"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Ахалтекинцев и их потомков-арабов отличали как выносливость, так и резвость. Степные лошадки в первом серьезно превосходили. Только это преимущество могло сказаться лишь в многодневном переходе, чего не предполагалось. В однодневной же скачке у них попросту не было шансов.
Вот только в планы Михаила не входило безоглядное бегство. Уклоняться от ответственности, отступать там, где ты вполне можешь противостоять, уступать более агрессивному или просто наглому. Все это в итоге не доведет до добра. Начав с малого, ты потом не увидишь ничего серьезного и в больших уступках. Этот мир жесток, но по-своему честен. Если проявишь слабость, в итоге тебя подомнут. А Романов не желал ходить ни под кем. Сотрудничать к обоюдной выгоде, это да. Но не идти под чью-то руку. Он уже пил из этой чаши с Комниным и вкусом напитка остался недоволен.
  
Скрывшись из виду, они пришпорили лошадей, увеличивая скорость. Одновременно с этим Михаил рассредоточил десяток, выслав боковое охранение, передовой дозор и тыловое охранение. Оно вроде как распылил силы. Но в то же время нужно было понять, откуда именно должна прийти опасность.
Обзавестись бы воздушным шаром. Или лучше змеем. На этих открытых просторах воздушная разведка будет достаточно эффективной. И ведь ничего невозможного. И второй, пожалуй, наиболее предпочтителен. К тому же его конструкцию Михаилу воссоздать гораздо проще.
Еще в детстве, когда клеили змеев во дворце пионеров, учитель рассказывал, что в годы Первой мировой войны их использовали в качестве средства наблюдения. Они даже разбирались в конструкции такого аппарата. Правда, до полевых испытаний не дошло. Руководитель кружка оказался не настолько стукнутым на голову, чтобы брать на себя подобную ответственность.
Двигались довольно бодрым темпом, и погоня пока никак себя не обнаруживала. Впрочем, могло статься и так, что Замам подбросил ему дезу. Романов ведь о нем ничего не знает. Как, впрочем, и о половецких подковерных играх.
Михаил собирался и здесь внедрить свою практику с разветвленной сетью осведомителей. У него даже нашелся кандидат на роль штатного безопасника. Иное дело, что пока в этом направлении и конь не валялся. Слишком мало народу и много задач. Сейчас, главное, хоть как-то закрепиться.
— Есть погоня. Около двух десятков идут по следу, — доложил старший пары тылового охранения.
— Не соврал, значит, Замам. Остается только понять, не воины ли это твоего отца, отправленные присмотреть за нашей безопасностью, — закончил он, взглянув на жену.
— Зачем это ему? — пожала она плечами. — У меня есть муж, который сможет за меня постоять.
— Ты, возможно, удивишься, но с выдачей дочерей замуж родительская любовь не пропадает и не ослабевает.
Сказав это, Михаил вооружился рожком и выдул сигнал сбора. Хватит разбредаться. Пора собирать силы в кулак и устроить преследователям головомойку.
Пришпорив коней, они сделали волчью петлю. Стреножили лошадей в глубокой промоине, оставив приглядывать за ними Настю. После чего поспешили к своим же следам. Судя по всему, отряд идет по ним, как по путеводной нити. А значит, и подстеречь их будет не так сложно.
Михаил не стал делать скидок супруге. Во-первых, она должна будет убедиться, что это не люди ее отца. Во-вторых, лишний стрелок не помешает. А у нее был боевой арбалет, которым она отлично пользовалась. Что же до безопасности, то с ней в этом мире вообще большие проблемы. Ну и в любом случае щитом пользоваться она умеет.
Позиции устроили не в таком уж и высоком бурьяне. Но если присесть на корточки и пригнуться, то можно укрыться с головой. И уж тем более при наличии гилли. Михаил отдал свою куртку Алие, благо этого вполне достаточно. На себя же накинул штаны. Да и остальные не облачались полностью, чтобы можно было откинуть маскировку в сторону, дабы она не мешала пользоваться луком. Есть такой недостаток. Тетива все время норовит подцепить нити лохматки.
Они с женой заняли позицию чуть выше по склону, за спинами товарищей. С одной стороны, не дело командиру и его жене находиться в первых рядах. С другой, кто-то должен прикрыть тыл. И неплохо бы оставить это дело лучшему стрелку, каковым по праву был Михаил.
