Кровь не вода (СИ)

— Сенька, паразит, кто тебя так ругаться-то научил?
Чуть не разломал свои городушки, невольно подпрыгнув от неожиданности.
— Ба, ну нельзя же так пугать, чуть всю работу не испортил, — пробурчал я в ответ. — Как тут не ругаться, когда я злой из-то того, что нет нормального инструмента, да ещё и голодный как собака бездомная. Может, всё-таки начнём есть по-нормальному? Сейчас-то уже можно не экономить.
  
Дело в том, что семья привыкла питаться не больше двух раз в день, утром (вернее, уже ближе к обеду) и вечером перед сном. Понятно, что моему молодому растущему организму этого было мало, поэтому я и завёл сейчас разговор о еде в надежде поменять эту порочную практику. Реально достало уже это постоянное сосущее чувство голода.
Бабушка хмыкнула, а потом и вовсе рассмеялась.
— Эк тебя проняло-то. Ладно, подумаем вместе, как лучше питаться, но уже вечером, сейчас нужно другое решить. Я тут поузнавала малость. В слободе есть две лодки на продажу. Одна большая, почти струг, такая нам не подходит, а вот вторая в самый раз будет для твоей рыбалки.
Заметив на моем лице недоумение, бабушка тут же пояснила:
— Не кривись, ты нам живой нужен, а мне тут рассказали, какой это риск — управляться с сетью на реке без лодки. Запутаться можно на раз и утонуть. Тем более что маленькую лодку недорого продают, нам эта покупка вполне по силам.
Выплеснув из себя все это, она минуту переводила дух, а потом продолжила.
— Ниток нашла много и разных. За шёлковые, самые тонкие, как ты просил, конечно, дорого просят, но благодаря тому, что они именно тоненькие, может быть, что их покупать будет даже выгоднее, чем другие. Тут хорошо подумать надо, потому, что нитки потолще, наверное, и прослужат дольше. Сам решай, как лучше, я принесла по кусочку каждой, чтобы ты мог выбрать.
С этими словами бабушка передала мне десяток разномастных по толщине и по цвету ниток, в основном шелковых. Но были и другие, непонятно из чего сделанные. По крепости, что я проверял в первую очередь, все равно шёлковым никакие другие не могли составить конкуренцию. Собственно, и выбирать особо не пришлось, я сразу увидел то, что мне нужно, причём сразу два варианта: самые тонкие, приблизительно четверть миллиметра, и потолще, где-то полмиллиметра.
Просто пробуя на разрыв эти нити, я сразу понял, что они как нельзя лучше подойдут для изготовления так называемой трехстенки, только с посадкой на малоизвестный квадрат. Это когда с двух сторон от основного полотна вешают дополнительные сети с практически полуметровой ячеей. Таким образом в относительно мелкоячеистую сеть можно взять и крупную рыбу тоже.
В общем, загорелся я не по-детски идеей рыбалки, тем более что реально в этом разбираюсь, да и сети вязать с детства умею, ещё с прошлой жизни.
Навязал их в свое время очень много, причём по-всякому, начиная от вязки простого полотна до изготовления оснастки пауков. Моя тема как ни крути.
Бабушка, глядя на мою суету, спросила:
— Так какие брать будем? И сколько?
— Брать будем два вида, — тут же ответил я указав на образцы. — А сколько каких купим, тут мне самому на месте смотреть надо, чтобы сильно не ошибиться.
Бабушка кивнула и как-то просто спросила:
— Ну пошли тогда покупать?
Честно сказать, я слегка потерялся, глядя на залежи разнообразного добра в двух казачьих домах, где покупали нитки.
Почему-то мне думалось, что народ здесь живёт победнее, что ли. Но то, что я увидел, едва поддавалось осознанию. Когда первая тётка, к которой мы пришли покупать, начала освобождать громоздкий сундук в попытке достать нужное, у меня отваливающаяся челюсть только чудом по полу не стукнула.
Чего только стоило увидеть в этой глуши набор серебряной посуды, который не потерялся бы и на каком-нибудь княжеском столе, или, к примеру, два внушительных рулона даже на вид дорогой ткани, пылящейся в этом сундуке.
Удивился напрочь, подумав про себя, что жить грабежом, похоже, пипец как выгодно.
Права была бабушка на все сто процентов, когда говорила, что у казаков можно найти и приобрести все что угодно.
