"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
С каждым словом князь распалялся все больше и больше, расхаживая по горнице. Но наконец сумел взять себя в руки. Или все же хворь взяла свое. Уж не первый год недужит. То полегчает, и он расправит плечи орлом, то согнет в три погибели, а то и вот так, понемногу тянет из него силы.
Подошел к столу, набрал в кружку сбитня и в несколько долгих глотков выпил его. После чего тяжко опустился на скамью, привалился к стене и облегченно вздохнул. Правда, при этом оставался все так же хмур.
— По его деяниям будет учинено дознание. А там и судить стану, — наконец устало заключил он.
— Батюшка, нет вины Михаила. Ни в чем нет. Иль позабыл, что град свой он поставил на границе и по «Правде» не должен был платить никаких податей. Однако сам, своей волей решил делать это и затребовал к себе княжьего мытаря. А когда ты увеличил сбор до пятой части, принял это, как верный подданный. Злые языки твердят о том, что он скрывает доходы, но поток от него в казну год от года только растет. Сталь, железо, цемент, горючий камень да много еще чего. Только польза от него Руси. И о главной задаче он не позабыл, прикрыл границу. С его стороны нет даже малых набегов. А кто разобрался с принесшими нам много разора Бонякканом и Шаруканом? Уж точно не те наушники, что на него клевещут от обуявших их зависти и жадности. Монету чеканит? Так ведь для своего удобства. Он ее за пределы Пограничного не пускает. Сами купцы тайком вывозят и продают втридорога как украшения.
— Правду, стало быть, мне сказывали, что ты ему благоволишь без меры.
— Батюшка, ты уж четырнадцать годков на киевском столе, скажи, получилось бы у тебя править, не имея под рукой тех, на кого ты можешь опереться?
— Опора нужна каждому. Без нее никак нельзя.
— А видишь ли ты меня своим преемником?
— Хочешь сказать, что он твоя опора?
— Да.
— Ненадежное получается плечо, сынок. Ить сам себе голова.
— Может, и так. Но ни разу он еще не сделал ничего такого, чтобы во вред Руси пошло. Дал пушки Комнину, и тот надрал холку венецианцам? Да, похоже, с избытком, коли они даже тебе пожалились и доброхотов близ тебя нашли. А ить от того опять польза Руси вышла. Пошлины в Царьграде стали меньше, и наши купцы вновь могут в нем торговать, а не отдавать товары венецианцам за бесценок. Но они того замечать не хотят, только видят беспошлинную торговлю Михаила. А кому он платит с того прибытка пятую часть? Великому князю киевскому. Батюшка, а кто из купцов иль князей еще платит столько же? Сдается мне, десятиной обходятся.
— Так ни у кого и доходов таких нет.
— Работать не умеют, вот и нет. А Михаил наукой делится щедро. Я вот поставил у себя те же плавильни, что у него. Так они мне и из болотной руды железа выдают куда больше. А как заменил молотобойцев на механические молоты, так и крицы переделываются куда быстрее. Но те, кто тебе советует, новому учиться не желают, они все больше на чужой каравай рот разевают.
Всеволод какое-то время посидел молча, глядя в какую-то одному ему ведомую точку. Потом перевел усталый взгляд на Владимира. Закрыл глаза и посидел еще немного. Наконец произнес:
— Очень надеюсь, сынок, что ты не ошибаешься. Велю его выпустить. Но дознание все же проведу.
— Твоя воля, батюшка.
Глава 27
Надежное плечо и опора
— Хм. А ты неплохо устроился, — оглядев камеру, произнес Владимир.
— Я тут только в гостях, так что остается поблагодарить хозяина. Может, понимает, что я у тебя в милости, вот и решил держать нос по ветру. Железо-то разогреть да убрать свежее сено недолго, — пожал плечами Михаил.
— Осерчал?
— Не стоит задавать вопросы, князь, ответы на которые ты и сам знаешь. А вот если тебя интересует, не решу ли я отложиться со своим градом, то я отвечу — этого не будет. Сила Руси в единении. Не будет его, не станет и государства. Так что не до глупостей.
— Странный ты. Поверить в твои слова трудно, но отчего-то я верю.
