговорив с Кузьмой сразу отправился заканчивать с коптильней. На самом деле с огромным трудом смог сдержаться и не умотать на рыбалку проверять, как будет работать изготовленная сеть. С появлением грузов мне только и осталось, что решить проблему с поплавками, что на самом деле совсем даже не проблема, кора дерева прекрасно справится с этой задачей, а нарезать её и прикрепить к сети дело недолгое.
Только понимание, что девать пойманную рыбу, по сути, некуда помогло удержаться от глупостей. И так наше семейство сейчас работает больше на развлечение, а не на результат. Это я говорю о бабушке с детьми, которые радостно ловят рыбу и тут же раздают её всем желающим, как это было вчера. Как-то не подумала бабушка, что для копчения рыбу нужно тоже подготавливать, то бишь солить, вот и занимается благотворительностью.
С коптильней со свежими силами закончил даже быстрее, чем планировал, да и оставалось там работы не то чтобы много. Даже не поленился проверить, как она будет работать. Разжег небольшой костёр под нависающим козырьком начала дымохода, полюбовался немного замечательной тягой и посчитал непосредственно эту задачу решенной.
Секунду подумал, выбирая, идти к лодке и прокатиться всё-таки к месту, где нарвался на засаду, чтобы продолжить поиски подходящего для схрона места, или сначала пообедать. Желудок победил, пришлось сначала идти домой.
Там я застал всех своих радостными, прямо будто они в лотерею выиграли.
Оказывается, им сегодня повезло поймать на флажок приличного размера (на вид килограммов на пять) сазана, вот их и переполняли эмоции.
Что говорить, если бабушка выразила желание научиться плести сети, мол, запасные полотна флажков они сегодня очень выгодно продали и набрали заказов, которых хватит до зимы.
На мой вопрос про нитки на эти заказы (свои я категорически запретил трогать) она, хитро улыбнувшись, ответила, что это вообще не проблема.
Оказывается, местный ушлый народ, глядя на нас, попытался повторить наши флажки, выполненные из шелковой нити, и обломался. Одинарный узел, которым вяжут местные, никак не подходит для шелка, и сеть, связанная подобным образом, что называется, плывёт. Оно и неудивительно, я ведь для вязки использовал полуторные узлы.
Сегодня некоторые деятели попытались вызнать у детей секрет вязки, но бабушка пересекла эти поползновения.
Вообще она меня удивила напрочь, когда, закатив глаза, мечтательно сказала, что нужно будет в первую очередь связать флажок с ячеей покрупнее. Дескать, сазана сегодня только чудом поймали, а вот если бы он нормально заячеился…
Она, кстати, так ненавязчиво между делом попыталась было меня тоже припахать, чтобы я занялся вязанием вместе с ними, но быстро сдала назад, стоило мне начать задавать неудобные вопросы на тему нового дома, схрона и остального.
В общем, отбился и, пообедав, отправился к лодке, нечего тянуть с основополагающими делами, от исполнения которых в прямом смысле этого слова может зависеть жизнь.
Отчалив, я не стал подниматься вверх по течению, как в прошлый раз, вместо этого сразу пересек реку и пошёл потихоньку вдоль противоположного берега. Рассудил, что со стороны посёлка уже все осмотрел, так что будет совсем не лишним глянуть и вторую сторону тоже.
Сражаясь с веслами, дал себе зарок, что при первой же возможности обязательно озабочусь изготовлением нормальных уключин. Задолбался напрочь я с такой греблей. Может, оно, конечно, со временем и получится приспособиться, но пока это произойдет, все нервы себе истрепаю.
Хоть и нервничал неслабо, а за окрестностями наблюдать не перестал и довольно быстро обнаружил густо заросший камышом впадающий в реку ручей или даже небольшую речушку с почти незаметным течением. Это самое течение было настолько медленным, а камыш — густым, что я только чудом не прошёл мимо.
Естественно, мне тут же захотелось пристать к берегу и осмотреть местность, прилегающую к этому ручью, вернее, пробежаться вдоль него и посмотреть, как далеко он тянется вглубь суши.
Странно прозвучит, но пристать именно здесь не получилось. Тут берег в отличие от противоположного был не обрывистый, а пологий и на поверку оказался очень уж болотистым. Можно даже сказать, что этот ручей вытекал именно из болота.
По большому счету место для устройства схрона в принципе неподходящее, но я чисто из природного упрямства решил всё-таки углубиться по руслу ручья.
Нет, сильно упираться не планировал, но раз уж занялся разведкой незнакомой местности, то почему бы и не глянуть, что там дальше, хотя бы в паре сотне метров от реки.
Плыть по ручью, используя весла, не получалось, вернее, весло я использовал, но в виде шеста, отталкиваясь им от на удивление твёрдого песчаного дна ручья. Странно звучит, болото и песчаное дно ручья, но это так, что меня немало удивило. А ещё больше я удивился, когда неожиданно метров через пятьдесят камыш закончился. Ручей дальше тянулся будто в тоннеле, сотканном из густых переплетений веток зарослей, разросшихся по берегам.
Продолжая движение, довольно скоро я понял, что этот тоннель такой правильной формы образовался неспроста, без вмешательства человека здесь не обошлось.
Да просто обнаружил по пути несколько небрежно замаскированных грязью срезов на ветках. Надо ли говорить, как меня это заинтересовало?
Наверное, с километр мне пришлось идти по ручью, прежде чем заросли расступились, и у меня перед глазами появилось не особо большое, но какое-то уютное озеро, раскинувшееся в обрамлении густого векового леса.
  
Самое же главное, что на противоположной стороне озера я увидел копошение одного из старейшин и пары казачек.
«Похоже, я сам того не желая нашёл укрытие казаков на случай нападения на слободу», — успел подумать я, как меня заметили, и с противоположного берега уже через минуту отчалила лодка.
На всякий случай, чтобы не нервировать народ, я решил дождаться плывущего ко мне старейшину на месте.