Всадники появились примерно через полчаса. Не сказать, что скачут в галоп, но чешут бодренькой рысью. При такой скорости должны были бы нагнать еще до полудня.
Михаил охватил отряд взглядом, и в голове словно заработал компьютер, определяя дистанцию, выглядывая знакомые лица и не находя их. Жаль, в родном мире у него не получится вот так вот использовать возможности своего мозга. Впрочем, чего тут жалеть. Его бренному телу осталось-то там… чуть да маленько. Так что из всех преференций для него Романов выбрал бы чуток жизнеспособности.
Пока до противника все еще далеко, не разгибаясь, встал на колено, поудобнее перехватывая лук. Перед ним в землю уже воткнуто несколько стрел эдаким полукругом на случай, если придется развернуться. Это чтобы не тянуть каждый раз из тула. Экономия незначительная. Но в бою каждое мгновение на вес золота. И тем более когда имеешь дело с всадниками на короткой дистанции.
Скосил взгляд на жену. Та какое-то время изучала приближающихся, наконец посмотрела на мужа и отрицательно покачала головой. Ну вот и определенность. Как-то плевать, если это вдруг окажется случайная группа, у которой и мысли нет кого бы то ни было преследовать. Тут лучше перебдеть, чем недобдеть. А со всеми коллизиями они разберутся как-нибудь потом.
Михаил едва различимо чирикнул пичужкой. Приближающимся под лошадиный топот не расслышать, засевшим же в засаде в самый раз. Движутся довольно плотной группой. Еще метрах в двухстах от засады трое отделились и поскакали вверх по склону, чтобы обозреть обратный скат. Вполне ожидаемый маневр, который учли при выборе позиции. Разумеется, если только Настя будет сидеть в промоине, а не выглядывать половцев. Ну и не подастся в бега.
Боковой дозор прошел сотней метров в стороне, по гребню увала. И чуть опережая основной отряд. Пограничники пропустили его. Но едва те ушли вперед и уже не могли видеть, что творится за их спинами, как Михаил распрямился, откинул маскировку и вскинул лук.
Остальные последовали его примеру. Дистанция от него порядка семидесяти метров и продолжает сокращаться. Рука единым быстрым и плавным движением подтянула тетиву к уху. Мгновение, и та со звонким треньканьем отправила стрелу в полет.
Пустив первую стрелу, Романов тут же потянулся к следующей, воткнутой перед ним в землю. Его пальцы только коснулись древка, как половец, в которого он целил, вскинул руки и откинулся на круп лошади.
Залп вышел страшным. Из одиннадцати выстрелов цели достигли все. Правда, при этом ссадили они семерых. В двоих попали дважды, а в одного трижды. Сказывались тренировки по распределению целей.
Отмечая это краем глаза, Михаил повернулся вправо с уже наложенной на тетиву стрелой. Трое всадников бокового дозора уже развернули лошадей, выхватывая луки, поскакали на обнаружившегося противника. Более сотни метров. Скачут прямо на них. Натянул тетиву, прицелился в первого из троицы. Придал оружию нужный угол.
Даже при том, что не нужно брать упреждение, попасть не так чтобы и просто. Дистанция же все время сокращается. Но мозг Михаила, основываясь на большом статистическом материале, работал как компьютер, безошибочно отмечая изменение расстояния. Романов внес коррективы и уже через пару стуков сердца пустил стрелу. А еще через один стук она нашла свою цель. Вырвавшийся вперед всадник свалился вбок.
Рядом затарахтел храповик взводимого арбалета Алии. Пальцы сомкнулись на очередной стреле и потянули ее из земли. За спиной треньканье тетив, ржание и хрип лошадей, сдавленные вскрики раненых и яростные атакующих. Но отвлекаться на происходящее позади попросту некогда. Оба всадника уже вскинули луки и пустили стрелы лишь мгновением позже его.
Михаил выпрямился, одновременно ступая в сторону. Полет стрелы длится секунду. Но ему хватило времени. Одна из них и без того прошла бы мимо. Правда, окажись промах влево, и, возможно, она пришлась бы в цель. Пущенная точно, скользнула в каких-то миллиметрах рядом с рукой.