— Может, потому что хочешь верить, — улыбнувшись, произнес Михаил.
— Может, и потому, — не стал возражать Мономах. — Ладно, пошли уж. Чего в порубе разговоры разговаривать.
— Пошли.
— Ты и впрямь думаешь, что бояре киевские уж ко мне присматриваются? — выходя из здания во двор, спросил Мономах.
— А иначе и быть не может. Батюшка твой хворает все чаще. Стол киевский по всем законам должен тебе отойти. Это жизнь, князь. И все мы смертны, — щурясь на солнце, ответил Михаил.
— Я ведаю, что ты лекарь знатный.
— При твоем отце достойный лекарь ромей, — возразил Романов.
— Но ты, сказывают, и вовсе чудеса творишь.
— С ранами да, было дело. Но хворь это иное. И потом. Из поруба и сразу к ложу больного, заточившего меня туда… Князь, а не слишком ли много мне веры?
— Это не ответ.
— Веди, — просто ответил Михаил, переглянувшись с давешним стражником.
Тот едва заметно кивнул, давая понять, что все понял и исполнит должным образом. Дорофей и не подумал выполнять приказ воеводы. Отошел бы от Киева, осмотрелся и начал бы действовать. Тем более при наличии на борту безопасника, а значит, и выхода на киевскую сеть осведомителей.
Но ему не пришлось принимать решение самостоятельно. Данила имел четкие инструкции на случай такого вот поворота. И письменный приказ для полусотника выполнять приказы безопасника. Поэтому ладья не отошла далеко, а лишь спустилась вниз по течению на десяток километров, где и укрылась в плавнях, ожидая вестей. Теперь же пограничникам пришло время возвращаться.
Романов прекрасно был осведомлен как о болезни, одолевающей великого князя, так и о методах лечения Всеволода. Судя по описаниям симптомов, лекарь выбрал правильную тактику. Поэтому Михаил не ожидал, что справится лучше ромея.
Но как показал осмотр, он ошибался. Все же личный контакт с пациентом это не описание симптомов с чужих слов. И уж тем более при наличии возможности провести пальпацию. В чем, в чем, но в этом он мог дать сто очков вперед даже признанным ромейским диагностам. Спасибо все тому же единому информационному полю Земли и, как результат, его абсолютной памяти.
Зарабатывать очки в глазах великого князя Михаил не стал. Провел осмотр, согласился с подходом к лечению лекаря. После чего отвел ромея в сторону и выложил ему реальную картину, предложив свой метод лечения, основанный на знаниях, почерпнутых у половцев. Их знахарям было что противопоставить ромеям, пусть это и касалось лишь некоторых позиций.
Беседа происходила в присутствии Мономаха. А потому, как ни неприятно было это лекарю, но он был вынужден принять тактику Михаила и внести в лечение некоторые коррективы.
В планы Романова не входила смерть Всеволода. Слишком рано. Не без изъянов, но он вполне справляется с управлением Руси. Вот пусть и дальше продолжает в том же духе, а не взваливает все эти заботы на плечи Владимира. У того хватало забот с предстоящими реформами, которым надлежало пройти обкатку в Черниговском княжестве.
В основе их было надельное войско. Основа и скрепляющая сила будущей единой Руси. Пока-то им и не пахнет. Хотя процесс уже и запущен. Вот только дело это не скорое. Для внедрения задумки нужно несколько лет. Так, чтобы результат был виден со стороны и воям было понятно, что их ожидает в будущем.
Михаил не раз и не два возвращался к их с Владимиром задумке по надельной коннице. Значительные перерывы в размышлениях от нескольких дней до месяца позволяли взглянуть на вопрос с другой стороны и увидеть изъяны. Не сказать, что окончательный вариант, сформировавшийся в голове Романова и поддержанный Мономахом, был идеальным. Но однозначно куда лучше прежнего.
Объявлялся набор в войско отроков, достигших восемнадцатилетнего возраста. На данный момент князь ограничился тысячей в одной очереди. Если среднее годовое жалованье обычного воина составляет сорок гривен, что чуть не вдвое меньше, чем в Царьграде, то надельники получают только десять. Зато доспехи, оружие и конь им полагаются от казны. Причем такого качества, что иным остается повеситься от зависти.