"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Стоп, мать твою, вместе со стопой и оглядками! Это не мое, это частица Леночки прорезалась. В темный угол ее пинками и на засовы, а сверху самосвал щебенки. Два самосвала. И про бетономешалку не забыть!
Я встряхнул головой и раздраженно уставился на груду шелковых тряпок и три пары обуви. Задумчиво перевел взгляд на огромный платяной шкаф — а в голове все крутились слова Агафьи про мои коверкотовые штаны. Поищем там что-то более мне походящее и простое? Только бы в королевство Нарнию не угодить, шкаф также могуч и объёмен как в той старой сказке.
Одежду я себе нашел, а еще в сумочке Леночки обнаружил маленький пистолет. Не «браунинг», другой, неизвестной мне конструкции. На кожухе затвора выбито «7.65 f. 32», на деревянных щечках рукоятки вырезан круглый медальон с латинской монограммой «AT». Даже на картинках такого не встречал. Выщелкнул обойму — шесть золотистых патрончиков калибра 7,65 миллиметров. Предохранитель, возвратная пружина. Пальцы ловко ощупывают, уверенно нажимают. Щелчок, лязг, курок движется плавно, значит спуск мягкий, ствол оружия чистый. Без отвертки не разобрать, но по конструкции пистолетик похож на дедушку «вальтера РР». В сумочке лежит еще одна обойма и вспоминается, что если порыться в чемодане, то найдется и упаковка с патронами к убойной игрушке. Пистолет и патроны, это подарок покойного мужа. Хватило мозгов у покойника, не только бесполезные побрякушки дарил. Еще есть маленький револьвер с перламутровыми «щечками» и прочим гламуром. Совсем несерьезная вещь — калибр всего 6,35 миллиметров. Вместо ствола — гравированный огрызок. Барахло полное, таракана на кухне из него не застрелишь. Этот вот неизвестный ствол мне больше нравится. Да и в руке лежит привычно, чувствуется, что Леночка из него не раз стреляла. Это хорошо, но все равно мне нужно что-то помощнее. Миллиметров девять. Из моей игрушки бараний тулуп никак не прострелить, только если в упор бить. Но и не маузер, этот фаллический символ гражданской войны и первый любимец комиссаров в кожанках, мне и даром не сдался и точно не револьвер. Руки у меня нежные, слабые. Автоматический пистолет для меня будет гораздо предпочтительней, а еще лучше два пистолета. На мастерскую стрельбу «по-македонски» или а-ля Нео унд Троица, с двух рук я не претендую, но кое-что точно получится, чувствую. Да и механика у нынешнего оружия капризная. Задержки, перекосы, патроны с ночных смен с кривой посадкой капсюля. Иметь замену основному стволу мне спокойней будет. Так, давай-ка, подруга, подвигаемся.
Мышцы мгновенно отзываются на сигналы мозга, напрягают привычно пальцы, рапортуя наверх — справимся. Пистолет не дрожит в руке, ловит жадно черной дырой рта завитушку на потолке, дверную ручку, ворон в небе. Спасибо, старший прапорщик по прозвищу Стрекоза, научил чему-то пацана. Чувствуется оружие. Девушка тоже научится, просто огнестрельные игрушки в руках надо держать чаще и стрелять. Стрелять, стрелять и еще раз стрелять, как сказал известно кто. Черт, ну до чего же удобная для девушки игрушка! Только вот кобуру не найду никак. Не совать же пистолетик промеж грудей? Доставать будет неудобно, да еще на полпути забуду, зачем полез. Нафиг! Может все-таки вытащить из-под кровати шкуру убитого бегемота, набитую Леночкиным шмотьем? Я ведь вспомнил, все-таки, куда Агафья сунула мои вещи.
Вытащил неподъёмный чемодан, пыхтя и виляя задом. Со стороны, наверное, эротично выглядит, сам бы посмотрел, если бы не было так тяжело. Открыл, мысленно извинился перед бывшей хозяйкой. Ближайший аналог увиденного мною в нутре грандиозного сооружения из дерева, меди, бронзы и толстой кожи — «тревожный чемоданчик». Хотя нет, извинялся я зря — укладывала вещи не Леночка. Здесь чувствуется мужская логичность и рациональность. Хамская наплевательность на ненужную красивость. Все только по делу. Три отделения. В первом искомые мною свитера, на одном из них не споротые знаки различия первого сержанта американской армии — три шеврона над ромбом. Его я и надену. Быстро скинул негреющую ночнушку, вытащил свитер, просунул руки в шерстяное нутро, нырнул стриженной под венгерку, голливудскую актрису Лия де Путти, головой, в теплую темноту. Хорошо! Хм, актриска тоже брюнетка, как и я сегодняшний, но зачем я ее вспомнил? А, точно, она тоже мужские рубахи и свитера носила. У любовников тырила и таскалась в них по дому, чертова декадентка. Так, тепло, удобно, замечательный свитер, но мне нужен лифчик или рубашка — шерсть соски натирает. Долго спокойно ходить не получится, весь издергаюсь. Что ж, смотрим дальше, что тут у нас есть.
