"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

В какой-то момент он подхватил ее и, поставив перед собой, начал снимать ночную рубашку. И тут Алия вдруг сразу же растеряла весь свой пыл. Покраснела, что было видно, несмотря на ее смуглую кожу и скудное освещение.
— Не надо, — тихо попросила она.
— Ты моя жена, и я хочу тебя видеть.
— Не надо. Прошу, — скорее выдохнула, чем произнесла она.
— Не думал, что женился на трусихе.
  
— Я не боюсь. Просто не хочу тебя огорчать. — А вот это уже совсем потухшим голоском.
— Не огорчишь, — поднимая рубаху, заверил он.
Вот хорошо все же порой накрутить себя и быть готовым к наихудшему варианту. А то, что он увидел… Да, шрамы от язв присутствовали, не без того. Но в то же время не сказать, что в столь уж запредельном количестве. Во всяком случае, молодое крепкое тело продолжало выглядеть привлекательным и желанным. Ну или он все же превратился в извращенца.
Впрочем, куда больше его волновал специфический запах, исходивший от ее тела. Нет, не грязного. С гигиеной у девушки дела обстояли не так плохо, как он того боялся. И это была все же не вонь, а скорее именно запах. Иное дело, что непривычный. Ну, к примеру, как тот же кумыс, который он теперь мог пить, не испытывая желания заткнуть нос. Мало того, он где-то даже уже начинал нравиться.
Да пошло оно все лесом!
Он ободряюще ей улыбнулся. Провел кончиками пальцев по упругому телу от бедер до груди и к шее, после чего вновь впился в губы страстным поцелуем. Может, и извращенец. Но с этим он разберется как-нибудь потом…
Остаток ночи выдался, как говорится, жарким. Поначалу-то все было скомканно и шло через пень-колоду. Ему пришлось постараться, чтобы перебороть смущение и неуверенность Алии, прежде чем удалось растопить сковывавший ее лед. Потом пришел неловкий момент с болевыми ощущениями. Н-но-о… В итоге у них все сладилось. Да еще как!
  