Я от жадности (цену на нитки удалось сбить чуть не вдвое, отчаянно торгуясь) накупил ниток с большим запасом. Хватит сразу на пару сетей и не тех, о которых думал изначально, а действительно серьезных.
В общем, удачно сходили, по пути купив ещё и лодку, которая мне и правда понравилась.
Новая, муха не сидела, относительно небольшая, где-то три метра длиной и метр двадцать шириной, плоскодонка, которая как нельзя лучше подходила для задуманного дела.
Прибарахлились на славу, я даже всерьёз задумался, надо ли мне дальше мутить ещё и с изготовлением косы, тратя время непонятно на что.
Но быстро избавился от эйфории, стоило только вернуться домой. Пока бабушка занималась приготовлением еды, попутно ругая за что-то детишек, я начал подыскивать подходящие для изготовления челнока деревяшки. Когда подобрал, сразу столкнулся с недостатком инструмента, который ох как пригодился бы сейчас для работы. Нет, понятно, что я справлюсь и одним ножом, но бесит, что в доме даже простейшей стамески нет, не говоря о рубанке или самой захудалой пиле. Грустно все, и тут поневоле захочешь заниматься железом — только лишь для того, чтобы хотя бы по мелочам не психовать. Не привык я к подобному, поэтому и злюсь из-за отсутствия даже самого элементарного.
Уже поздно вечером перед сном вспомнил о наказе дядьки Матвея тренировать кисти рук и задумался. Все у меня в этой жизни идёт как-то неорганизованно и бестолково. Мечусь из стороны в сторону без толку, что меня точно до добра не доводет.
Известно ведь, что порядок бьет класс, и вот с порядком как раз у меня все обстоит не очень, надо бы как-то распределить свое время пограмотнее. Прекратить метаться и начать торопиться не спеша, работая реально на результат, а не как придется…
С этим и уснул, а проснулся с рассветом. Занимаясь привычными утренними делами, я решил, что пока не составлю чёткий обдуманный план действий хотя бы на ближайшую неделю, суетиться не стану.
Понятно, что лучше бы дождаться вестей от Святозара, чтобы плясать уже от их решения по моей идее, но можно ведь потом подкорректировать свои планы, да и, говоря по правде, время для постройки нового жилища ещё терпит в отличие от устройства убежища. Важно на самом деле даже не столько само убежище, сколько какой-нибудь схрон, где мы спрячем часть припасов на чёрный день. Само убежище и потом можно оборудовать, так сказать, в процессе.
Поэтому надо в первую очередь сосредоточиться на устройстве нычки, попутно работая над благополучием семьи.
А раз так, значит, пришло время принимать волевое решение, как быть и с чего начинать дело уже всерьез.
В итоге, пока бабушка готовила завтрак, я в уме накидал для себя список первоочередных задач и в грубом приближении распределил время их выполнения.
Так, до обеда буду целенаправленно, ни на что не отвлекаясь, заниматься поисками подходящего места под устройство схрона. После обеда до самого вечера займусь изготовлением хоть каких-нибудь, даже самых примитивных инструментов, необходимых для земляных работ и плетения сети.
Понятно, что копать землю деревяшками — то ещё занятие, но других вариантов пока нет, а время не терпит. Все остальное пока придётся отложить. Не разорваться же мне, чтобы охватить все и сразу, поэтому буду делить слона на кусочки.
Приняв такое решение, после завтрака я всё-таки обговорил с бабушкой новый режим питания и сразу направился за приобретенной лодкой, которую вчера мы не стали забирать. Просто весла к ней не были готовы, поэтому она осталась на ночь у продавца, который клятвенно пообещал изготовить их уже к утру.
  
Слово он сдержал, и я получил свою лодку, что называется, в полной комплектации. Правда, когда сел на весла, исплевался напрочь. Просто роль привычных мне уключин здесь выполняли по две встроенные в борта с обеих сторон деревяшки, между которыми следовало вставлять весло. Жутко неудобная конструкция — не вытащив весла из воды, выпускать из рук их нельзя, сразу уплывут, да и нужно привыкать к гребле с такими приспособлениями, что в свою очередь тоже неслабо бесит. Привык ведь к другому.