Сами свитера лежали на кожаной жилетке с мехом, что прятала под собой крепкие ботинки моего размера и плотные пласты теплых носков. Приятная взгляду жилетка, с накладными карманчиками. Мех у нее… Гм, мех. Если не ошибаюсь, то это соболь. Натуральный, русский и спинки, а не дрянные животы и кусочки с лапок. Без всяких сомнений, эту вещь мы обязательно оденем, так как тянет неприятным сквозняком по комнате. Ну и красивая она. Я довольно улыбнулся и полез рыться дальше. Забавные вещи все-таки здесь носят и носки у них тут интересные. Длинные, с резинками, крепящимися на голень для удержания от сползания. Сбоку от них засунуты коричневые кожаные перчатки и скрученные в рулон рубашки защитного цвета. Точно мужик чемодан собирал — какая женщина догадается или позволить себе скрутить одежду и туго перевязать ее бечевой? Никакая. Изомнется ведь, а то, что места море отнимает вещь, это совершенно не уважительная причина. Во втором отделении пальто осеннее, тоже превращенное в компактный складыш, чулки и нижнее белье под ним. В третьем пахучие баночки и флаконы, несессер и огромные портняжные ножницы. Все это переложено платками, шарфами, еще чем-то носильным на горле или голове. Косынки, вроде. На откинутой крышке чемодана шелковый объемный карман, там я отыскал кинжал, сверток с бумагами и кобуру для пистолетика. Никакого удобства, ни каких тебе «патрончиков», хлястиков, сетчатых отделений. Лицо раритета без прикрас. Пока что-то найдешь, весь маникюр к черту! И еще маслом от патронов щеку замарал, когда наткнулся все-таки на упаковку и разорвал нетерпеливо — вторая обойма-то без патронов. Но красоту будем наводить позже, еще не показал дно мой сундук с сокровищами. Смотрим дальше, ищем подарки. Чувствую, просто уверен — должны они быть.
Ага, по краям стенок чемодана нащупываются интересные уплотнения, и тут у меня вдруг ломается ноготь. Бля! Мамочки! Зараза! Острие кинжала зло вспарывает подкладку. От сука, ну за ноготь ты мне, пенал переносной, ответишь! И зашивать тебя не буду, даже не думай, злой, противный, гадкий чемодан!
Черт, что-то много во мне от Леночки, с моим мальчиком гораздо легче получалось управиться. Кыш в темноту, глупая девчонка!
Выцарапал все нащупанное из прорех, разложил кучками на столе. Потрогал пальчиками, постучал обломанным ногтем по серым листам плотной бумаги. Настоящее богатство, сокровища. Грамотный человек чемодан собирал и «начинял», очень предусмотрительный. Так, удостоверение на имя Марфы Степановны Ивановой, тулячки, убираем в сторону. Какая нахрен из меня Марфа, да еще и Степановна? Рожей я не вышла и фигурой. Жопа с титьками маловата для Марфы. Царский еще паспорт мещанки Аизолы Марковны тоже туда, к Марфе. Заикаться на имени буду. А вот удостоверение на имя Лены Спиридоновны Любатович мне нравится и Леночке тоже. Нам там всего двадцать лет и на фото я получился хорошо. Голова чуть повернута, завитые локоны вдоль висков, игра света выгодно оттеняет линию подбородка и придает загадочности взгляду. Фотограф, высокий, с симпатичным пробором как у душки Рудольфо Валентино так хвалил, так хвалил, что я вся раскраснелась, а Леня потом со мной до самого дома не разговаривал! Зато потом! Как обнимет, да как наброситься! А рубашку он просто порвал, негодяй! Такой сильный! И весь такой жаркий!
Ох, грехи мои тяжкие! Ну, убью ведь! Сгинь быстро из мыслей моих, сосуд греха! Ну, если встречу на том свете этого прародителя Адама, яйца ему отобью за ребро подаренное неизвестно кому и зачем!