Глава 16
 
Похмелье
 
— Ты чего вскочила? — продрав глаза, удивился Михаил, окидывая ладную фигурку, уже скрытую под одеждой.
Кстати, ни разу не вчерашнее свадебное одеяние. Хм. Вообще-то ничем не отличающееся от обычного. Все те же сапожки, штаны да кафтан. Разве только красного цвета, знаменующего чистоту невесты, и вышивка гораздо нарядней. Головной убор, тот да, разнился с повседневным. Кстати, сейчас она не надевает свою войлочную шапку, а повязывает голову платком. Ага. Мужняя жена, значит.
— А ты чего лежишь, лежебока? Вставай. Мои родители и гости уже давно стоят перед входом в палатку.
— Чего это им не спится? — удивился он, явно понимая, что сейчас всего лишь рассвет.
— Как чего? — многозначительно кивая на простыню, чуть возмущенным тоном укорила она его за недогадливость. — У вас разве не так?
— А. Ты об этом. Ч-черт. Никак не привыкну, — сокрушенно вздохнув, начал одеваться он.
— Как это не привыкнешь?
— Не обращай внимания.
Когда оделись, он сорвал простыню с постели и, выйдя, продемонстрировал всем собравшимся чистоту и непорочность новобрачной, стоящей за его правым плечом, скромно потупив взор. Новость была встречена дружным гомоном, потоком скабрезных шуток и призывом промочить по такому случаю горло.
На этот раз все дружно отправились в лагерь Теракопы. Первый день пира прошел в доме хана. И это большая честь. Но последующие два должны состояться у куренного. Потому что в своем доме он великий хан. Так было испокон веков и так будет впредь. Что же до Белашкана, то он почетный гость и его место во главе стола.
Обжираловка началась по новой. С утра. Ч-черт! Да куда же столько можно есть-то! Сидеть же с постным лицом не получится. Неуважение. Он тут не за лишними проблемами, а как бы наоборот. Так что, хочешь не хочешь, пришлось пихать в себя наравне с остальными.
— Побольше пей кумыса. Только не крепкого, — склонившись к его уху и подливая в пиалу напиток, прошептала молодая супруга.
Михаил блещет во главе стола, принимает поздравления и бесконечный поток шуток. Новобрачная же, в праздничной, но все же не свадебной одежде обслуживает гостей. Должна же жена показать, что она хорошая хозяйка.
— Зачем? — удивился Михаил.
— Не будешь маяться животом. Кумыс поможет съесть много и не почувствовать тяжесть.
— Ага. Попробую.
И ведь помогло. Не сразу. Но он все же почувствовал облегчение. Впрочем, а чему тут удивляться. Ведь это, по сути, кисломолочный продукт.
Третий день ознаменовался прибытием великого хана Тугоркана. Мужчина лет пятидесяти пяти. Возраст читался легко. Крепок телом и духом. Уж что-что, а непреклонная воля в его взгляде угадывалась сразу. Который, к слову, Михаилу совершенно не понравился. Ничего, кроме неприязни и презрения, он в нем не увидел.
Тугоркан объединил под своей рукой несколько орд. Не сказать, что власть великого хана всеобъемлюща. Орды вполне самостоятельные объединения. Роль общего вождя, в сущности, сводится к командованию объединенным войском. Ну и авторитет, которым он может продавить то или иное решение. К примеру, объявление войны. Или отправку войска в качестве наемников. Чем время от времени и пробавляются половцы.
От приглашения на свадебный пир он отказаться не мог. Хотя и видно, что делает это без удовольствия. И занимать почетное место рядом с женихом не стал. Заявив, что он всего лишь гость в орде Белашкана и будет рад сидеть даже у входа, но его конечно же усадили по правую руку от хана.
Не обошлось и без подарка. Тугоркан подарил жениху низкорослого степного жеребца. Судя по одобрительному цоканью остальных, отличная коняга. Как, по мнению Михаила, так пони-переросток. Ну и самые искренние пожелания, что эта свадьба станет предвестником добрососедских отношений с русами.
Далее в общей беседе великий хан участия не принимал, как не обращался и непосредственно к Михаилу. Все его внимание было сосредоточено на Белашкане. О чем шла речь между ними, Романов не слышал. В юрте было достаточно шумно. А ханы разговаривали тихо. Но по их виду было понятно, что разговор более чем серьезный. Тугоркан был явно чем-то недоволен. Белашкан же откровенно ему прекословил.
— О чем там говорили ханы? — когда они наконец ночью оказались в его палатке, поинтересовался Михаил у Алии.
Она опять обслуживала пирующих. И кому, как не новобрачной, оказывать внимание особым гостям. Разумеется, всего разговора она не слышала, но порой ведь достаточно и обрывочных фраз, чтобы составить общее мнение. Девушка же она не глупая, в чем Романов уже успел убедиться.
— Тугоркан недоволен тем, что Белашкан одобрил решение моего отца насчет нашей свадьбы. Говорит, что русы нам никогда не будут друзьями. Что, если Белашкан ищет с ними дружбы, значит, он слаб и ему стоит подумать о преемнике. Наш хан ответил, что готов выполнять волю великого хана в военном походе. Но в мирное время он и его куренные сами будут решать, с кем дружить их орде, а с кем враждовать.
— Белашкан больше не твой хан, — счел нужным обратить на это внимание Михаил.
— Прости, муж мой. Я еще не привыкла.
— Ничего. Тебе еще ко многому придется привыкнуть. Не нужно смотреть на меня с таким недоверием. Тебе понравится, поверь, — привлекая ее к себе и нависая над ней, заверил он.
— Ладно. Поверю, — слегка откинув голову и подставляя для поцелуя губы, выдохнула она.
В этот момент от входа послышалось легкое покашливание. Вообще-то, у кочевников принято просто входить в юрты. Как говорится, без стука. Но тут имеет место особый случай. Молодожены. Вот кто-то и проявляет тактичность.
Алия тут же вскочила, оправив на себе одежду и заливаясь краской смущения. Михаил тихо чертыхнулся и поднялся с постели, чтобы встретить позднего гостя. Третий пиршественный день затянулся за полночь. И время для посещений уже неурочное.
— Кто там? Входи, — произнес Михаил и тут же удивился.
Ну и чего понадобилось Замаму? Еще одну наложницу приволок? Не смешно. Тут от одной-то еле-еле отбрехался. Или у него были виды на Алию, но не обломилось? Между прочим, вариант, вполне имеющий право на жизнь. Замам знатный воин, пусть и не из местной аристократии, но стоит практически вровень с ними, и стадо его под стать не последнему кошевому.